Опасная магия - Люси Снайдер

«Что ты имеешь в виду?»

«Совершенно очевидно, что мистер Джордан что-то затевает, и мне кажется, что он каким-то образом сумел обмануть Виртусов. Кому-то надо докопаться до подноготной всего этого».

«И ты хочешь сказать, что это надо сделать мне?»

«Естественно. Но мистер Джордан выследит тебя везде из-за анафемы».

«А если все время переезжать, может, он меня потеряет?»

«Такие люди не теряют свою жертву. — Пал задумчиво замолчал. — Но я знаю, как избавиться от анафемы».

Я остановилась как вкопанная.

«Ты шутишь?»

«Ни в коем разе».

«И где ты такому научился?»

«Мне никогда не нравились ограничения. — Пал сделал глубокий вдох. — Я из шкуры вон лез, чтобы научиться их обходить, и это довело меня до наказания — прослужить несколько сотен лет в качестве фамильяра. Если станет известно, что я тебе помогаю, меня отправят в тюрьму, — продолжал он. — Но мне будет стыдно смотреть на себя самого, если я не помогу тебе в полную меру сил и способностей».

«Ух ты! Я тебе очень благодарна. И как мне избавиться от заклятия?»

«Сперва тебе надо кое-что узнать. Снятие заклятия, вернее, духовная передача продлится всего лишь день или два. Тебе придется постоянно повторять заклинание, особенно если тебя заметят и поймут, что ты сделала».

«А как же ты? Разве за тобой не наблюдают?»

«Непосредственным образом нет, и в обычных обстоятельствах им запрещено передавать сведения обо мне людям наподобие Джордана. Но если ему удастся убедить моего наблюдателя, что я помогаю тебе нарушать законы, мое право на конфиденциальность исчезнет».

«Я все сделаю быстро и постараюсь никому не попадаться на глаза. Что нужно сделать?»

«Ну пока не имеет смысла ничего предпринимать, сперва надо избавиться от банки, — сказал Пал. — Скорее всего, тебя выследят и обнаружат, что ты совершила заклинание».

«Ладно. Но что потом?»

«Нам придется найти ткани обычной женщины, лучше кровь, чем волосы или ногти. И я покажу тебе, как провести ритуал по передаче на время твоей анафемы этой женщине. Вкратце, ты прикроешь ею свою духовную подпись и наоборот».

«А что случится с ней?»

«На какое-то время на ней будет висеть полная сила анафемы, так что ей не следует иметь регулярных контактов с другими Талантами. И она должна находиться неподалеку, когда ты будешь творить заклинание».

«А договор будет преследовать ее, как меня?»

«Думаю, да. Это может показаться страшным, но поскольку Джордан не указал там свои контакты в обычном мире, вряд ли она сумеет дозвониться до него и пожаловаться».

«А что, если она подпишет договор?»

«Какая разница, ведь это будет не твоя подпись», — ответил Пал.

«Но если у нее будет мой духовный профиль, разве ее подпись не свяжет также и меня?»

«Нет, если только она не подделает твою подпись в точности. Мистер Джордан наверняка наложил на договор заклятие, которое отвергнет любую подпись, кроме твоей. Он не мог упустить возможность, что ты подпишешься другим именем, лишь бы он оставил тебя в покое».

«Откуда заклятию известно, как выглядит моя подпись?»

«Джесси, твоя подпись стоит на всех анкетах в колледже, в банке, в договоре на квартиру, — вздохнул Пал. — На каждом чеке при оплате кредитной картой. Даже обычному человеку не составит труда найти образец».

О! Я ощутила прилив жара, как под палящим солнцем.

«А кроме назойливого договора, что еще может произойти с той женщиной? Окружающие будут к ней плохо относиться?»

«Такая вероятность существует», — признал он.

«Так я перекину анафему на какого-то человека, а она пойдет на собеседование и не получит работу, в которой нуждается? Или ее остановит дорожный патруль и решит обыскать ее машину? Или какой-нибудь нахал в баре нахамит ей?»

«Да, подобные события не исключены».

«Так нечестно! Я не хочу портить жизнь незнакомому человеку и уж тем более не пожелаю такого другу».

«Ты хочешь найти Купера или нет?»

«Конечно хочу!»

«Тогда надо избавиться от заклятия. Мне тоже не нравится так поступать».

«Могу я поменяться с мертвым? — с надеждой спросила я: меня посетила мысль, что наверняка кто-то в комплексе хранит погребальную урну с пеплом матери или бабушки. Или с умирающим, лежащим в доме инвалидов?»

«С мертвецами меняться практически бесполезно, — ответил Пал. — И подмена должна передвигаться, чтобы отвлечь от тебя преследователей. Будет очень подозрительно, если ни с того ни с сего ты окажешься прикованной к постели».

«О черт, правда».

Мы подошли к домику Бо. Он выпустил Джи погулять во дворике, а сам сидел в садовом кресле и расчесывал ее короткую шерсть. Джи заметила меня и понеслась навстречу. Я поставила банку на землю и почесала собаку за ухом.

— Хочу попросить о последнем одолжении, — сказала я Бо.

— Конечно, о каком?

— Сможешь подвезти меня до банка Огайо на перекрестке Хай-стрит?

— Без проблем. Возьмем Джи? Ей нравятся поездки в машине.

Мы подошли к старому ржавому грузовичку Бо. Стоило открыть дверь, и Джи запрыгнула внутрь и устроилась за спинкой пассажирского сиденья. Я кое-как вскарабкалась в машину, прижимая к себе банку. Раскаленный винил сидений неприятно обжигал даже сквозь джинсы.

— Все же думаю, было бы лучше, если бы ваши могли заниматься своими делами на людях. — Бо включил зажигание и вывел грузовичок с парковки. — Нам нужны волшебство и чудеса, чтобы продолжать жить.

— Не знаю. Правила придуманы не просто так. Если ведьмам разрешат достать свои метлы, маги довольно быстро захватят власть. Сам посмотри, люди наподобие мистера Джордана и так уже заправляют нами, а без ограничений станет еще хуже.

— Не понимаю, почему колдуны у власти будут хуже, чем толпа толстых бюрократов, — ответил Бо. — Может, лучше дать власть тем, кто действительно может что-то сделать?

— Ты просто променяешь обычную, но в основном работающую коррупцию на магическую диктатуру. — Я откинулась на сиденье и прикрыла глаз.

— Но у ваших людей есть навыки и мудрость. Они лучше обычных политиков.

Я открыла глаз и строго посмотрела на него:

— Ты думаешь, что богатые белые лучше нищих черных?

Бо дернулся и уставился на меня, будто на мне рога выросли.

— Да ты что! Я никогда такого не говорил!

— Но ведь практически всем заправляют богатые белые, разве не так?

— Да, они первыми попробовали американского пирога, а теперь стараются ни с кем не делиться. Но мы ничем не хуже. Мы просто не можем попасть в игру, потому что она подделана с того момента, как мы рождены.