Профессорская служка - Ардмир Мари

— Надо же, вас действительно тянет на… экзотов.

— Виноват, — улыбнулся он и решительно подозвал служащую.

Однако я его остановила:

— Дорогой, не спешите с выбором! — Взяв его под локоток, тихо напомнила: — В нелегком споре с бесценной ставкой выиграли отнюдь не вы. — Маг удивленно вскинул брови, на что я продолжила с укором: — И вы вместо того, чтобы купить победителю ведерко ванильного, за те же деньги хотите взять стаканчик фисташкового.

— Я бы взял два, — ничуть не обидевшись, ответил стихийник. — Один мне, один вам.

— Ну знаете ли! — Взглянув на прилавок с маленькими стаканчиками, я невольно сморщила носик. — С такой порцией я не распробую вкус победы.

— Хорошо. Значит, берем ведерко ванильного… — Он подозвал хорошенькую женщину в светлом переднике и чепчике и озвучил заказ.

— И ведерко шоколадного! — пропела я, невинно хлопнув ресницами.

— В счет чего? — не понял девятый. — Неужели я проспорил вам что-то еще?

— Нет, но уж если вы хотели потратиться на два фисташковых, то держите марку.

Стихийник пробурчал что-то невнятное о наглости профессорских служек, но заказ все-таки сделал и попросил доставить сладость по адресу. Выйдя из кондитерской, мы медленно направились через парк к королевской оранжерее, месту встречи с Софией и Радосом Лесски. Солнечный свет заливал округу нежным сиянием, деревья и кусты, облепленные снежинками, стояли как завороженные, и казалось, что каждая искорка их белого одеяния пела. Волшебно.

Из восторженного созерцания окружающих красот меня вырвал вопрос профессора:

— Ирэна, мы гуляем который час кряду, и все это время вы искренне улыбаетесь.

— И? — Я недоуменно взглянула на девятого.

— И мне просто интересно знать почему.

— Я радуюсь, — протяжно вздохнула. — По сути, это мой первый день свободы за последние три месяца. И я наслаждаюсь каждым его мгновением. Кто знает, чем обернется завтрашний.

— После сцены в кабинете вариантов не так уж много, — произнес Дейр, начиная хмуриться.

— Оставьте, мы что-нибудь придумаем.

— Уж в этом я не сомневаюсь, — хмыкнул он. — Вы все можете.

В это мгновение из стайки молодых девушек, что стояли вблизи снежного фонтана, навстречу нам шагнула красавица в ярко-красном зимнем полушубке и шляпке с меховым помпончиком. Она смотрела на девятого и улыбалась, как не каждая может, открыто, завлекательно, радостно. И что сделал профессор — он неожиданно ближе притянул меня к себе и обнял, положив руку на талию.

— Мисс Генрос, — поздоровался он.

— Профессор Лесски. — Она присела в коротком реверансе и вскинула внимательный взгляд на меня. — Прекрасный сегодня день.

— Действительно, чудесный. Надеюсь, вы проведете его с толком.

— Несомненно, — ответила юная мисс, продолжая смотреть исключительно на меня и принюхиваться.

Девятый не посчитал необходимым представить ни меня, ни ее, что очень странно. И по правде сказать, под вопросительным взглядом экзотической красавицы с оливковым цветом кожи я стушевалась от того, сколько было в нем мольбы. Прямо-таки беззвучная просьба переубедить в серьезности объятий, которыми меня наградил стихийник. Но, вспомнив поведение других его… знакомых, я поняла, что и этот образчик невинной добродетели не так уж прост.

— Что ж, всего доброго, — пожелал ей Лесски.

— Доброго, — отозвалась она.

Прощальный и потому уничтожающий взгляд девушки я встретила спокойно и уверенно. За что получила легкий поцелуй в висок от правообладателя и многообещающий оскал от оборотницы. Рысь, поняла я по метаморфозам, едва обозначившимся на ее лице, и едва мы отошли, тихо выдохнула:

— О Всевышний!

— Да бросьте! Неужели вы испугались маленькой кошечки? — Веселая усмешка и заверение: — Не стоит ее бояться. Лучше расскажите, почему этот день стал первым свободным за три месяца?

И мне осталось лишь удивляться, с какой легкостью он относится ко всему происходящему, ведь мисс Генрос была не единственной, кто желал перемолвиться с ним словечком. Однако оказалась самой отчаянной. Остальные поклонницы девятого, заметив меня, переставали призывно улыбаться, гордо вскидывали головы и удалялись. Вот точь-в-точь как та белокурая дама в светло-сером полушубке, что свернула на боковую аллею. По моим подсчетам, она была пятой или даже шестой, наверное, поэтому профессор не вел меня под руку, а приобнимал.

Протяжно вздохнула и, отогнав ненужные мысли о нравственности и приличиях стихийника, ответила ему с улыбкой:

— Первые два месяца я ездила от правообладателя к правообладателю и путешествовала по всей стране.

— Вы говорите так вдохновенно, что невольно хочется спросить, почему мистер Донели при первой же возможности сбежал.

Рассказать о восьми правообладателях и моих каверзах во имя свободы мне совесть не позволила, и я с наигранным восторгом прошептала в ответ:

— Он посчитал вас подходящим кандидатом. — А про себя добавила: «Кандидатом, которому я плохого не сделаю».

— Да? — Лесски улыбнулся, расправил и без того прямые плечи. — Теперь я знаю, на что способен мой честный взгляд.

— Вернее сказать, «честный» вид. В те минуты вас прикрывало лишь полотенце.

— Так вы заметили? — ухмыльнулся он.

— Полотенце, несомненно, заметила, — парировала я и поспешила сменить тему: — Но вас сейчас должен заботить совсем другой вопрос.

Мы вышли на дорожку, ведущую к первому цветнику. К слову, у входа нас уже дожидались счастливые и довольные София и Радос Лесски, которые явно что-то задумали.

— Какой? — Маг проследил за моим взглядом.

— Как отговорить ваших родителей от визита в гостиницу, где поселились я и дуэнья, нянюшка и личная горничная, выдуманные мной.

— Зачем это им? — удивился профессор.

— Чтобы во время прогулки по королевской оранжерее оставить нас наедине, — ответила лукаво, но он не понял ничего.

— А это к чему?

— Чтобы вы наконец-то поцеловали девушку!

— А это необходимо?

— Нет! — ответила слишком яростно. Он взглянул удивленно. А я мысленно перекрестилась, пусть только попробует своими поползновениями разорвать договор. Не позволю!

И уже более спокойным тоном пояснила:

— Но согласитесь, наше свидание выглядит неимоверно целомудренным. Со стороны может показаться, что вы попросту стесняетесь проявлять чувства из-за постоянного присутствия родителей. Вот почему они попытаются исчезнуть раньше назначенного срока, а затем нанести мне визит вежливости…

— Да, кажется, так и будет, — кивнул правообладатель и неожиданно улыбнулся: — Но знаете, Ирэна, я только что понял поговорку: «Все, что ни происходит, происходит к лучшему».