Кровь тайны - Марк Энтони

– Ты должна понимать, что предзнаменования можно истолковать только одним способом. Рубиновая звезда исчезает так же неожиданно, как появляется; потерянные вещи необходимо найти. И как бы я ни тасовала карты, они показывают одно и то же. Фургон, шпиль и королева клинков. Я не знаю, о какой башне идет речь и что ты там найдешь. Мне известно лишь, что ты туда отправишься.

Фолкен оторвал взгляд от огня.

– Почему ты ее так называешь? Королева Клинков?

Старуха пожала острыми плечами.

– Это ее судьба, ведь так? Даже я это вижу, хотя свет в моих глазах потускнел. И уж ты, Фолкен Черная Рука, должен понимать подобные вещи лучше остальных. – Она снова захихикала. – Но недолго тебе осталось быть Черной Рукой. Я и это видела.

Фолкен согнул пальцы в черной перчатке, но никак не отреагировал на последние слова старухи.

– Ты и в самом деле веришь, что они сумеют найти Сарета и остальных, аль-Мама? – спросила Вани.

– Их судьба – искать твоего брата и остальных. Но какова судьба потерянных, мне неизвестно. В противном случае я смогла бы увидеть, что станет с а'нарай. Но у него нет судьбы, и мои карты ничем не могут помочь. Он для меня загадка, как и все, кто рядом с ним.

Тарус, который молча наблюдал за празднеством, посмотрел на Бельтана.

– Или я еще глупее, чем мне кажется, или морниши действительно знают заклинания, сбивающие с толку. Я не понял ни одного слова.

– В самом деле? – отозвалась старуха, прежде чем Бельтан успел ему ответить. Она обратила свои пронизывающие глаза на Таруса. – А разве ты сам не видишь признаков приближающейся тьмы?

Тарус в ответ лишь широко открыл синие глаза. Бельтан положил руку на колено молодого рыцаря.

– В чем дело, Тарус? Клянусь своим мечом, ты привез нам и другие новости, а не только послание короля Бореаса для Эйрин. Что происходит в Доминионах?

Тарус вздохнул.

– Я бы и сам хотел знать, но до меня доходят лишь слухи. Они возникли в начале ревендата. Сначала я думал, что это истории, которые крестьяне рассказывают друг другу по ночам: тени в лесу, странные звуки, вспышки света на вершинах холмов. Вот только потом… – Он склонил голову на бок. – Вы знаете, что границы Эридана закрыты со дня Среднезимья?

Фолкен кивнул.

– Королева Эминда убита на Совете Королей. Ее главный советник оказался обладателем железного сердца. Мы не знаем, кто сейчас правит в Эридане.

– Мне кажется, уже знаем, – сказал Тарус. – Сейчас закрыты не только границы Эридана, но и Брелегонда. Никого не впускают и не выпускают. Говорят, что все дороги охраняют рыцари в черных доспехах и черных шлемах, они убивают всякого, кто углубляется на пол-лиги на территорию Доминиона.

Слова Таруса холодным кинжалом пронзили грудь Грейс. Год назад ходили слухи о тенях, а потом оказалось, что они имеют под собой самые серьезные основания. Бледные Призраки и фейдримы – слуги Бераша – заполонили землю. И культ Ворона, распространившийся по Доминионам, оказался делом рук Бледного Короля. После кануна дня Среднезимья, когда Тревис запечатал Рунные Врата, Бледные Призраки и фейдримы исчезли, а потом вновь созданный Малакорский Орден покончил с последователями Культа Ворона. Казалось, мрачные времена позади.

И вот они возвращаются.

– А что в других Доминионах? – спросил Фолкен у Таруса.

– Там все спокойно, – ответил рыцарь. – Кейлаван дожидается счастливого бракосочетания леди Эйрин. Голт опасается Эридана, но я не слышал, чтобы там возникли какие-то проблемы. В Толории ничего не изменилось. Говорят, юная королева Инара оказалась достойным правителем Перридона, где она властвует от имени своего маленького сына.

Мелия расправила подол платья.

– Ты забыл рассказать про Эмбар, Тарус.

Он покачал головой.

– Нет, миледи, скорее, Эмбар забыл о нас – как и о пакте, который он подписал на Совете Королей. Говорят, король Соррин с каждым днем становится все безумнее. Но тут я не могу утверждать ничего определенного. Мне известно лишь, что он отозвал всех своих рыцарей из Малакорского Ордена. Рассказывают, что он создал собственный рыцарский орден, хотя я не знаю ни его названия, ни целей.

– Странная новость, – с тревогой заметил Фолкен.

Тарус посмотрел на старуху морниш, которая не опустила глаз.

– И что все это значит, что говорят ваши карты? Связаны ли черные рыцари с переменами?

– Все вещи связаны между собой, – пробормотала старуха, словно открывая страшную тайну.

Однако Таруса такой ответ не удовлетворил. Он посмотрел на Грейс.

– Я не вижу среди вас леди Лирит. Неужели она тоже… исчезла?

Горло у Грейс сжалось, и она лишь молча кивнула.

Тарус опустил взгляд на свои руки.

– Тогда я надеюсь, что она ошибается. Клянусь Ватрисом, я считал, что это лишь глупые россказни священников. Вот уж не думал, что своими глазами увижу Решающую Битву.

Грейс не поняла сказанного Тарусой. Однако заметила, что Бельтан, Фолкен и Мелия удивленно смотрят на молодого рыцаря.

Первым пришел в себя Бельтан.

– Ты принес печальные известия о Доминионах, но наша задача остается прежней. Мы должны отправиться в Черную Башню.

– Это может оказаться не так просто, как мы предполагали, – заметил Фолкен. – Башня Разбивателей рун стоит на границе Фол Синфата и Зимней Пущи.

Бельтан нахмурился.

– Значит, между нами и Черной Башней лежат земли Брелегонда.

– Совершенно верно, – мрачно ответил бард. – А из рассказа сэра Таруса следует, что сейчас путешествие через Брелегонд невозможно.

Бельтан ударил кулаком по колену.

– Мы должны найти способ туда попасть.

– Но не все из нас, – тихо напомнила Эйрин.

Баронесса сидела на границе света и тени. В ее глазах поселилась печаль, но на лице застыла маска решимости. Грейс вздохнула. За другими разговорами они забыли о послании, которое привез Тарус.

– Моя дорогая, – сказала Мелия, взяв Эйрин за руку. Баронесса слабо улыбнулась.

Грейс потянулась к плетениям Паутины жизни и легко нашла ярко-голубую нить Эйрин.

Пожалуйста, не тревожься, Эйрин. Я уверена, все будет хорошо.

Грейс поморщилась – слова, пустые слова. Оставалось надеяться, что Эйрин поняла ее правильно.

Я знаю, что так и будет, Грейс, – послышался сильный голос Эйрин. С самого детства я знала свой долг. И не стану противиться воле короля Бореаса. Просто сейчас возникла такая сложная ситуация, и я обещала королеве Иволейне…

Грейс вздрогнула – так резко Эйрин прервала разговор. Что хотела сказать баронесса? И почему она что-то скрывает?