Тень ее высочества - Лана Ежова

На магистра зашикали, заставив замолчать, и Ронарк продолжил свой рассказ:

— Я был так рад, что не стал в тотчас сообщать Магистрату о своей находке. Мне хотелось раскрыть причину такой вопиющей халатности. Но тут пришел караван… Какие-то выскочки хотели помешать избранным попасть в школы. Мне пришлось силой доказывать их право на обучение… Дальше я ничего не помню… Очнулся от ледяного холода и понял, что вокруг нет ничего живого: ни людей, ни животных, ни растений… Иссушенная в сражении земля. Меня тошнило, все тело горело режущей болью, так, что я не мог думать… Я снова отключился и пришел в сознании во дворце Карима…

На лице ищущего отображалась гамма чувств: боль, гнев, страх, отчаяние…

— Мы услышали все, что нужно, — заявила Сиелла. — Пойдемте, пусть Ронарк отдыхает.

Маги возвратились на террасу. Зной немного спал. С севера дул охлаждающий ветерок. Запахи сада в цвету наполнили ночной воздух.

— Полный бред, — высказался первым Альберт. — Он нагло врет. Месяц назад всех детей Мейсиана проверили: одаренные отсеяны, обычные детишки заклеймены. Рождаемость избранных в оазисе за последние десять лет заметно понизилась, но винить проверяющих глупо.

— А я бы поостерегся обвинять Ронарка, он тоже может обмануться, — задумчиво произнес Вариор. — По крайней мере, дождемся Карима — он отличит правду ото лжи.

— Арбитр тоже может обмануться, — перефразировал магистр Земли.

— Не может. Арбитра, читающего правду в душах, нелегко обмануть, — вступился за племянника огневик. — И не забывайте, судить ищущих нужно осторожно, лишь скрупулезно все проверив.

— Боишься пророчества про конец света? — улыбнулся Петер и дурашливо, в напевной манере процитировал: — «И в тот час, когда искателя дара обвинят несправедливо, Эвгуст Проклятый обретет свои силы. И повергнет мир в хаос, и придут сонмы теней из-за края. И рухнут границы, смытые монаршей кровью…»

— Зря ты так, все пророчества Микаэль исполнились…

— Ну, сестра Антара была великим магом. Но даже оракулы ошибаются. Пойдемте спать, — предложил сонный Марион, и первый ушел с террасы.

Сиелла нервно расхаживала по комнате. Остатки сна прогнали тревога и ощущение какой-то неведомой опасности. Обнаженная магесса, завернутая в одну алую простыню, остановилась у зеркала и вгляделась в свое отражение. Взлохмаченные волосы, влажные глаза, бледная кожа — и не скажешь, что магистр. Просто испуганная беззащитная женщина…

Сиелла рассердилась на себя за глупые мысли, бросилась в постель и хлопком ладоней погасила свет. Несколько минут лежала в кромешной тьме, внимая едва слышным шорохам, доносящимся из коридора. Снова хлопнув в ладоши, магесса зажгла камни-светляки, льющие матово-желтый свет, и встала с постели. В недрах своей бездонной сумки она отыскала маленькую серебряную шпильку и воткнула в край постели. Погасила свет и вернулась в постель, застеленную приятно холодившим тело шелковым бельем.

Сиелла в ожидании закрыла глаза и не сразу почувствовала, как прогнулась пуховая перина под дополнительным весом. Мускулистое тело внезапно навалилось на нее сверху.

— Попалась, — прошептали у самого ее уха горячие губы, пахнущие кардамоном.

— Попался, — согласилась Сиелла и, ловко перекатившись, оказалась хозяином положения. — Думала, ты уже не придешь.

— А я думал, что ты уже не позовешь, не активируешь маячок телепорта. И чуть не умер от горя, — дразнящее произнес насмешливый, такой родной теплый голос.

Сиелла с нежностью потерлась губами о его заросший жесткой щетиной подбородок.

— Что ты обо всем этом думаешь?

— Си, давай не будем о делах, — тяжело вздохнув, попросил он. — Все мои мысли о нас. Хочется мечтать о том недалеком дне, когда мы сложим с себя ненавистные обязанности магистров. Дне, когда сможем любить друг друга в открытую, не таясь под покровом ночи. Сможем жить вместе и нарожать кучу детей…

— Только и остается, что мечтать. Семья, по закону, не для магистра… Ты хоть уже растишь себе смену, а у меня ни одного ученика на примете. Обидно, в школе сейчас учится девять «фиолетовых» магов — и не один не подходит на роль пятнадцатого магистра!

— Может, стоит их перепроверить?

— Петер, ты неисправимый оптимист…

— Ничего не могу с этим поделать…

Дальше слова им больше не нужны. Только их губы и руки говорили прикосновениями. Его пальцы неутомимо скользили по ее спине, гладили ягодицы и бедра, пробуждая желание. Она и не заметила, как снова оказалась снизу. Петер прикоснулся кончиком языка к животу, несколько раз обвел пупок, затем стал двигаться ниже. Он целовал ее так яростно-жадно, что в пору было испугаться его напора. Жидкий огонь проносился под ее кожей, гася сознание, заставляя забыть о проблемах и прислушиваться лишь к тому, что происходило сейчас…

— Стой, подожди, пожалуйста, — Сиелла сумела первой вернуться к реальности.

Тайные любовники удивленно смотрели на одновременно засветившиеся кристаллы вызова.

— Эвгуст их всех подери! Никакого покоя! — возмущалась магесса, поспешно натягивая одежду.

— Не переживай так сильно, когда все уляжется, устроим для средних классов какие-нибудь соревнования на неделю — и нагоним все упущенное сегодня, магистр ордена Воздуха успокаивающе поцеловал ее в щеку и перенесся назад в свою комнату.

Верховный маг рвал и метал. В буквальном смысле этого выражения: Альберт в гневе срывал шторы, бросал подушки и вазы в стены. И все никак не мог успокоиться.

— Как это могло произойти? Как?!

Марион в двух словах разъяснил ситуацию Сиелле:

— Ронарк сбежал.

— Но как?! Ведь на нем был хианитовый ошейник — он никак не мог призвать силу…

— С помощью телепорта, подробностей сам не знаю, — прошептал маг и, наклонившись ближе, насмешливо произнес: — Подними воротник повыше — засос у тебя на шее, конечно, распаляет воображение, но лучше его спрятать. Пока его не увидел кто-нибудь гораздо завистливее меня…

Магистр натянула халат почти до ушей.

— Не мельтеши, Альберт. Лучше расскажи, как сбежал мой маг, — попросила Сиелла.

Альберт сделал резкий разворот в ее сторону и с удивлением переспросил:

— Как сбежал твой маг? А то ты не знаешь! Или скажешь, что ты ни при чем?! Говорил же Хариусу: не оставляй бывшей любовнице такую власть! Нужно было меня слушать… Магистерская подстилка!!!

Оскорбления в адрес Сиеллы заставили магов замереть. Петер весь подобрался, готовясь заступиться за честь возлюбленной магессы, но не успел.

Волна точно направленной «сырой» силы сбила Верховного мага с ног, отправив его в обморок.

— Простите, не сдержался, — Карим быстро вошел в комнату, устало вздохнул и добавил: — Слишком велик был соблазн, да и нервы после недосыпания сдают…