Скандал в Дуате - Алекса Богунова

На минуту у меня возникло чувство, что Вазир Гаяз успел заполучить Анубиса. Как и когда он умудрился его стащить? Недоброе подозрение несколько выбило меня из колеи.

− Анубис, значит, не нужен. Чем вам Анубис не угодил? Он не обладает исторической ценностью?

В бесстрастных глазах Вазира Гаяза мелькнул неприятный огонек. Он подался вперед и трагично произнес:

− Это мертвый предмет. Не нужен. Он был живой. Теперь − мертвый. В нем ничего нет. Он не нужен.

Вот и понимай, как хочешь. Получается, раньше Анубис представлял ценность, а пересек границу России, попил моей крови, посмотрел, как едят другие, и ценность потерял.

− А что в статуэтке Анубиса было раньше? И что теперь с ним не так? − уперлась я, все еще рассчитывая, что из-за пусть слабого, но все же акцента не точно понимаю господина доктора. Он знал то, что не должен был бы знать.

− Было. Теперь нет. Ушел, − доктор Вазир Гаяз откинулся на спинку стула и улыбнулся. − Теперь мне нужно три предмета. В самом деле.

− Послушайте, господин Гаяз, так не пойдет. Так мы с вами ни до чего не договоримся. Расскажите мне об этих предметах, а я обещаю подумать. Вдруг верну? − соврала я.

− Вам не нужна информация, − спокойно ответил он. − Плохая информация. Вы будете страдать.

− Вы мне угрожаете? − выпрямилась я.

Он с досадой поморщился.

− Нет, нет. Я ваш друг. Вам не надо эта информация, вам не надо эти предметы. Они имеют значение только в Египет. Здесь они ничего не значат. Это работает только на земле Египта. Я предлагаю вам любая сумма, которую вы хотите в обмен за предметы. Вы потратили деньги, силы. Я знаю. Я хочу компенсировать. Назовите сумма.

Если в ход пошли денежки − значит, дело стоящее, серьезное.

− А если я не хочу их продавать? Вдруг у меня их больше нет? Или я их потеряла? − я решила немного потянуть время, чтобы выудить из Вазира Гаяза хоть что-то о моих сувенирах.

Он молча указал на браслет на моей руке и укоризненно покачал головой. Ай-ай, действительно нехорошо. Вот про браслет-то я и забыла.

− Кстати, расскажите про этот браслет, − выкрутилась я. − Чем он так ценен?

Вазир Гаяз понял, что я не отстану. Во всяком случае, вид у него был именно такой. Он опустил глаза, прикрыл ладонью лоб и устало заговорил:

− В верхней части ключа жизни − птица с человеческим лицом. Это душа человека. Лотосы по бокам − многозначный символ. Священный цветок египтян. Взаимодействие мужское и женское, плодородие, процветание. Забвение и мир. Из лотоса родился Ра. Но в этот предмет лотосы − взаимодействие божественного света и адской темноты. Выбор. Рождение. Или смерть.

− Вы меня пугаете. Не ожидала, что в невинном цветке может скрываться фатальный смысл.

Вазир Гаяз словно не слышал меня.

− Внизу этот анкх есть священное Перо Маат. Это главное. Маат − это правда. Она пронизывает вселенную. Богиня истины, справедливости и правосудия. Это перо с ее головы. Больше я ничего не скажу. Это достаточно. Сколько вы хотите за эти три предмета? Я плачу хороший цена, − он элегантно отнял ладонь ото лба и взглянул на меня, как мне показалось, с глубочайшим сочувствием.

− Мне надо подумать.

− У меня нет время, − возразил Вазир Гаяз. − Мне надо в Египет.

Язык − враг мой. Что мне стоило промолчать?

− Понятное дело, что вам надо в Египет. Ведь советник по имени Вазир Гаяз в посольстве не работает. Нет такого сотрудника. Кто вы? Зачем прикидываетесь советником?

− Я недавно в посольстве, − ответил он без тени смущения. − В посольстве не все знать. Вам могли дать неправильную информацию.

Я наверняка чувствовала, что господин доктор бесстыдно врет.

Мы еще поболтали в том же уклончивом стиле. Ясно стало лишь одно − никто из нас не намерен уступать. Возможно, мне стоило по сходной цене загнать эти сувениры, и жить спокойно. Я уже не знала, что думать.

Доктор Вазир Гаяз вдруг заспешил. Он выцаганил у меня обещание хорошенько подумать. Предупредил, что скоро свяжется со мной, но своего номера не оставил. Потом подхватил пальто и откланялся. У меня возникло ребяческое искушение выскочить за ним на улицу, чтобы проследить, куда господин доктор направится. Искушение пришлось преодолеть. Вряд ли я сильна в наружном наблюдении.

Когда я подошла к Марине, она доедала фруктовый тортик со взбитыми сливками. Я приготовила карту, чтобы оплатить ее счет.

− Ну, Марина, как вам мой собеседник? − спросила я.

− Да−а… Хам какой, не пришел, − ответила Марина, любовно подбирая с тарелки последний кусочек.

− В смысле?

Марина непонимающе уставилась на меня.

− В смысле − не пришел ваш хахель или кто он там еще. Не расстраивайтесь, Полиночка, это бывает. Мужики − дело такое, ненадежное. Знаете, сколько раз они прокатывали меня? Тоже, бывало, сидишь в кофейне, надеешься, а мужчины нет и нет. И не звонит. Больше никогда не приходит. Я понимаю, что вы сейчас чувствуете…

− Подождите. Мужчина, с которым я говорила минут сорок, не меньше… Только что. Мы сидели за соседним столиком. Марина, вы видели его?

Марина прекратила жевать.

− Полина, что с вами? Ведь не было никого. Вы одна все это время пили кофе, а теперь вот ко мне подошли.

У меня все поплыло перед глазами. Я опустилась на стул.

− Марина, вы меня разыгрываете. Это серьезно. Я вас серьезно спрашиваю. Вы видели мужчину, с которым я говорила?

− Смотрела − глаз не отрывала. Не было никого. К вам только официантка и подходила. Заказ приняла, потом счет принесла. Пухлая такая девчушка. Сами у нее спросите. Никаких мужиков не было. Даже рядом не стояли. Полиночка, да что же это такое? Что с вами?! Вам нехорошо? Попейте водички…

Марина с искренней тревогой взяла меня за руку. Прикосновение реального человека из плоти и крови привело меня в чувство.

− Ой, Полиночка, − засуетилась Марина. − Когда в магазин вернемся, я вам таблеточку дам. У вас, наверное, сосуды не в порядке. У меня есть на такой случай чудесное средство. Как рукой снимет, честное слово, все сосуды прочистит.

У Марины на работе был целый арсенал таблеток на все случаи жизни и от всех болезней.

− Таблеточку выпьете, все пройдет, − Марина продолжала хлопотать надо мной. − Сегодня неудачный день. У всех головы болят. Полнолуние. Да еще наш Боня на вас наорал. Вот вам и мерещится. А вы в голову не берите. Он дурак. Он на всех орет. А мужчина ваш придет еще. Куда он денется от такой красотки?