Доля отцовская - Ольга Болдырева

Девушка теперь засмущалась. А побагровел ее отец, напоминая вареную свеклу. Однако не стоит перетягивать все на себя, все-таки обещал веселье дочке. А как известно, обещания надо выполнять. Так что я подмигнул Юльтиниэль — клиент доведен до кондиции, зрители морально подготовлены, и можно переходить к главной части нашей пьесы.

— Да! — подхватила дочка, приняв боевую позицию. В правой руке она держала рапиру, уткнувшуюся в грудь дворянчику. — Ты оскорбил меня, дочь леса, и должен быть за это наказан! — пафосно воскликнула она.

— С каких пор дочери леса идут в наемницы? Или тебя оттуда выгнали? — Мужчина оказался не из пугливых.

Он поднялся из-за стола, кажется, успев успокоиться, и теперь взирал на Юльтиниэль с напускной брезгливостью.

В общем-то я сейчас должен быть на его стороне. Право выражать свои мысли вслух у него есть, просто место надо лучше выбирать. И, действительно, был такой обычай скрывать лица молодых незамужних дворянок. Правда, уже лет сто о нем никто не вспоминал, считая верхом абсурда. Но, видимо, в небольших поместьях он сохранился, причиняя девушкам массу неудобств.

— Выгнали или нет, тебя уже не должно волновать! — Юльтиниэль приблизилась к жертве одним плавным движением и дала дворянчику звонкую пощечину. — Я не стесняюсь своего тела, чтобы прятать его под покрывалами, а если кто-то попытается на него посягнуть, отправлю обидчика на тот свет!

Ответ, достойный истинной леди Рит.

Я явно услышал, как под цветным шарфом хихикнули, наблюдая за изумленным лицом барона. Потом он опомнился и попытался ударить Юльтиниэль в ответ. Она легко могла увернуться, но от сценария отступать не следовало, и как только дочка прижала ладонь к разбитой губе, я запустил в несчастного обидчика стулом, на котором еще несколько секунд назад изволил сидеть.

Попал…

А дальше все развивалось как в плохом анекдоте. Я даже представить не мог такого удачного стечения обстоятельств. Дворянин, сделав красивый пируэт, случайно смахнул с соседнего стола графин с самогоном. Личность, сидевшая за столом, была в таком состоянии, что, не разобравшись, в чем дело, с размаху попыталась заехать кружкой соседу в челюсть. Промахнулась, опрокинув ее на голову одного из наемников. А дальше пошло веселье! Дрались все со всеми. А нам оставалось только добавлять масла в огонь, щедро раздавая направо и налево тычки и затрещины, а также уворачиваться от оных в чужом исполнении.

— Танцуют все! — весело воскликнул Василий, отправляя капитана в нокаут ударом справа.

Юльтиниэль вертелась ужом, демонстрируя свою скорость и умение рукопашного боя — оружием я ей пользоваться запретил. Маришка в противоположном конце трактира с интересом разглядывала худую шейку мальчишки-конюха, который пребывал в обмороке. Спорю на желание, что не укусит. Брезгливая… Я же отошел в сторонку с приглянувшимся мне стулом. Ну не люблю драки! Тут теперь и без меня справятся.

В какой момент все изменилось, я так и не понял. Резким порывом ветра выбило входную дверь, потушив почти все свечи. Следом за ветром в зал проскользнули восемь теней с длинными изогнутыми мечами.

— Куклы! — в панике завопил кто-то, пытаясь убежать через окно.

Застрял, но уже через несколько мгновений его, словно пробку, выбила испуганная до крайности толпа. Те, кто не успел удрать, жались по углам, оставив нашу компанию и одного уцелевшего наемника против кукол.

Допрыгались…

На самом деле ничего страшного. Хотя это как посмотреть. Есть у наместника Хель слуги страшнее, но оптимальное число кукол для победы над ними — не более трех штук. Кстати, эти существа действительно большие смертоносные игрушки, которые полностью подчиняются своему кукловоду.

Перехватив удобнее меч, я загородил собой Юльтиниэль. Пускай она лучше поколдует, пока мы ее прикроем. Так оно вернее будет. Куклы тем временем взяли нас в полукруг и без всяких предисловий напали.

Бар уйти через окно не успел. Хотя куда ему из родного трактира-то бежать? Лучше уж за барную стойку спрятаться и посмотреть, что тут дальше происходить будет. Интересно ведь!

Мужчина осторожно выглянул из-за стойки как раз в тот момент, когда тени напали на горстку наемников. Хм… а горстку ли? В смысле, их было действительно маловато для сражения со слугами наместника Хель, но зато дрались они мастерски. Если бы Бар не боялся привлечь к себе ненужное внимание, он бы уважительно присвистнул.

Тот самый мужчина со шрамом успешно теснил сразу двух противников, а его меч из странной темной стали превратился в туманный круг. Второй дрался вообще без оружия, пригибаясь, отпрыгивая, уклоняясь, словно танцуя невероятную партию для его возраста и комплекции, и как только находил брешь в защите куклы, наносил четкий удар. Наемник не из их компании защищал двух девчонок. Черноволосая девушка пыталась метать в противников короткие кинжалы, но те их успешно отбивали, не прилагая особых усилий. А вот полуэльфийка будто отрешилась от всего мира, широко раскинув руки в стороны, и что-то шептала себе под нос. Фигуру девушки окутали языки синеватого ведьминского пламени и тонкими змеями обвили ближайшую куклу, медленно, словно с наслаждением, оплавляя ее. Видимо, слугам наместника Хель это очень не понравилось: уже через несколько мгновений чужой наемник получил серьезную рану, а черноволосая девчонка была отброшена к стене. Следующий удар предназначался ничего не подозревающей полуэльфийке, которая по-прежнему находилась в трансе, добивая еще одного из противников. Слуга наместника рубанул сверху, явно намереваясь раскроить колдунью на две неравные части.

Мужчина со шрамом обернулся слишком поздно, чтобы успеть на помощь…