Наследник Ярости - Елена Ляпота

— Как у вас строго

— То ли ещё будет! — захохотал Миклош.

— А что мне ещё следует знать?

— А чего я тебе должен, как на блюдечке, все выкладывать? Сама узнаешь.

— Сама так сама, — пожала плечами девушка и стала плести косу.

— Нет, не так, — вдруг сказал Миклош и глаза его неожиданно заблестели.

— А как?

— Собери немного на затылке. А остальное пусть будет так.

Ярушка оторвала немного нити из клубка и присобрала волосы, как велел коротышка.

— Так у вас девушки ходят?

— Девушки, — расхохотался карлик, — у нас — девушки!

— Я опять что-то не то спросила? — растерялась девушка.

— На сотню верст вокруг — одни ведьмы. Они страшнее, чем моя рожа после попойки

— Я видела одну довольно симпатичную, — тихо сказала Ярушка.

— Ты, видно, тоже была пьяна, — коротышка затрясся в очередном приступе хохота.

— И имя у неё красивое — Мальва.

Миклош неожиданно перестал смеяться, а лицо его посуровело.

— Хозяин водил тебя к Мальве?

— Да, а что?

— Ничего.

— Может, всё же скажешь?

— То хозяин может сказать, а моё дело — заткнуться.

— Ну, хоть намекни, может, чего стоит бояться? — настаивала Ярушка.

— Лучше молчи об этом, — посоветовал Миклош, — и с Зельдой не вздумай болтать.

— Спасибо.

— За что?

— За совет, — улыбнулась Ярушка.

Рыжее лицо Миклоша сделалось пунцово-красным, он тихо выругался и шмыгнул прочь из комнаты.

Ярушка ещё несколько секунд покрутилась перед зеркалом — пугало пугалом в дорогой ткани, — вздохнула и пошла вслед за коротышкой.

Миклош молча шагал впереди, изредка подпрыгивая. Кулачки его были крепко сжаты, а рыжие волосы торчали колом, будто он злился на весь белый свет. Девушка не решалась с ним заговаривать, опасаясь, что он взорвётся от гнева, хотя и понятия не имела, что стало тому причиной.

Они спустились по лестнице в довольно просторный зал. На последней ступеньке Ярушка замерла на мгновение, с интересом рассматривая открывающийся ей вид.

Стены были из того же бархатистого камня. Невысокие окна, начинавшиеся чуть выше головы, пропускали достаточно света, но не было столь ярко, как в той комнате, что выделили ей. Всю дальнюю стену занимал камин в виде трёх открытых пастей диковинных зверей. Острые зубы каменных хищников спускались до нижних челюстей, сквозь пустые глазницы пробивались отблески голубоватого пламени.

В центре зала стоял большой стол из тёмно-синего мрамора. Во главе сидел Ирвальд. Ноги его были закинуты на скамеечку, стоявшую рядом с камином, а в руках он держал длинную штуковину, не то резную палку, не то дудку. Владыка подносил её ко рту, а после выдыхал в воздух белёсые облачка дыма. После он передал палку сидящему рядом существу, отдалённой напоминающему человека, совершенно чёрного, покрытого блестящей лоснящейся короткой шерстью. Существо сказало что-то, прижимая палку к губам, должно быть, что-то весёлое, потому что владыка зашёлся смехом, откинув назад голову. Волосы его рассыпались по плечам и тряслись, напоминая Ярушке мелкую рябь на вечернем озере.

Миклош довольно громко чихнул. Ирвальд с гостем наконец-то заметили Ярушку. Владыка убрал ноги со скамьи. Палка мгновенно исчезла. Существо быстро поднялось, очевидно, намереваясь уйти, и посмотрело на владыку. Тот, помешкав мгновение, кивнул. Существо легонько поклонилось Ярушке и стремительно исчезло из обеденного зала.

— Я вам помешала? — спросила Ярушка.

— Нет, — ответил Ирвальд, задумчиво глядя на девушку.

— Какой необычный запах, — заметила Ярушка, присаживаясь на стул, любезно отодвинутый для неё коротышкой, — только голова отчего-то кружится.

Миклош прыснул со смеху, Ирвальд же оставался спокойным, только глаза его заблестели.

— Надеюсь, ты проголодалась?

— Немного, — солгала Ярушка, чувствуя, что желудок ещё немного и намертво прилипнет к спине.

— Зельда приготовила обед.

Ярушка кивнула и опустила глаза, не зная, что сказать. Она чувствовала себя неловко — в чужом доме, среди незнакомых людей, в нелепой одежде и совершенно не представляя, как следует себя вести.

— Ваш гость довольно необычен, — наконец, решилась она.

— Это мой конюший, — ответил Ирвальд, — он зверолюд.

— Похоже, вы с ним дружите.

— Да, Себрий служит мне много лет.

— Тогда почему он ушёл?

— Чтобы не пугать тебя.

— Но мне все равно придётся привыкать, — заметила девушка, — здесь столько всего необычного.

— Знати не положено обедать со слугами, — голос Ирвальда звучал сухо, — у людей не так?

— Так, — подтвердила Ярушка, — но в каждом доме свои порядки, верно?

Миклош издал за спиной девушки неопределённый звук. Ирвальд насмешливо улыбнулся.

— Слуги обедают отдельно, лишь когда в замке знатные гости.

— Значит, я пока гость?

— Как ты пожелаешь, — Ирвальд пожал плечами.

— Я не возражаю против честной компании.

— Вот и славненько, — крякнул Миклош, забираясь на стул справа от неё.

— Сбегай, кликни Себрия, — велел Ирвальд.

Миклош, нехотя, сполз со стула и вприпрыжку умчался из обеденного зала.

Конюший вернулся, и Ярушка смогла рассмотреть его поближе. Зверолюд, как назвал его Ирвальд, был весьма занятным: шерсть покрывала его с головы до ног, короткая, как у хорька, лишь на голове была чуть длиннее, спускаясь до плечей лоснящейся гривой. Глаза у него были красные, круглые, как у кота, с чёрными зрачками-щёлочками. Нос Ярушка не смогла распознать, а вот рот Себрий открывал достаточно широко, сыпля не совсем понятными шутками-прибаутками, чтобы можно было разглядеть алые дёсна с вполне человеческими ровными зубами, слегка желтоватыми, какие бывают у людей постарше.

Мужчины непринуждённо беседовали, но время от времени Ярушка ощущала на себе туманный взгляд владыки.

Зельда принесла огромный поднос с множеством блюд. Основное из них составляла гора тушек, обжаренных на огне до румяной корочки. Было что-то, напоминавшее печёные овощи, огромная плошка варева, источавшего мясной аромат, пучки душистой травы.

Чёрная полупрозрачная тень метнулась к столу, проворно расставляя снедь. Когда поднос опустел, тень выплыла из комнаты и больше не появлялась.

— Это Хна, — шепнул Миклош, — она не ест с нами.

— Почему? — также тихо спросила Ярушка.