Вселенная Ехо. Том 2 - Макс Фрай

Я попытался выдавить из себя что-то вроде улыбки. Получилось не очень-то, но лучше, чем ничего.

– С тобой все ясно, сэр Макс, – вздохнул Джуффин. – Сейчас ты завалишься спать примерно на трое суток, даже если я буду решительно возражать.

– Теперь я просто обязан так поступить, чтобы не подрывать ваш авторитет, – обрадовался я.

– Да, вот о чем я постоянно беспокоюсь, так это о своем авторитете. Особенно в последние дни, – хмыкнул Джуффин. – Ты еще помнишь, где находится спальня, которая считалась твоей в те славные времена, когда ты сидел у меня на шее, герой?

– Помню.

– Ну вот, отправляйся туда и отключайся, если уж тебе так приспичило. Твое неподвижное тело вряд ли украсит мое крыльцо, и без того довольно неприбранное.

– Вот и правильно. Его величество будет почивать, а мы – за него отдуваться, все как всегда.

Ехидное заявление Мелифаро было последним, что я услышал, поскольку заснул на ходу еще по дороге в спальню.

Когда я проснулся, вокруг было довольно темно. Сначала я мучительно пытался сообразить, где, собственно говоря, нахожусь. Потом я все вспомнил. Не могу сказать, что сей факт поднял мне настроение. Но в этот момент рядом что-то зашевелилось, раздалось счастливое сопение, после чего мой нос подвергся процедуре принудительного вылизывания.

– Хуф! – обрадовался я. – Это ты, дружок?

Я мог и не спрашивать – разумеется, это был Хуф, маленький пушистый песик с забавной бульдожьей мордашкой. В свое время он оказался первым живым существом, встретившим меня в этом Мире, и с тех пор я был его любимчиком.

– Извини, милый, но мне придется разлучить тебя с моим носом. Боюсь, у меня куча дел, – сказал я, аккуратно снимая собачку со своей груди.

Усадил его на подушку, нежно потрепал мохнатый загривок и отправился умываться.

«Ну, хвала Магистрам, наконец-то ты проснулся!» – Неугомонный Джуффин не поленился воспользоваться Безмолвной речью, чтобы не оставить мне ни единого шанса спокойно принять ванну.

«А что, я долго спал?»

«Да нет, не очень. По правде сказать, скорее уж мало. Просто жизнь у нас сейчас такая паршивая, что даже эти несчастные четыре часа – совершенно непозволительная роскошь. Так что кончай плескаться и поднимайся в гостиную. Я там сижу, поскольку всем нравится думать, будто теперь это и есть мой кабинет».

«Ладно, – вздохнул я, хватаясь за полотенце. – А пожрать у вас что-нибудь найдется? Или в связи с этой грешной эпидемией мы сидим на строгой диете?»

«Найдется, – пообещал Джуффин. – Куда я от тебя денусь».

«Тогда можете считать, что я уже сижу рядом с вами».

Через две минуты я действительно был в гостиной. Стать сухим мне так и не удалось. Впрочем, из Мантии Смерти получился неплохой банный халат.

– Вообще-то после такой разминки со Смертными шарами мне положено находиться в глубоком обмороке приблизительно полгода, – проворчал я, усаживаясь напротив Джуффина. – Вы уже знаете эту историю?

– А как ты думаешь? Это было отлично, Макс. Почти пять дюжин совершенно здоровых горожан, которым не улыбнулась удача при жеребьевке! Хороший подарок.

– Сейчас выпью камры, что-нибудь съем, отправлюсь на Правый Берег и сделаю вам еще один такой подарок, – вздохнул я. – Все-таки лучше, чем ничего, верно?

– Лучше, чем ничего? – удивленно переспросил Джуффин. – Ну ты даешь! Что это – приступ патологической скромности на почве хронического переутомления?

– Да нет, я понимаю, что здорово получилось. Но все равно маловато будет, – Я сделал хороший глоток камры и печально уставился на Джуффина. – Мелифаро сказал мне, что анавуайна способна убить восемьдесят процентов населения. Это восемьдесят тысяч человек, да?

– Примерно, – кивнул Джуффин. – В Ехо живет больше семидесяти тысяч человек, и еще тысяч двадцать пять в пригороде.

– Ну вот. Вы с магистром Нуфлином договорились лечить каждого шестого – по списку Его Величества и по жребию. Это значит, что можно спасти около тринадцати тысяч горожан – всего-то!

– Грешные Магистры, да ты еще и считать умеешь, – восхитился Джуффин.

Его мужественные попытки поднять мне настроение заслуживали награды, так что я заставил свои лицевые мышцы потрудиться. Я очень надеялся, что результат этой разминки был хоть немного похож на улыбку.

– Ладно, считай, я поверил, будто тебе страсть как весело. – Джуффин по-прежнему был в курсе моих внутренних дел, словно подробный отчет о моих мыслях и чувствах бегущей строкой высвечивался на лбу.

– Ну вот, – подытожил я. – Значит, ребята из Семилистника вылечат тринадцать тысяч человек. Остается еще шестьдесят семь тысяч. Ну ладно, шестьдесят две.

Огромные числа парализовали мой разум, поэтому я умолк, машинально сунул в рот маленький поджаристый пирожок, механически его прожевал и проглотил, так и не разобравшись, что там была за начинка.

– Теперь у нас есть еще мои Смертные шары, – продолжил я. – Практика показывает, что я могу вылечить четыре-пять дюжин человек за один присест. Потом я буду на какое-то время отрубаться, и все можно начинать сначала. Надеюсь, что меня хватит на два таких сеанса в сутки. Значит, за один день я могу поставить на ноги не больше десяти дюжин человек. Не так плохо, но… Сколько у нас времени?

– В прошлый раз эпидемия анавуайны продолжалась что-то около дюжины дней. Потом все закончилось так же внезапно, как и началось. А мы развлекаемся уже трое суток. В общем, давай считать, что у нас есть десять дней.

– За десять дней я могу вылечить тысячу двести человек – в лучшем случае. Это капля в море.

– Это капля в море, которой могло бы и не быть, – жестко сказал Джуффин. – Спасти еще тысячу двести обреченных – не так уж мало!

– И не так уж много, – упрямо возразил я. – Джуффин, я не просто так ною. Я хочу, чтобы вы подумали: может быть, мои способности можно использовать более рационально?

– Может быть. Но я уже думал об этом, Макс. И, увы, пока ничего путного не придумал.

– А сэр Маба? – спросил я.

– Он не принимает участия в происходящем, – сухо сообщил шеф. – Мабе кажется, что он уже и так переусердствовал со своими мудрыми советами. Впрочем, он прав, все вещи, которые могут нарушить это грешное равновесие Мира, следует строго дозировать.

– А что вообще означает этот странный термин? – спросил я. – Вообще-то он меня уже здорово раздражает. Только и слышу: «нарушится равновесие Мира», «нарушится равновесие Мира…» Честно говоря, мне это ничего не объясняет.

– В нашем прекрасном Мире испокон века творилось слишком много чудес, – объяснил Джуффин. – И это почти так же плохо, как если бы их творилось слишком мало. Я уже когда-то читал тебе подробную лекцию о том, ради чего затевалась вся эта тягомотина с Кодексом Хрембера: помимо личных амбиций Магистра Нуфлина, были и куда более серьезные причины запретить гражданам Соединенного Королевства использование Очевидной магии. Иногда лучше перегнуть палку, чем…