Тростниковая птичка - Ольга Смайлер

Та сделала несколько шагов, потом вздохнула, словно собираясь с духом, и взяла меня за локоть.

— Соня, ты не верь тому, что эта… вот ведь правильно вы её Малышкой назвали, сиськи выросли, а в голове, как у пятилетки… В общем — не верь ей, она болтает, не думая, пересказывает, чего не знает.

— Ты это о чем? — я от неожиданности даже оступилась на лестнице, и меня тут же подхватили четыре руки.

— Про командира, Сайгона. Я вчера разговор ваш слышала…

— Меня было сложно не услышать… — растерянно согласилась я.

— Не верь ей! — Фина остановилась и заставила остановится меня и Мию, — Он хороший!

— Да ты-то откуда знаешь? — беззлобно фыркнула Мия, ловким тычком в спину заставив меня продолжить движение.

— Он зимой к нам поезд торговцев сопровождал со своей десяткой.

— И что?

— А то! В поселке вокруг него наши девицы чуть ли не хоровод водили — оно конечно, воины за невест выкуп не платят, но все же сын главы рода, и до Грани ему недолго осталось. Думали, что первая же, что его облагодетельствует, бусы принесет, невестой станет. Даже жребий тянули. А он бус не взял, и велел другим сказать, что следующую, кто его осчастливить решит, сам отцу сдаст, вместе с бусинами. Так что — желающих-то полно… Вот только он не хочет.

— Так разве он хороший? — удивилась я, — Вон девушку обидел…

— Такую обидишь, — хихикнула Фина и вдруг стала серьезной, — Он потом брату сказал, что устал от того, что на него смотрят, а видят кого-то другого… Я на него много в поселке смотрела… Он не урод, Соня… Он просто другой, не такой как остальные воины. И очень несчастный. И ему до Грани совсем немного осталось, воины шептались.

— Зачем ты мне это рассказываешь? — опешила я.

— Ты смелая… Я тогда не смогла, забоялась, а ты сможешь. Пожалуйста! — Фина прибавила шагу, и вскоре влилась в большую компанию, поднимавшуюся перед нами.

Из того, что говорила мне Фина я поняла едва ли половину: что Сай считает местных девиц корыстными и не берет у них бус. Я застонала: бусы, опять бусы, а я так толком и не знаю — зачем они нужны.

После завтрака я была настроена весьма решительно, настойчиво усадила Мию в автобусе на свое место у окна, жестом фокусника извлекла из рукава минибук и протянула его Мие.

— Предлагаю обмен, — улыбнулась я ей, — я отвечаю тебе на вопросы про то, как им пользоваться, а ты… Ты объяснишь мне про бусы.

— Про бусы? — нахмурилась Мия, не отводя, впрочем, взгляд от бука в моих руках, — так это любой малышке известно!

— Ну так и расскажи на уровне… для малышки.

— Зачем тебе? — Мия удивилась настолько, что перевела взгляд на меня, — Ты… ты не знаешь про бусы? Разве тебе мама не рассказывала?

— Неа, — вздохнула я.

— А, так ты, наверное, уже сговоренная была, тогда понятно, что тебе про бусы ни к чему и знать было. А как одна осталась… Да, понятная история: сирота не нужна, а про сговор напомнить и тебя защитить было некому.

Я только хлопала глазами, наблюдая, как ширится и полнится моя керимская биография. Пришлось придвинуться к Мие поближе, приперев её к стенке автобуса в буквальном смысле, и настойчиво попросить, покрутив минибук в руке:

— Бусы, Мия, бусы!

Мия вздохнула:

— В общем, так. Каждая девочка, которой уже есть пятнадцать, считается взрослой и может подарить понравившемуся парню бусы. Ну, это как признание — "ты мне нравишься".

— А если он не возьмет? — уточнила я.

— Это еще поискать надо такого, чтобы не взял! Сайгон, наверное, единственный такой принципиальный. Нет, конечно, отказаться-то от бус можно, можно и потом снять с куртки и вернуть, но зачем? Чем больше на тебе бус разных цветов, тем ты более завидный жених. Они между собой считаются, у кого цветов больше…

— Цветов? — удивилась я.

— Ну да, у каждой девушки свой цвет бус, как в пятнадцать выберешь — так и до замужества.

— А чего считаться? Попросил у всех симпатичных девчонок, и все… первый парень на деревне.

— Вот что значит сговорили тебя рано, — всплеснула руками Мия, задев мое плечо, — совсем ничего не соображаешь. Не может мужчина просить, это… ну, таких никто не уважает, стыдно это. Невеста же выбирать должна.

— А количество бусин какую-нибудь роль играет?

— Нет, никакой… Я не пересчитывала никогда, сколько получилось — столько и подарила.

— Значит, принимать можно бусы от любых понравившихся девушек? И дарить любым понравившимся парням?

— Да, так — улыбнулась Мия, — ну, кроме свадебных. Если уж мужчина свадебные принял, то все, дело к брачным браслетам идет, тогда на куртке только их и оставляют, все остальные спарывают.

— А если мужчина решит, что не хочет жениться и свадебные бусины вернет? — уточнила я

— Запрета на это, конечно, нет… Но из рода вышибут, чтоб род не бесчестил, значит дорога одна — к Серым Братьям. Да и кто потом такому решится свадебные бусины подарить, вдруг снова… вернет? Так можно после Грани по пути Прерванных Линий уйти. Потому, обычно, свадебные сразу и не дарят, присматриваются, сговариваются.

Я выстроила ассоциативный ряд "бусины — валентинки, бусины — помолвка, свадьба", решила, что уточню детали позже, и, успокоившись, отдала Мие мини бук. После прошлой летной практики у меня так и не дошли руки удалить прочитанные сентиментальные романы, а вчера ночью, отвернувшись к стене и накрывшись одеялом, мне удалось скинуть их с большого бука на маленький. Мия под моим руководством запустила читалку, открыла книгу, и, судя по её выражению лица, впала в нирвану, но я, наконец, поняла, что царапнуло меня и в разговоре с Финой, и в объяснениях про бусины:

— Мий, а что такое Грань?

— Это день, в который мужчине исполняется тридцать, — отмахнулась от меня Мия, даже не заметив, что я опять задаю "детские" вопросы.

— А что будет, если к этому дню Сай ни от кого не примет бусин? С ним что-то случится?

Мия оторвалась от читалки, подняла на меня взгляд:

— Ну как-то так, да, — голос при этом у Мии был отсутствующий, — Случится.