Летос - Алексей Пехов

– Пока во мне нет никакой тьмы.

– Интересно, как ты это понял? Знак асторэ….

– Последние асторэ погибли после Катаклизма.

Лавиани посмотрела на него с насмешкой:

– Это мы так считаем. Быть может, они всегда с нами, ходят рядом, а мы просто об этом не знаем. Как их от людей-то отличить? – Она вздохнула. – Ладно. Давай серьезно. С тобой все относительно хорошо. Ты пока на ногах. Но я не знаю, как долго это продлится. Не будем полагаться на легенды, где из человека лезут потусторонние чудовища, а сам он больше похож на призрака. Вряд ли ты перевоплотишься в жабоголового великана и сожрешь деревню, или что там еще говорят о пустых? Все гораздо прозаичнее. Думаю, в один из дней ты всего лишь упадешь и умрешь. Просто и обыденно. Как тысячи других людей на земле.

– Не собирался я в могилу так скоро.

– У меня есть предположение, кто смог бы тебе помочь. Раньше с такими вещами легко справлялись эйвы.

Тэо негромко рассмеялся:

– Еще одна сказка. Эйвов никто не видел со времен начала Войны Гнева. Они ушли в свои леса и с тех пор не показывались людям на глаза. Многие считают, что эйвы умерли, когда Тион, последний великий волшебник, отказался от своего дара, чтобы не дать темной стороне захватить его. С последним волшебником исчезла и последняя часть светлой магии асторэ. А эйвы жили ею. Ты предлагаешь мне поехать к границам Лоскутного королевства и начать бродить по Туманному лесу в надежде найти миф?

– Печать той стороны тоже считают выдумкой. И вместе с тем она прекрасно чувствует себя у тебя на спине.

– Железный аргумент, – не стал спорить он. – Но и до Лоскутного королевства и до Нейкской марки, где еще растут леса эйвов, два месяца пути. Возможно, я просто не успею туда доехать. Не говоря уже о том, чтобы найти того, кого не могли найти сотни других за тысячу лет.

Лавиани согласно кивнула:

– Значит, мы думаем одинаково. Время уж точно не твое богатство. Поэтому твой единственный шанс – попытать счастья у указывающих путь.

– Некроманты? – нахмурился тот.

Лавиани тут же окрысилась:

– Ты одной ногой на той стороне, но чего-то выбираешь?! Совсем придурок?! У них есть дар спасать живых от мертвых! И сейчас нет ничего общего с теми, кто когда-то воевал против Единого королевства на стороне шауттов и мэлгов. Я родилась на Летосе и знаю, о чем говорю. Указывающие – единственные стоящие между живыми и ночью, наполненной синими огнями. Больше не к кому обратиться. Они – те, кто обладает жалкой частичкой магии прошлого.

– Я слышал о придворных волшебниках герцогов.

– Шарлатаны! – скривилась она, вспомнив придурка, который как-то попытался ее остановить. – Жалкие фокусники, вот каково их настоящие занятие, мальчик. Их держат при дворе, как комнатных собачек. Дань моде, ничего более. Они так же «всеведущи» в магии, как гадалки, что работают в ваших цирках. И тебя к этим ловкачам даже на порог не пустят. Они заняты тем, что прописывают слабительное благородным господам. А указывающие рядом, они общаются с тем, что не подвластно обычным людям вроде нас с тобой. Потомки некромантов вполне могут знать ответы на вопросы и если не помочь, то хотя бы дать тебе полезный совет.

Это предложение Тэо не нравилось совершенно. Он разное слышал о людях, сражающихся с заблудившимися. В основном темные истории. На материке их не любили и считали, что если общаться с ними, то обязательно случится что-нибудь плохое.

Лавиани правильно расценила его сомнения:

– Уже особо нечего опасаться, мальчик. Хуже, чем то, что с тобой случилось, еще придумать надо суметь.

– И все же – нет.

На ее лице появилось раздражение.

– Как знаешь. Хочешь сдохнуть – ничего не имею против. Я по твоей смерти точно плакать не буду.

– Приплывем в Дарию, доберусь до Карена и что-нибудь придумаю.

– Кто сказал, что мы плывем в Дарию? – Ее невинный вопрос поставил его в тупик.

– До Давора довольно далеко на такой лодке. Неужели ты хочешь сказать, что мы движемся в Тараш?

– С чего бы мне туда плыть? – Она ткнула пальцем в далекую землю. – Это, к твоему сведению, Летос.

Он тихо спросил, и она впервые услышала в его голосе угрозу:

– Какого Скованного я забыл там?

– Ты меня совсем не слушаешь. Потому что тебе стоит поговорить с кем-нибудь из указывающих. К тому же ты валялся при смерти, но это не означает, что я должна была торчать в Пограничном, дожидаясь твоего возвращения из мира снов. У меня, знаешь ли, есть свои дела, куда более важные, чем сидеть возле твоего одра. – Лавиани начала злиться. – Хотя, возможно, мне и вправду не стоило тащить тебя на корабль и оплачивать твой проезд. Следовало оставить в том дырявом сарае на милость судьбы. Уверена, ты был бы более счастлив, чем теперь!

Он вздохнул, признавая свою вину:

– Извини. Ты поступила правильно.

Она беззвучно хлопнула в ладоши:

– Умение признавать свои ошибки дорогого стоит, циркач. Но мне плевать на твои извинения. Когда доплывем до Нимада, можешь отправляться назад.

– Нимад? Но он довольно далеко. На севере герцогства.

– И на самом крупном из островов. Будем там через три дня.

– А раньше пристать к берегу не получится?

Лавиани скривилась:

– Ну, попробуй уломать капитана. Насколько мне известно, материковые жители не слишком любят устраивать стоянки на этих островах.

После этого она отвернулась, показывая, что беседа окончена.

Акробат действительно попытался поговорить с моряками, и те конечно же отказали. Как и предрекла Лавиани.

Капитан посмотрел на Тэо, точно на психа:

– Мы уже проплыли Арант, парень. В других местах мне останавливаться не резон. Следует спешить. Скоро начнутся шторма. Летос – не самое гостеприимное место на земле.

Пружина не стал настаивать.

Лавиани больше с ним не разговаривала, держалась отстраненно, все время проводя на носу корабля и глядя в море. Ее, как и его, совершенно не волновала качка.

Теперь Тэо знал, что за зуд то и дело возникает у него в спине и почему порой немеет рука. Он верил своей невольной спутнице, но все же улучил момент и, когда остался в трюме один, достал из сумки маленькое квадратное зеркальце, которое использовал для нанесения грима. Вторым зеркалом выступил металлический бок котелка. Довольно тусклый и поцарапанный, но его было вполне достаточно для того, чтобы увидеть, что слова Лавиани правда.

Даже сейчас он не испытал страха. Тэо давно привык не бояться, а может быть, просто не умел. Человек, рискующий жизнью, балансируя на канате над пропастью, свыкается с мыслью, что может умереть в любую минуту.