Ангел-наблюдатель - Ирина Буря

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался я.

— Что опять вынюхиваем? — с яростью прошипел Тоша.

— Извините, пожалуйста, — приветливо улыбнувшись, постарался я вернуть разговор к принятому в ангельской среде дружелюбному тону, — мой коллега слегка удивился вашему неожиданному появлению. Он хотел спросить, чему мы обязаны удовольствием видеть вас? Кстати, неплохо было бы побеседовать лицом, так сказать, к лицу.

— Мы не обязаны вам представляться и, уж тем более, беседовать, — раздался в ответ надменный голос. Знакомый. Тот, что мы с Тошей в церкви после крещения Даринки слышали.

— Сейчас-то что надо? — Тоша тоже, видимо, вспомнил о нашей первой стычке с наблюдателем.

— Мой коллега хотел спросить, — опять перевел я его, — чем вызвано ваше появление непосредственно в данный момент?

— Вы что, отчета от нас требуете? — послышался из угла второй голос. Преисполненный такого высокомерного удивления, что меня в момент затопило волной слепящей ненависти. Это он сквозь меня за моим парнем наблюдать будет?

Почувствовав, как под этой жгучей волной испарились во мне последние крохи ровного дружелюбия, я нервно оглянулся на Стаса. Интересно, станет ли он и дальше нейтралитет держать, если мы их сейчас отсюда пинками…?

Но он уже тоже понял, что ситуация неотвратимо склоняется в сторону вооруженного конфликта. Который он, как представитель силовых структур, просто обязан предотвратить.

— Да, я бы, к примеру, не отказался узнать ваши цели и полномочия, — подал он свой самый облеченный властью голос. — Надеюсь, мне не нужно представляться?

— Нет уж, будьте любезны, — холодно отозвался Тошин… нет, Даринкин… нет, детей оставим в стороне — Тошин наблюдатель.

— Руководитель службы внешней защиты, — еще холоднее отчеканил Стас, прищурившись.

— В таком случае Вам должно быть хорошо известно, — снова включился мой наблюдатель, — какую потенциальную опасность для сохранения тайны нашего сообщества могут представлять собой эти столь отличные от человеческих детей существа.

— В особенности те из них, — продолжил Тошин, — которые ведут свое происхождение от представителей его более экстремистского крыла.

— Не говоря уже о тех случаях, — добавил мой, — когда они оказываются в сфере воздействия друг друга, что может привести к резонансу их отличий, многократно усиливая тем самым риск повышенного к ним внимания.

— Вы также прекрасно осведомлены, — надменно заметил Тошин, обращаясь все также только к Стасу, — что наш отдел работает под грифом строгой секретности, и его сотрудники не подотчетны никому, кроме своего непосредственного руководства. Только оно имеет право знакомиться с результатами наших наблюдений, которые представляются затем на рассмотрение Высшему Совету.

Все это время мне пришлось прочно поддерживать под локоть Тошу, который при слове «создания» резко дернулся вперед. Под какой-то странный звук, донесшийся со стороны Марининых ангелов.

— Я хотел бы узнать, — послышался оттуда же напряженный голос Максима, — входят ли в этот Совет представители нашего… экстремистского, как вы выразились, крыла?

Тоша бросил на него яростный взгляд, но чуть расслабился, раздумывая, похоже, на кого в первую очередь бросаться.

— С этим вопросом Вам следует обратиться к своему руководству, — презрительно скривился, судя по тону, Тошин наблюдатель. — Если оно сочтет необходимым дать Вам ответ.

— Обращусь, не сомневайтесь, — уверил его Максим. — И в том, что ответ получу, тоже.

— А я хочу вам напомнить, — определился, наконец, с направлением последующего удара Тоша, — что у этих детей здесь, на земле, поручители имеются. Которые наблюдают за их развитием не наскоками, а ежедневно. И, в случае чего, и подкорректируют его, и в нужную сторону направят. И без их ведома никаких действий в отношении детей предпринято не будет. Можете так начальству и доложить.

— В этом Вы можете быть абсолютно уверены, — отозвался его наблюдатель с легкой ноткой плотоядности в голове. — В нашем сегодняшнем отчете непременно будет отмечена ваша очередная попытка создать нам препятствия в исполнении должностных обязанностей.

И они исчезли так же внезапно, как и появились.

Не сговариваясь, мы все тревожно оглянулись на Игоря и Даринку, которые, потеряв источник необычного развлечения, принялись в блаженном младенческом неведении хлопать друг друга ладошками, тихонько похохатывая от удовольствия.

— Тоша, — проговорил вдруг решительно Максим, — давай-ка наши разногласия на потом оставим? Хочешь, верь, хочешь, нет, но в том, что касается нее, — он кивнул головой в сторону детей, — мы с тобой на одной стороне.

— Да ты бы вообще молчал! — От злости Тоша прямо плеваться начал. Злился он, конечно, на Максима, но оплеванным остался ближайший к нему я. Как всегда. — Ты уже все, что мог, для нее сделал!

— А вот и нет! — Максим тоже вскипел. Может, мне с линии огня незаметно отступить? — У нас мое слово весьма существенный вес имеет, и я практически уверен, что в этом Совете наши тоже представлены. И если ты думаешь, что они… мы потерпим очередное ущемление…

— Ага! — взорвался ответным гейзером Тоша. — Давай, еще масла в огонь подлей!

Воспользовался его советом Стас — полил маслом здравого смысла эту разбушевавшуюся слюной стихию.

— Тоша, уймись! — лениво бросил он. — Я господ… экстремистов, — в его устах это слово почти комплиментом прозвучало, — тоже не жалую, но существование у нас никому не подотчетных неприкасаемых мне еще меньше нравится. Я, пожалуй, с кем угодно объединюсь, чтобы к ним прикоснуться. Внушительно.

— Да плевать мне на них! — не поддался увещеваниям Тоша. — Пусть от Даринки отвяжутся и, кем хотят, теми себя и считают!

— И ты от помощи откажешься, если ее все же придется защищать? — вернул я его к зловещей реальности.

— Да какая от него помощь? — простонал Тоша.

— Когда с внештатниками сцепились, — прищурившись, заметил Максим, — ты против моего участия, по-моему, не возражал. А если за девочкой явятся, тебе лишняя пара рук помешает? Только потому, что она — моя?

— Нам на земле очень вредно один на один со своими проблемами оставаться, — пискнул вдруг Киса. — Для дела вредно.

Мы все дружно вытаращились на него. Не знаю, как другие, а я о его присутствии вообще забыл — он опять, как черепаха, все конечности (включая голову) в себя втянул и деталью пейзажа прикинулся. Не бездумной, правда, и очень даже наблюдательной — нужно будет с ним договориться, чтобы он мне в будущем обо всех встречах Марины с Татьяной докладывал.

На этом наш разговор и закончился — люди в гостиную вернулись. Впрочем, судя по тому, как переглядывались, уходя, Тоша с Максимом, не закончился, а отложился. На неопределенное пока время.

А вот отложить переговоры с Татьяной мне не удалось. По крайней мере, надолго. И отреагировала