Невеста стража Тьмы - Лана Ежова

Первого разумного Эйликс увидел возле реки. Стоя на полузатопленном поваленном дереве, здоровенный серый кот с драным ухом ловил рыбу, не подозревая, что вскоре поймают его. Когтистая лапа молниеносно окунулась в воду и… промахнулась.

Сердито фыркнув, кот хотел повторить маневр, но взлетел в воздух, опутанный лентами тьмы. Они не причиняли боли, но кот все равно забился, тщетно силясь вырваться.

Тьма аккуратно опустила его на изумрудную траву.

— Обернись, — приказал тихо Эйликс.

По мускулистому телу кота прошла болезненная судорога. Хрипло мяукнув, он выгнулся дугой — и превратился в человека.

Сначала молча, затем с возмущенными криками оборотень вновь забился в магических оковах.

— Отпусти! Ты что творишь! Эй!..

Эйликс терпеливо ждал, пока пойманный обессилеет и услышит его.

Оборотень, наконец, обмяк и прохрипел:

— Ты же кромешник, да? Что я тебе сделал?

Эйликс опустился на одно колено и, безмятежно глядя в злые зеленые глаза, ответил:

— Ничего личного, мне нужны твои знания.

Оборотень подавился воздухом и засмеялся глумливо:

— Ни за что! А теперь отпусти, ты не вправе меня удерживать!

— Отпущу, — покладисто кивнул Эйликс и прижал ладони к вискам пленника, — но сначала открой мне свой разум…

Глаза кромешника заполнила тьма — и оборотень перестал сопротивляться.

***

Я открыла глаза и сделала глубокий вдох.

Эмиссар кому-то выпотрошил мозги… Очередное видение или просто кошмар? Слишком реалистично, чтобы быть сном. И в то же время я не хочу верить, что Эйликс мог причинить зло невинному!

— Леди Кери, вы в порядке? — прозвучало совсем рядом.

До меня не сразу дошло, что проснулась не там, где засыпала. Не в гробу, а снова лежу на обычном, хоть и очень мягком покрывале. Неподалеку сидит лорд Мэтиас, поджав под себя ноги.

И я вспомнила все: и как быстро уснула, и странный диалог кромешников, и сожаления, что из-за меня очнулся Эйликс…

— Почему вы меня усыпили? — спросила сразу в лоб.

— Я не усыплял, — безмятежно отозвался здоровяк.

— Я слышала ваш разговор с лордом Арханом! — заявила я и резко вскочила с покрывала.

И ничего не ощутила. Ни боли, ни усталости…

Пока лазила в колодце, потянула мышцы в нескольких местах, сломала ногти, счесала кожу, даже клок волос вырвала, когда прядка зацепилась за лиану. И теперь ничего этого не было! Обломанные ногти успели отрасти, царапины затянулись, синяки исчезли. У меня регенерация быстрее, чем у человека без магического дара, но не до такой же степени!

— Что со мной?

— У вас что-то болит? — забеспокоился лорд Мэтиас, но с покрывала не поднялся.

Такое ощущение, что он старался лишний раз не подавлять своими размерами, чтобы не испугать.

— Я себя чувствую отлично, и это странно! Сколько же я пролежала в вашем гробу?

— Не моем, — возразил кромешник поспешно, — моего родственника.

Гроб… А я ведь сразу отметила, что Эйликс слишком хорошо выглядел после магического сна. Ни замедленных реакций, ни проблем с координацией. Даже волосы оставались коротко острижены, а лицо идеально выбрито.

Лорд Мэтиас молчал. Подбирал слова или ожидал, что догадаюсь сама? Что ж, выдвину самое бредовое предположение.

— Это Тьма меня усыпила? Точнее, ее саркофаг?

Я огляделась — вытащив меня из гроба, кромешник все же не вынес из усыпальницы. Неужели имею право возгордиться? Мне теперь доверяли больше, раз оставили здесь, а не выставили в коридор?

— Саркофаги для своих воинов создает сама Тьма, — тихо сообщил лорд Мэтиас. — Они могут исцелить даже смертельные раны. А еще, самое важное, даруют забвение тем, кто подошел к краю, не совладав с могуществом, которым наделила богиня.

— Один такой саркофаг заменит десятки сильных целителей, — заметила я, глядя на ровные ряды черных гробов.

— Нет! — резко ответил лорд Мэтиас. — Саркофаги Тьмы не подходят для обычных людей.

— Только для магов?

— Только для кромешников.

По спине сыпануло морозом. И я не сумела скрыть растерянность:

— Но я ведь не кромешник…

— Вы невеста кромешника, — излишне торжественно произнес лорд Мэтиас и, плавно поднявшись, взял меня за руку. — Солем на вашей коже, уникальный знак Тьмы, дает привилегии, в том числе возможность воспользоваться саркофагом.

Я опустила взгляд — и обмерла. На моем запястье ничего не было!

— А солема больше нет, — сообщила настороженно.

— Есть, — улыбнулся лорд Мэтиас. — Он проявится при определенных условиях.

Каких таких условиях? Закономерный вопрос озвучить не успела.

— Вы невеста эмиссара Эйликса, этого не изменить, — добавил кромешник.

Нотка обреченности в его голосе стала последней каплей — внутри меня будто фонтан из кипятка заработал. Ух, как же я зла! На обстоятельства, на людей вокруг…

Я не соглашалась на статус невесты, мне его навязали! А теперь выясняется, что его еще и отменить нельзя?! Может, мне и замуж за Эйликса придется пойти? Замуж за монстра?

Подавив гнев, спокойно спросила:

— Не изменить, даже если я не хочу быть невестой эмиссара?

— Не хотите? — изумился здоровяк. — Но ведь солем — удивительная редкость, любая давелийка…

— Пускай редкость! — перебила я его, теряя самообладание. — Мне все равно. Я не хочу иметь ничего общего с человеком, который влезает в чужую память!

На лице лорда Мэтиаса отразилось недоумение.

— В чью память влез проснувшийся эмиссар? — спросил знакомый голос.

Я обернулась и увидела нахмуренного Эрика Вебранда, короля Латории. И он пришел не один…

Блондина с пронзительно-синими глазами и характерными для темных резкими чертами лица я узнала сразу, хоть и видела всего лишь раз. Впрочем, этого статного мужчину в черной форме офицера давелийского войска сложно забыть — его окутывал шлейф силы, подавляющей окружающих. Хотелось склонить голову и слепо выполнить все, что он прикажет. Кронпринц Давелии не только по статусу, но и по сути.

И кого приветствовать первым? Своего короля или наследника темной империи, под протекторатом которой долгое время находилась Латория?

Миг на сомнения — и я склонила голову. Хотелось иного, но я доверилась этикету.

— Ваше величество… ваше высочество…

Повезло, что не сижу на полу усыпальницы, что уже отошла от сна и полноценно соображаю.

Ох… Сон… Я поспешила заявить, что в порядке. Я обвинила эмиссара Эйликса в том, что он совершил в моем сне!

Ну, не дурочка ли?..

ГЛАВА 8. Все-таки невеста?

— На этом все, больше я ничего не видела, — закончив рассказывать сон, я опустила взгляд, успев отметить, как король и принц переглянулись, безмолвно делясь впечатлениями.

Надо же было, как говорит Нона, так опростоволоситься… Принять сон за явь!