Колыбельная - Елена Ахметова

Потому что была еще идея с совместным ужином. И идея в обход официальной процедуры сдавать кровь исследовательскому центру. И невесть откуда взявшееся право вносить изменения в график дежурств…

И второй этаж общежития высших чинов. Второй, черт побери, самый теплый!

— Лют, — негромко произнесла я, захваченная новой мыслью, — как на самом деле называется твоя должность?

— И остывать так быстро тебе тоже не свойственно, — удовлетворенно кивнул особист, проигнорировав мой вопрос, и протянул мне бронежилет. — Давай-ка помогу надеть. Снайперы будут на позициях уже через полчаса, когда все гражданские уйдут на работу. Тогда же и наш выход.

Я уже собиралась сообщить ему, что никуда не пойду — потому как знавала уже одного славного парня, который терпеть не мог личные вопросы! — подобные новости здорово пошатнули мое душевное равновесие.

— Снайперы?!

— Мы с тобой уже видели, на что способен Найден, — пожал плечами Лют. — Конечно, МагКонтроль предпочел бы заполучить его живьем, но приоритетна все-таки наша с тобой безопасность.

Конечно, потому что согласится ли Найден сотрудничать, если его поймают, — большо-о-ой вопрос. А мы с Лютом — совсем другая песня…

— Тиш, будь моя воля, ты бы уже овдовела, — честно сказал особист и положил бронежилет мне на колени. — Но командование со мной не согласно. Снайперам отдан приказ стрелять по ногам и только в случае магической атаки. Пойдем. Пожалуйста. Нам нужен Найден, и ловить его нужно сейчас, пока он вне себя от ярости и ничего не соображает. Потому что когда он начнет соображать…

…он все-таки убьет Люта. Даже если убедится, что на самом деле решение провести с ним ночь было моим.

— Как же я вас обоих ненавижу!.. — обреченно выдохнула я и взяла бронежилет.

Следовало признать: больше Люта и Найдена, вместе взятых, я ненавидела себя. Все остальные просто иногда попадались под горячую руку.

Бывшая магистраль навсегда осталась для меня лучшим напоминанием, что бездумно доверять нельзя даже успешному двухвековому опыту магоснабжения, не говоря уже о каком-то пятилетнем стаже проектирования. А стоит расслабиться и довериться людям — о, что тут же начинает твориться с налаженной и вполне счастливой жизнью!..

Казалось бы, достаточно было один раз наступить на эти грабли, чтобы убедиться: если мужчина не принимает тебя за равную, не готов делиться мечтами и целями и вообще всячески ограничивает сферы своей жизни, куда готов впустить тебя, — значит, где-то в его шкафу аккуратно расправлен на плечиках огромный скелетище. А то и не один.

И что мне мешало провести пару-тройку параллелей и держаться от Люта подальше, пока ситуация не докатилась до того момента, когда я оказалась посреди сугробов над бывшей магистралью, на отлично простреливаемой площадке под прицелом невидимых снайперов, и готовилась устраивать финальную провокацию?!

Что будет, если тоскующая драконесса «услышит» мое раздражение и глухую обреченность, даже думать не хотелось. Я наотрез отказалась заходить дальше погнутой бытовки. И к снайперам ближе, и Третью еще не слышно.

Без Тайки мы с Лютом смотрелись здесь чертовски подозрительно. Найден должен был знать, что во время визитов сюда мне всегда требовалась моральная поддержка — и собака с этой задачей неизменно справлялась лучше, чем кто-либо другой. Но подвергать опасности Тайку я уж точно не собиралась, а Лют и не настаивал.

Снайперы, если верить особисту, должны были пасти нас еще от общежития высших чинов, готовясь стрелять в любой момент. Я не стала расспрашивать, где он успел найти столько людей и откуда во Временном городке столько оружия.

Не ответит. Проигнорирует вопросы так же, как проигнорировал вопрос о своей настоящей должности.

— Здесь, — коротко приказал Лют, и я остановилась и обернулась. — Готова?

После «заражения» магией целоваться на морозе я еще не пробовала, и теперь было даже любопытно: потрескаются потом губы или нет? У Люта-то — однозначно, а у меня?..

Особиста, похоже, столь прозаические вопросы не волновали. Он чуть сместился в сторону, закрывая меня спиной от ближайшего здания, и без единого сомнения нагнулся за своей провокацией.

Эффективность оказалась выше всяких ожиданий.

Сначала накатила гневливая, безнадежная тоска, медленная и неповоротливая, как сам дракон. В следующее мгновение она внезапно усилилась, как будто я оказалась у Третьей под боком, — а потом Люта рывком снесло в сторону, и он уронил меня в сугроб — а сам каким-то чудом удержался на ногах и вздернул вверх согнутую в локте руку, сжав пальцы в кулак.

Я не понимала, что произошло, ровно до тех пор, пока одна из пар следов на снегу вдруг не смазалась сама по себе. Особист соображал куда быстрее, а потому успел от души наподдать ногой в воздух, ориентируясь на цепочку следов, — и, кажется, сам удивился, когда колено натолкнулось на препятствие.

Со стороны выглядело сюрреалистично. Найден вылетел из своего преломляющего поля спиной вперед — сначала стало видно пропоротую тонкими зеленоватыми иглами парку и согнувшееся от удара туловище, потом — опущенную голову; последними из-за завесы показались ноги. Его сшибло на землю, и этой заминки Люту хватило, чтобы навести на найденыша пистолет.

— Даже проще, чем я думал, — удовлетворенно прокомментировал особист.

Найден оскалился, показав испачканные в красном зубы. Меня ожгло чужой досадой и злостью — и я только и успела, что закричать, но лишь зря отвлекла Люта.

Этого фокуса я еще не видела.

Найден сгреб полные ладони снега и швырнул в Люта, будто собрался поиграть с ним в снежки — а в полете они стремительно растаяли и снова заледенели, сформировав острые клинья с мелкими зеленоватыми вкраплениями внутри. Особист отвлекся на мой крик и не успел среагировать, тотчас оказавшись в сугробе. Пистолет остался в его руке, и Лют снова наводил его на цель — только вот цель уже сообразила про бронежилет и, пылая злым торжеством, бросила особисту в голову еще один снежок.

Но первым в итоге успел снайпер.

В лицо Люту прилетел рассыпчатый от морозца снег, заставив сморщиться, — а меня забрызгало кровью.

Найденыш страшно закричал и рухнул прямо на простреленное бедро.

— Найден!

Я не знала, что делать, — но бездействовать уже не могла, а потому просто подскочила к нему, пискнув от страха и отвращения, надавила на расплывающееся по его бедру кровавое пятно. Найденыш закричал, бестолково дергаясь и пытаясь отползти, — я чувствовала, как его трясет от боли, и меня трясло не меньше.

— Что тут?.. — Лют нагнулся, положив руку мне на плечо, и я как-то тоненько, беспомощно завыла.

Для Найдена внезапно нахлынувшая драконья тоска стала последней каплей, и он, подавившись криком, весь побелел и рухнул спиной назад. А Третья вдруг притихла, будто прислушиваясь…