Когда умолкает кукушка - Ольга Лисенкова

– Серьезно? Так напугался, что и уснуть теперь боишься?

– Я?! Я ничего не боюсь! Наоборот, хотел бы снова повидаться с тобой… да и поспать мне бы не повредило. Вымотался весь. Но не выходит ни фига. Ты там как?

Алена медленно погладила зеркальную гладь левой ладонью.

– Видела Лизу. Она от меня убежала. Не знаю, что делать.

– А… ты там где?

– В гостях.

– У кого?

В голосе, кроме естественного беспокойства, прозвучала неожиданная для него самого ревнивая нотка.

– У Лорда.

– Ты нормально сказать можешь? Что из тебя вытягивать приходится, как из упрямого подростка?!

Алена снисходительно вздохнула.

– Лорд – это я так его назвала. Одна из заблудших душ, которая не знает, на каком она свете. Я говорю им, что надо выбираться, и срочно. Но я не знаю, как. И Лиза сбежала. И ты тоже.

– Я не сбежал. Я проснулся. Меня разбудили. Там… мальчик пропал, и мне позвонили.

– Нашелся?

– Да.

– Хорошо. – Она вздохнула. – Мне что делать-то, Федь?

Он не знал. Его опыт, с гаджетами и собаками-ищейками, был неприменим в этом промежуточном мире, заросшем папоротником.

– Как ты вышла со мной на связь? – спросил он вместо ответа.

– Я просто стою у зеркала в холле.

– У Лорда.

– У него дом. Усадьба.

– Значит, ты…

– Стою у зеркала. И тут вижу, как ты встаешь от ноута.

– Потому что у меня ночь, занавесок нет, и оконное стекло похоже на зеркальное. Если я подойду к настоящему зеркалу, я смогу увидеть тебя?

– Не знаю… может, если я буду стоять в это время рядом с зеркалом?

– Хорошо, – торопясь, сказал он. – Если что, сеанс связи в полночь.

Алена хихикнула.

– Прекрасно. Если бы тут была полночь… хотя часы у Лорда имеются.

– В холле рядом с тобой есть часы?

Она обернулась и едва не пропала, он дернулся вперед. Но она вернула на кухню взгляд, а вслед за ним возвратилась и сама.

– Часы есть. Сейчас половина первого. Очевидно, ночи, потому что у нас тут тоже темно.

Федор, не глядя, потянулся за будильником, а потом бросил мгновенный взгляд на положение стрелок на циферблате.

– Ага, сверили. Будем ориентироваться тогда так.

– То есть ты больше не думаешь, что спишь? – с иронией спросила она.

Он пожал плечами.

– Если честно, я уже ни в чем не уверен, кроме того, что таких странных снов у меня еще не было. У меня никто пока не висел за окном с разговорами.

– Как ты скучно жил прежде.

– И не говори. А ты сама-то!

Она снова засмеялась. Потом посерьезнела:

– Меня пугает это всё. Эти люди, за которых я в ответе. Эта Лиза, которая скрылась неизвестно куда. Откуда я могу знать, что предпринять?

– Ну не у всех же на руке татушка с летучей мышью, – поддел он.

Она подняла руку, посмотрела сама и показала ему.

– Да, роскошная.

– Тогда скажи мне, любимица полуптиц, как мне к тебе добраться?

– Полуптиц? – повторила она удивленно.

– Летучая мышь… полуптица, полуживотное. Так считается. Ведь она летает, одна из всех млекопитающих.

– Верхний мир и Срединный мир?

– Что? – он уже ничего не понимал.

– Шаман говорит, что…

– Шаман?!

Она махнула рукой.

– Ну паренек тут такой. Еще одна заблудшая душа. Я его нарекла Шаманом. Он заблаговременно начитался обо всем. Говорит, что мира три: Срединный – это наш, – Верхний и Нижний. Как бы рай и ад, я так подумала. Но он говорит, к Верхнему миру птицы принадлежат, а к Нижнему – насекомые и гады. К Срединному – животные. Видимо, это очень старинные представления.

– Значит, летучая мышь соединяет Верхний и Срединный миры. А я как волк отношусь к Срединному миру. Нормально, сойдет.

– Птицы, – пробормотала Алена. – Галки-хохлуши. Спасенные души…

– Это еще что такое? – взмолился он.

– Это та тетка пела. Экстрасенс.

– О! – он взял стул за спинку и уселся верхом. – Сейчас ты мне все наконец-то расскажешь про экстрасенса, все, что я не выслушал!

– Боюсь, что… – она отвернула голову, и в следующий момент ее уже не было за окном.