Санкция на жизнь - Сергей Палий

– Генерал прав, – вмешался широкоплечий представитель NASA. – Нельзя позволить китайским коллегам перехватить инициативу контакта. Только представьте, к чему это может привести! Первое, что увидит цивилизация из параллельного мира – красный коммунистический флаг на борту дипломатического корабля! Варварство! Рудимент эволюции!

– Кстати, сотрудники китайского МИДа были сильно удивлены, когда узнали о том, что представителя их державы не ждут на нашем заседании, – проговорил сенатор, продолжая разглядывать ногти.

– Они нас тоже нигде не ждут, между прочим, – сказал Лоуэрсган. – Давайте не будем отклоняться от основной темы.

– По моему скромному мнению, – вставил словечко президент международного астрономического сообщества, – думать о контакте вообще рано. Мы не располагаем достаточным количеством информации… Да что я говорю! Мы вообще ни черта не знаем, что ждет нас там, за переходом! Вспомните, был ли хоть раз толк от поспешности принятия решений, к которой склонны многие политики и военные? Нет. Первая и Вторая мировая, Хиросима, лунный кризис пятнадцатого, марсианские дрязги, которые до сих пор не дают покоя обычным колонистам, проблема генетических нормативов…

– Хватит заниматься ректальным анализом, – дерзко перебил ученого заместитель министра обороны США, никогда не отличавшийся излишней тактичностью. – Где сейчас находится объект?

– В Москве. Его курирует наш агент, – незамедлительно ответил глава СКВП России Леонид Тишин – тучный и вечно недовольный мужчина с рассыпчатой копной седых волос.

– Мы хотели бы приставить к господину Нужному своего человека, – мягко сказал подтянутый полковник из ЦРУ. – Заметьте, я откровенен с вами и пока не иду в обход.

– Чрезвычайно любезно с вашей стороны, – кивнул Тишин. – Но не думаю, что готов предоставить такую возможность. Нужный – гражданин России. К тому же он находится не столько под протекцией моего ведомства, сколько под контролем наземных спецслужб.

– Как хотите, – равнодушно пожал плечами полковник.

– Коллеги, нам нужно вести конструктивный диалог, а не мериться мускулами, – устало проговорил Дробышко. – Давайте еще раз озвучим имеющиеся сведения. Результаты спектрального анализа шаттла «Ренегат» позволяют с высокой вероятностью утверждать, что радиоактивный фон обшивки и внутренностей корабля совпадает по характеристикам с излучением в точке перехода. Но это еще не дает нам права быть уверенными, что «тоннель» двусторонний. Где гарантии, что объекты могут перемещаться не только оттуда сюда, но и в обратном направлении? Исследовательские зонды, запущенные в Точку, как вы знаете, исчезали без следа. Связь с ними обрывалась мгновенно. Готовы ли мы рискнуть жизнями людей и дорогостоящей техникой? Это раз. И два. Я консультировался с ведущими специалистами в своих областях: с ксенопсихологами, социологами, политтехнологами, медиками и астрономами. Все ученые умы, как один, дали четкий ответ на поставленный вопрос: нельзя вступать в контакт с цивилизацией, физиологически схожей с нашей вплоть до генного уровня, руководствуясь сомнительными материалами, полученными в ходе поверхностных тестов. Причем тестов, проведенных с единственным ее представителем, психическое состояние которого после пережитых стрессов оставляет желать лучшего.

– Вот-вот, – тут же согласился президент астрономического сообщества.

– Звучит рационально, – по-военному четко кивнул замминистра обороны США. – Да только фуфло это все. И все ваши ученые – фуфло. Нас в первую очередь заботит безопасность государства, Земли и колоний. А пока нет абсолютно никакой уверенности, что потенциальный противник не готовится к вторжению в нашу Солнечную систему. И боевые эскадры объединенного флота неспроста патрулируют окрестности Точки.

– Вы даже не знаете уровня их боевого и технического оснащения, – хмыкнул Виктор Дробышко. – А уже лезете на рожон со своей заботой о безопасности всех и вся. Мало вам… – Замглавы «Роскосмоса» осекся, чуть не перейдя допустимый барьер политкорректности. Потом примирительно развел руками: – Вдруг у них военный потенциал на порядок круче нашего? Ведь Нужный – гражданский пилот, и с его слов нельзя составить даже приблизительной картины их техоснащенности.

Замминистра возмущенно поводил нижней челюстью из стороны в сторону, воздержавшись, однако, от комментариев.

– И все же вопрос остается открытым, – вздохнул командующий ВВС. – Отправлять дипломатическую миссию немедленно или ждать?

– Дообсуждаемся мы тут, – злобно буркнул генерал Лоуэрсган. – Вот прилетят они первыми и бомбить начнут. А вы будете сидеть и прокламации свои составлять! Военный потенциа-ал, военный потенциа-а-ал… Да у нас хватит ракет, чтоб всю Солнечную в ядерный могильник превратить или в сочную G-аномалию, и все это прекрасно знают. Между прочим – у России тоже… хм… хватит.

Высокопоставленные лица вполголоса загудели.

– Я балдею… – недовольно пробормотал себе под нос Леонид Тишин, вытирая вспотевший лоб платком. – Детсад какой-то, ей– богу… Не успели познакомиться с соседями, а уже едрёны бомбы считать начали. Клоуны.

Он достал мобильник и набрал номер своего зама.

Время теперь играло не только против СКВП, но и против всего человечества.

* * *

– Спектр, длина волны… Странно. Излучение не реликтовое вроде.

– Постой-ка… Нет. Не похоже. По температуре выше абсолютно черного тела. И на потенциальную сверхновую не тянет.

– Все верно. А ведь до нее меньше семи парсеков…

– Ага. Не исключено, что эта штуковина уже взорвалась лет двадцать назад…

– Наша-то не взорвалась!

– Ну, мало ли… Может, еще взорвется.

– Типун тебе на язык!

– Ладно, не суеверничай – ты же человек науки. Мне, к примеру, вот что не понятно: почему никто раньше не углядел такого очевидного совпадения? Ведь десятки мощнейших телескопов постоянно сканируют пространство. И в оптическом, и в радио-, и…

– Не в том диапазоне искали. Видишь, какая необычная спектрально-волновая картинка вырисовывается.

– Вижу. Вот только что это? Ведь ни в каком астрокаталоге нет данных. Имеются идеи?

– Владику надо звонить в Крымскую.

– Подожди. А вдруг мы какой-нибудь новый вид космических объектов открыли? Запатентовать бы…

– Не дури. Никому наши погремушки не нужны.

– Гы… А ты точно сказал! Смотри на общую картину… Похоже на пульсацию. Будто кто-то внезапно начал трясти эту… нашу «погремушку».

– Слу-у-ушай… А ведь все сходится! Если предположить, что обе аномалии одновременно изменили характер поведения, то понятно, отчего мы видим перемены только в нашей, которая под боком, можно сказать. А дальняя спокойна и безмятежна. До нее-то около 22 световых… Когда еще волны до нас доползут, чтобы рассказать, что там происходит.

Ребята многозначительно переглянулись.