Выбор невменяемого - Юрий Иванович

— А если со мной? — засмеялся Кремон.

— Когда это я с тобой чего боялся? Да и весь остальной отряд во главе с Карагом куда угодно рванет. Хоть опять во внутренности вулканов Кихона. Оп-па! — и вновь корешок условным сигналом пополз вверх: очередной соглядатай отделенным сознанием заявился. — Так что мы пока отдыхаем вон в том флигеле, — указал Спин корнем на торчащий в середине парка тонкий шпиль. — На кормежку не жалуемся, а вот для общения выходи, будем байками делиться.

— Понял, как только освобожусь, так сразу и заскочу. Заодно самое интересное из артефактов приволоку, может вы, в чем разберетесь?

— Да в любое время! — разрешил Спин и легко сорвался с крыши, по пологой дуге направляясь к месту обитания своего отряда.

Тогда как Невменяемый поспешил вниз, и почему-то совсем не удивился, когда ему навстречу попалась улыбающаяся графиня Эзокан:

— Кремон, дорогой, мне доложили, что тебя твои друзья болары разыскивают. В центре парка они остановились, не пожелали во дворце жить.

— Да видел я уже одного из детей природы, только что, — не стал скрывать парень,

— И, кстати, он много рассказал про диких своих соплеменников. Оказывается, парочка из них попыталась пролететь в пространство Топей во время пробоя, да так и не вернулись. Стая уверена — что сгинули. Что на эту тему вам известно?

— Да ничего. Тот десяток, который мы уговорили на нас работать, за предельную черту залетать отказываются категорически. Вот если бы нам таких ветеранов как твои друзья уговорить… А?

— Да, эти и сами могут колонну монстров ухайдакать играючи! — авторитетно заявил Кремон. — Только вот попробуйте таких философов уговорить! Они ведь сейчас вообще пацифистами стали, ни на какие авантюры не подписываются.

— Но ведь с тобой они и в огонь и в воду?

— Естественно. Но со мной — совсем другое дело. Со мной они бы и в Топи полетели, — заметив, как брови графини заинтересованно взлетели вверх, спросил: — А что, надо помочь?

— Так мы тебе дано твердим: придумай что-то.

— Увы! Ничего кроме личного осмотра в голову не приходит. Но мне же лечиться надо, да и вообще…, меня не отпустят.

Видимо дела на границе и в самом деле складывались неудачно, раз глава царского сыска загорелась идеей отправить великого героя к Гиблым Топям. А вдруг тот и в самом деле на месте подскажет действенный метод борьбы с монстрами? Тем более что и еще одно важное соображение имелось: через пару дней через Яну должна была пройти ледонская Дивизия Тотального Опустошения. В ее составе наверняка будут некоторые высокопоставленные чиновники, хорошо знающие и помнящие всех воинов прежней дивизии, которую знаменитый разведцик утопил в Топях. Аура у Невменяемого уже существенно отличалась от прежне, про внешний облик и говорить не приходилосб, но вот опытнейшие Эль-Митоланы из числа колабов могли и заподозрить своего главного врагу, скрывающегося под видом служащего Энормии ордынца.

На несколько дней ему лучше было убраться из дворца. А там и аура личности завершит окончательную трансформацию и никто из чиновников Ледонии не посмеет даже косо взглянуть в сторону нового подданного Царства огов. Следовало только все как следует спланировать и грамотно преподнести выгодные для Галирем решения.

Поэтому графиня Эзокан прошлась с героем до места процедур, заваривая зубы, проводила до самой двери и на прощание пообещала:

— Если ты и в самом деле согласен слетать со своими боларами к границе, то мы подумаем, чем и как закрепить на тебе лечебные структуры. Болары могут просить в награду за свои услуги что угодно. Да ты и сам понимаешь… Ну а того, кто имеет полное право лично тебя не отпустить, мы тоже постараемся уговорить.

— Каким способом? — в последнее время Молли только одним движением пальчика заставляла влюбленного и любимого мужчину делать все, что ей заблагорассудится.

— Ну, допустим, пообещаем ее уникальное, магическое колье из драгоценных камней.

Вернее пообещаешь ты, в награду за несколько дней отпуска, или вернее, маленького развлечения, а потом и подаришь.

— Но где я возьму такое колье?

— Это уже наша забота. Главное потом не проболтайся о нашем содействии.

— Я глуп возле нее, но не настолько! — постарался Кремон с гордостью заверить графиню. Хотя вдруг подумал, что ему и самому бы не помешало чуть больше уверенности в данном утверждении.

Два часа короткого сна под исцеляющими руками Галирем, и он опять помчался в хранилища. Ему чуть ли не с первого дня разрешили выносить, опробовать и просить любой помощи в разгадывании любого артефакта. Поэтому он сейчас и не подумал спрашивать отдельного разрешения. Прихватив отложенный на отдельный стол пояс и еще несколько безделушек, поспешил в парк, на встречу с боларами. Потому что уже подозревал: графиня своих целей добьется в любом случае. Следовательно, Молли возжелает последние сутки для страстного прощания перед короткой разлукой. И в итоге показать артефакты боларам перед самым отлетом, будет просто некогда и бессмысленно.

Друзья встретили шумом, бульканьем и похлопыванием корней по плечам великого героя. Затем чуток поговорили о последних новостях и событиях, а потом приступили к осмотру и обследованию принесенных артефактов. Причем в данном случае основными оценщиками и несомненными мастерами своего дела выступали самые именитые и опытные: Спин с Карагом.

Болары изначально считались созданиями, не могущими пользоваться как боевой магией, так и магией как таковой. Но при этом, обладая уникальными, сразу тремя видами зрения и локации, могли при наложении этих полей рассмотреть то, что не поддавалось никаким другим разумным. Например, они легко замечали отделенные сознания Эль-Митоланов, которые в виде мерцающих фиолетовых клубков перемещались по поверхности со скоростью быстро идущего человека. Они могли рассмотреть в детях и молодых людях зачатки талантов будущих колдунов и даже верно угадать сопутствующие дару Признаки. Да и самих колдунов от простых смертных болары различали на расстоянии от пятидесяти метров и ближе. Не помогали при этом спрятаться даже щиты сокрытия сущности, которыми огораживались обычно Эль-Митоланы в случае необходимости. Ну и масса других, весьма полезных для вершителей мира и всемирных дипломатов умений.

Именно поэтому Кремон и надеялся хоть на какие-то подсказки. И они прозвучали.

Первым откликнулся Караг, крутя в руках, и отдаляя от себя время от времени одну перекрученную вещицу:

— Знакомая штуковина… Только вот никак не могу вспомнить, что она мне напоминает…

Спин, держащий в своих корнях пояс из пластин, придвинулся ближе и проскрипел с издевкой:

— Улитку она напоминает. Помнишь, мы такими завтракать любили в лесу под Агваном?

А сколько их в Клаковской гуще водилось! Мм! Объеденье!

— Да иди ты со своими улитками в пустыню! Не сбивай с толку! Что-то другое здесь, это, однозначно… Особенно вот эти две проушины мне помнятся… А? Кремон, тебе ни с чем не ассоциируется?