Выбор невменяемого - Юрий Иванович

— Да, тут неплохо…

— И первые результаты заметны! — обрадовался друг, приблизив свои выдвижные глазки вплотную к лицу человека. — Хо-хо! Явные улучшения! Эти галиремы и в самом деле великие колдуньи! Ну а как с твоими магическими способностями?

Невменяемый прислушался к собственным внутренностям с таким видом, что словно сам запамятовал о самом важном для любого Эль-Митолана. Потом скривился, так и не осознав хоть малейших подвижек:

— Увы! Все как и прежде. Но мне сразу сказали, что первые результаты появятся только на третьем месяце.

— Ага, ну тогда я за тебя рад. Вижу тебе здесь хорошо и никто не обижает. А?

— О чем ты говоришь! Я прямо весь выкипаю положительной энергией и настолько занят, настолько занят!..

— Заметно! А без друзей не скучаешь?

— Кстати! — вскинулся Кремон. — Почему их до сих пор нет? Я имею в виду…

— Ну, про Татила и Цашуна я знаю, — перебил его Спин, — А вот про остальных как раз и примчался доложить.

— С ними все в порядке?

— Здоровы как и следует ожидать. Но вот по своим делам пришлось им сразу по домам и податься. Хотя через хозяина постоялого двора и передавали огромные приветы и просили простить за такие неожиданные исчезновения, — болар встряхнул корнями, и сталд перечислять: — Дракона еще больного предупредил Цашун о приказе возвращаться в Альтурские горы. А вот у Бабу Смилги — довольно радостная неожиданность: его женушка вот-вот должна рожать второго ребенка, а может уже и родила. Потому и затребовала всеми имеющимися связами и знакомствами возвращения муженька к родному очагу.

— Да-а-а…, теперь с нашим силачом все понятно, — порадовался Невменяемый за друга. — Придется ему семьей некоторое время опекаться да помогать по хозяйству.

Правильно сделал, что вернулся, дети — наше все!

— Ага, твоя любимая поговорка.

— Ну а Уракбай куда делся?

— А его какие-то земляки разыскали. Правда неизвестно, как и что они ему там наговорили, но как только выздоровел, ордынец подался с ними в неизвестном направлении. Только и просил для тебя передать, что с ним все в порядке и в скором времени он все равно прибудет в Яну и тебя разыщет.

— Ну ладно, может парню и в самом деле какие-то свои проблемы решить надо. Вдруг — жениться надумал? Он ведь и про это мечтал. Даже поговаривал, что у него в городе Дазынкель одна душевная зазноба имеется. Все к ней рвался, да пару раз ей письмами весточки отправлял. Дало молодое… Ну а Караг где с остальными бойцами?

— Какие с нас уже бойцы? — забулькал опять смехом Спин. — Тут и в самом деле работы — на года. Так что пришлось нам опять превратиться в простых агитаторов и заниматься перевоспитанием наших диких собратьев. Ты себе не представляешь, насколько это стало трудно и неблагодарно в последнее время. Если раньше мы пробуждали разум и сразу вливали в них нужные жизненные постулаты, то здешние дикари пробудились разумом безнадзорно, потом развивались спонтанно и сейчас у них в сферах такая каша выдуманных и неправильных мировоззрений, что хоть караул кричи! Порой от злости корни опускаются, настолько они закостенели в неправильных догмах и лживых утверждениях.

— Может это их специально кто-то запутал?

— Если бы! Они вообще ни с кем из разумных общаться не хотят и только твердят как истуканы о своем исключительном предназначении. А когда им начинаешь втолковывать смысл этого предназначения, они даже слушать не хотят. Не поверишь: нас даже несколько раз не то что побить, на щепки распустить пытались!

— Да что за глупости! — заволновался товарищ. — Зачем тогда вы вообще безнадежным делом занимаетесь?

— Не переживай! Таких монстров как мы и три стаи дикарей не осилят. И я даже сменил свои прежние размышления и теперь признал твою правоту. Помнишь, как ты утверждал?

— Да я и сейчас утверждаю: добрым словом можно сотворить чудеса, но имея в придачу арбалет, чудеса можно удвоить.

— Вот! Золотые слова! — орал Спин в восторге, нисколько не обращая внимания что на террасе уж давно стоят насупленные стражники, а вдали дальнего прохода показалась обеспокоенная Галирема. — Так мы и поступаем в последнее время. А еще лучше на ортодоксов искрометы действуют: сразу становятся покладистыми и благосклонно выслушивают все наши выступления. Вот Караг с остальными рейд и продолжил, я залетел к тебе с кратким визитом. Или надо остаться?

Он показательно покосился на остановившуюся в горделивой позе графиню Эзокан, лишний раз показывая что никакие титулы не заставят болара поздороваться первым с приблизившимся чуть позже разумным. Галирема не стала настаивать на церемонии, вполне мило улыбнувшись:

— Приветствую тебя, Спин!

— И вас, ваше величество! Как вы только меня узнали?

— Моему зрению могут позавидовать и драконы. Кстати, — она опустила свою ладошку на локоть Невменяемого и многозначительно упрекнула: — Опаздываешь? Назначенная тебе предварительная процедура ограничена в сроках. Так что поспеши!

— Ох! Как же я забыл! — но прежде чем убежать, Кремон скороговоркой обратился к болару. — Спин, дружище, сердечно извиняюсь, но мне надо поторопиться. Передавай привет Карагу и всем остальным. И обязательно разыщи меня через недельку!

Счастливо!

После чего сорвался с места и унесся на место запланированной "предварительной процедуры". Лидер боларов тоже не стал задерживаться и продолжат разговор, изобразил поклон в сторону Галиремы и вылетел через окно со словами:

— Счастливо оставаться!

Графиня Эзокан, с минуту постояв с плотно поджатыми губами, пальчиком подозвала, словно из воздуха возникшего помощника и дала распоряжение:

— В течении пяти дней закрыть все подобные окна решетками, препятствующими проникновению во дворец взрослого болара или дракона.

— Будет сделано, ваше величество, — с поклоном заверил помощник.

— И огласите ведущиеся работы так, чтобы эта инициатива, якобы, исходила лично от царя. А для должной причины, инспирируйте несколько краж, в которых свидетели дадут показания против диких боларов.

— Я все понял. Разрешите выполнять?

— Приступай.