На полпути к могиле - Джанин Фрост

Кости встретил меня у входа ехидной усмешкой:

— Вижу, ты не особенно торопишься. Ого, надо думать, вовсех этих свертках подарки для меня? Тогда все прощено. Пожалуй, не приходитсягадать, где тебя носило.

Ой! Мне только теперь пришло в голову, что заявиться сохапкой подарков, купленных на его деньги, а ему ничего не принести, неслишком-то вежливо. Чтобы прикрыть свой промах, я уверенно расправила плечи:

— Вообще-то, тут кое-что и для тебя. Вот, это от… гмм…от боли в мышцах.

Я вручила ему массажер, купленный для дедушки, и запоздалосмекнула, что сделала глупость. У вампиров мышцы не болят.

Он с интересом разглядывал коробку.

— Ну-ка, ну-ка… Пять скоростей. Для прогревания имассажа. Глубоко проникающее воздействие. Уверена, что это не для тебя? —Этот изгиб темной брови можно было истолковать на тысячу ладов, только омедицине и речи не было.

Я выхватила у него коробку.

— Не надо тебе — так и скажи! И совсем не обязательногрубить.

Кости многозначительно взглянул на меня:

— Оставь и отдай своим старикам, как и собиралась. Богмой, ты никак не научишься врать. Хорошо еще, успела отобрать пакет невскрытым.

У меня не было сил огрызаться, так что я просто сердитозыркнула на него.

— Нельзя ли перейти к делу? Расскажи поподробнее осегодняшнем вечере.

— Ах, об этом… — Мы уходили в глубь пещеры. —Так, посмотрим. Твоему парню порядка двухсот лет, волосы от природы каштановые,но он их время от времени перекрашивает, говорит с акцентом. В схватке оченьбыстр. Хорошая новость — трусики можешь оставить на себе, он купится на твойвид. Есть вопросы?

— Как его зовут?

— Имя он назовет вымышленное, так делают почти всевампиры, но по-настоящему его зовут Криспин. Позовешь, когда будешь готова. Япока посмотрю телек.

Кости оставил меня в импровизированной гардеробной копатьсяв дюжине с лишним купленных им откровенных нарядов. Наконец я откопала платье,доходившее почти до колен. Оно тоже обтягивало слишком туго, но, по крайнеймере, зад и груди наружу не торчали. После часа возни со щипцами и косметикой,натянув высокие сапоги, я сочла себя готовой. Кости выглянул из потертогокресла. Он и вправду смотрел телевизор. Свою любимую программу «Из зала суда».Мне почему-то становилось не по себе при виде преступника, ловящего такой кайфот этого канала. Он часто говаривал, что у жертвы прав вдвое меньше, чем унападающего.

— Извини, что отрываю, но я готова. Знаешь ли, делувремя…

Он с легким раздражением пробурчал:

— На самом интересном месте! Сейчас вынесут вердикт.

— Ох, бога ради! Ты волнуешься из-за приговора по делуоб убийстве, а сам собираешься убивать! Ты не видишь здесь некоторой иронии?

Он вдруг оказался передо мной — такой скорости броскапозавидовала бы гремучая змея.

— Да. Вижу. Отправляемся.

— Ты разве не отдельно едешь?

Мы обычно ездили порознь, чтобы никто не заметил нашейсвязи. Он пожал плечами.

— Поверь, сама ты никогда не найдешь нужного места. Этоне обычный клуб, совсем особое местечко. Давай, не заставляй джентльмена ждать.

* * *

Необычный клуб! Большей недооценки я в жизни не слышала. Онрасполагался вдали от главных дорог, на извилистом, малоезженом проселке, впромышленном складе, снабженном звукоизоляцией. На взгляд постороннего —обычный заводской цех. Стоянку устроили сзади, к ней вел узкий проезд междудеревьями, служившими естественной оградой.

— Это что за место?

Глаза у меня совсем вылезли на лоб, когда мы подошли кдверям. На вход стояла очередь. Кости спокойно прошел мимо, подвел меня прямо кстоявшей у двери женщине — надо думать, вышибале. Она была высокая, плечиширокие, как у подающей, и лицо было бы красивым, если бы не тяжеловесностьчерт.

— Трикси, я скучал по тебе, — приветствовал ееКости и чмокнул в щеку, для чего женщине пришлось нагнуться.

— Давненько не виделись, Кости. Говорили, ты уехал.

Она ответила на его ухмылку, показав золотой резец. Оченьмило.

— Не всему верь, что говорят. Вот так и зарождаютсяслухи.

Мы проскользнули в дверь под неодобрительными взглядамизаждавшихся в очереди посетителей. Внутри было темно, только слабые лучи светаскользили по потолку — и я сразу поняла, куда попала.

Здесь было полно вампиров.

— Что за чертовщина?

Я шептала тихо и отчаянно, не забывая, что здесь у многихпревосходный слух. Кости как ни в чем не бывало махнул рукой, приветствуясобравшихся.

— Это, милая, вампирский клуб. Официального названиянет, но мы обычно называем его «Укус». Здесь спокойно, не скрывая своейистинной природы, встречаются и общаются самые разные существа. Видишь, прямоперед нами у стойки несколько призраков.

Мой взгляд метнулся к стойке. Черт побери, и впрямь троицапрозрачных парней сидела (можно сказать) на табуретах и вполне походила накомпанию завсегдатаев «Веселья». Ну, точнее сказать, «Загробного веселья». Отисходящей от всех этих нелюдей энергии тело мое задрожало, словно я коснулась проводапод током.

— Боже мой… сколько же их… Действительно… самое малое —пара сотен. — Я и не знала, что на свете столько вампиров, — визумлении продолжала я.

— Котенок, — терпеливо объяснил Кости, —примерно пять процентов населения — неумершие. В любой стране, в любой нации.Мы существуем очень давно. Хотя признаю, есть местности, где нас больше. Однаиз них — Огайо. Я уже говорил, что здесь грань, разделяющая естественное исверхъестественное, тоньше обычного, и вся эта область излучает легкий заряд. Молодымэто нравится. Бодрит.

— Ты хочешь сказать, мой штат у вампиров… в моде?

Он кивнул.

— Не расстраивайся так. По земному шару таких десятки.

Что-то проскользнуло мимо, и мой радар встрепенулся. Явытянула шею, стараясь разобрать, кто или что — это было.

— Что это?

— Что? — Он повернулся в ту сторону, кудауставилась я.

— Вот это! — нетерпеливо повторила я. — Это…существо. Вижу, что не вампир, но явно и не человек. Что это? — Оно было,кажется, мужского рода, хотя я ни в чем не могла быть уверена, и походило начеловека, но не совсем.

— Ах, это? Упырь. Трупоед. Знаешь, как в «Ночи живыхмертвецов», только походка у них не такая смешная и вид не такой жуткий.

— Трупоед… — В животе у меня что-то перевернулось.

— Давай туда. — Он кивнул на стойку бара. Рядом спризраками — или корректно говорить «люди с ограниченнойжизнеспособностью»? — было свободное место. — Подожди там, закаживыпить. Твой парень скоро появится.