Русский фронтир - Алексей Волков

– Русского гвардейского генерального штаба капитан Муравьев! – представился Николай.

Он давно сменил неудобную пехотную шпагу на казачью шашку и впервые несколько пожалел об этом. Почему-то захотелось предстать сейчас в парадной форме при орденах, а не в дорожном сюртуке, чем-то напоминающем длинные казачьи чекмени.

Один из мужчин, наверное считавшийся среди сопровождающих старшим, рассыпался в длинном перечне имен, представляя сидевших в коляске дам. Муравьев уяснил в перечне главное: старшую зовут Мария и как-то там еще, а младшая – ее дочь Виктория. И еще сразу показалась знакомой фамилия – Кастантбадо.

– Простите, дон Педро Мигуэль – ваш родственник? – Вопрос вырвался сам собой.

– Это мой муж, – тоже по-французски ответила Мария. – Вы его знаете?

– Имел честь с ним познакомиться.

При этих словах некоторая напряженность среди путешественников сразу прошла.

– Дон Педро говорил мне, что отправил семью в Сан-Антонио, – продолжил тем временем Николай. – У него возникли некоторые сложности с мятежниками.

Он старался говорить так, чтобы не напугать женщин понапрасну, и в то же время дать им понять, что делать в поместье в данный момент нечего. В благородство всевозможных авантюристов после увиденного не верилось, и не хотелось, чтобы женщины стали возможными жертвами. Как-то не так виделась революция в недавней юности. Мыслилось: люди станут добрыми, предупредительными друг к другу, и все преступления немедленно канут в Лету.

Или эта революция не настоящая?

– Семья должна быть вместе, синьор капитан. Вы не находите? – осведомилась Мария. – Вдобавок я переживаю не только за мужа, но и за оставшегося при нем сына.

Сына Муравьев едва помнил. Землевладелец представил у сгоревшей усадьбы мальчика лет двенадцати-тринадцати, но дальше был поход, в который ребенка, разумеется, никто не взял.

– Что-то случилось? – перебила Виктория свою мать.

Сквозь некоторое высокомерие на ее лице пробилась тревога.

– Ничего особо страшного. Мятежники попытались атаковать поместье, но были отбиты. Однако несколько человек убиты, а дом сейчас отстраивается. Я бы настоятельно советовал переждать некоторое время в городе, пока мы окончательно не покончим с этой бандой. Я дам вам до Сан-Антонио небольшой конвой из казаков.

Вообще-то Муравьев не мог распоряжаться казаками по собственному усмотрению, но хотелось верить, что генерал поддержит его в этом. Раз уж в свое время сумел оценить красоту сеньориты…

– Нет! – одновременно произнесли мать и дочь.

После чего невольно посмотрели друг на друга, и дальше уже продолжала мать:

– Мы будем вместе с нашим мужем и отцом. Спасибо за заботу, синьор капитан, однако наш долг сейчас заключается в другом.

На месте дона Педро Муравьев бы предпочел, чтобы семьи рядом не было. Но с другой стороны, мятежники отступают к Рио-Гранде, в противоположном от границы направлении, и дорога к поместью свободна.

– Я все же советовал бы подумать. Надеюсь, нам удастся в самое ближайшее время уничтожить повстанцев и водворить на этой земле мир. Тогда можно будет спокойно путешествовать и без опасений жить в своей асиенде.

– Выполняйте свой долг, сеньор капитан, и дайте нам выполнить свой. – Мария произнесла фразу благосклонно, повнимательнее всматриваясь в случайно встреченного офицера.

Муравьеву оставалось лишь отдать женщинам честь.

– Скажите, синьор капитан, – произнесла Виктория, – когда вы виделись в последний раз с доном Педро, он был здоров? Давно это было?

– Абсолютно, сеньорита. Мы с ним виделись буквально на днях.

– Спасибо. – Виктория обворожительно улыбнулась.

– Мы всегда будем рады видеть вас у себя в гостях, – дополнила Мария. – Надеюсь, вы не заставите себя ждать?

– Как только у меня появится свободное время, – склонил голову Николай.

Но свободное время у офицера – вещь весьма относительная. Оставалось надеяться, что начальство не ушлет сразу после операции куда-нибудь в другую местность.

Впрочем, не должно. У Муравьева было вполне конкретное поручение, связанное с более четким определением казачьей пограничной линии, и схватка с повстанцами не имела отношения к порученному делу.

– Мы будем вас ждать. – Если бы эту фразу произнесла не мать, а дочь!

Два небольших отряда всадников разъехались в бескрайней степи.

Муравьев покачивался в седле, а на губах его играла мечтательная улыбка. Перед глазами продолжало стоять прелестное смуглое личико Виктории. Капитан попробовал встряхнуться, представить недавнюю несчастную любовь, однако дочь адмирала, еще столь недавно являвшаяся в видениях, упорно не желала показаться перед былым возлюбленным. Какое-то расплывчатое пятно, словно девушка потеряла облик, почти сразу меняющийся на случайно встреченную дочь дона Педро.

Бывает…