Путь Невменяемого - Юрий Иванович

Видимо, как раз сейчас это завтра и наступило. В письме делался упор на дружбу, на сохранение тайны и на то, что Таррелон вообще станет почитать Кремона чуть ли не за брата родного, если тот ему поможет. Причем и дело-то казалось с первого взгляда не особо сложным. Как извещалось в письме:

«…для тебя оно привычно и знакомо. Мои ученые отыскали один громоздкий, отлично сохранившийся артефакт. Причем он не только целехонек, но и в прекрасном рабочем состоянии. Доставив его во дворец, колдуны насобирали в него энергию, и он заработал. А чтобы ты сразу понял, о чем идет речь, открыто тебе сообщу, что у меня давно есть сведения о втором подобном саркофаге, который имеют в своем распоряжении представители королевской династии Майве в Спегото. Также мне известно, что, испытывая к тебе большое доверие, Дарина Вторая допускала тебя в помещение с подобным артефактом. Так что нетрудно догадаться, что ты в курсе, как это устройство Древних работает и для чего оно предназначено. Наверняка ты сможешь помочь при дальнейшем использовании имеющегося у нас саркофага. Может, и мои ученые справились бы, но трое добровольцев вывалились из устройства мертвыми, и дальнейшие исследования приостановлены до твоего прибытия.

Еще раз прошу и напоминаю о должной конфиденциальности. Понимаю, что своему королю ты наверняка расскажешь о нашей находке, да я и сам поделюсь этой информацией со своим венценосным коллегой, но мне не хотелось бы, чтобы о данном секрете узнали и трепались во всем мире.

Жду твоего прилета, все расходы по курьерской доставке на драконах за мой счет.

Крепко жму руку!»

…В самом деле, Невменяемый с подобным артефактом был хорошо знаком. Называлось устройство Древних довольно банально: «игровой имитатор», и, усевшись в него, можно было получить полное ощущение стремительного спуска с самого высокого пика планеты, пика Зари, или, как его называли в других странах, пика Смерти. Тот располагался в Зачарованной пустыне и имел уникальную высоту в четырнадцать тысяч метров. Усевшись в имитатор, человек словно падал в небольшом каркасе с вершины к подножию, делая кувырки с такой невероятной скоростью и перегрузками, что даже сильные, можно сказать, могущественные Эль-Митоланы теряли сознание, а порой лишались разума и умирали. Хотя были случаи, что и простые люди выдерживали это испытание, приходя в себя через сутки-другие. Взять хотя бы ту же Дарину Вторую, ее пропавшего в Зачарованной пустыне мужа или первую наследницу Элизу. Все они нисколько не колдуны, а в саркофаге выживали. Представители правящей династии просто обязаны были побывать в этом жутком устройстве, иначе все волшебные силы их замка и умение раздвигать волны озера Печали им были бы неподвластны.

Помимо всего, Кремон довольно близко подошел к разгадке некоторых тайн саркофага, и только чрезвычайная занятость, а потом и триумфальное открытие царства вьюдорашей помешали проверить правильность его выводов. При должном умении скорость имитации падения можно было регулировать, а следовательно, делать режим перегрузок более мягким, не приносящим смерти совершенно непривычным к подобному экстриму людям. Так что взглянуть на второе гигантское устройство в виде яйца, а также поработать с ним было бы очень заманчиво. И самое главное – нетрудно.

«Что стоит продлить свое турне на два-три дня? Или на пять? – размышлял Кремон, краем уха слушая застольный разговор. – В любом случае, огромной спешки у меня нет. А если Живая вода из Священного Источника поможет с излечением моего магического недуга, то вообще попытка проникнуть к Южному полюсу станет для меня вроде забавы или вместо боевого развлечения. Так что прежде всего – Спегото! Нет! Вначале повидаюсь с матерью, отцом и братом… Ну да. И только потом – в Салию…»

Мальвика первой не выдержала и прервала его размышления. Тем более что на балу она видела, кто и как передал это письмо. Маркиза указала на него глазами:

– Что-то интересное?

– Да нет, – ответил Невменяемый. – Султан приглашает заглянуть к нему на денек-другой, поохотиться на очередного монстра, наподобие Невидимого Сторожа, да закатить небольшой банкет с поеданием сонных плодов. У нас с ним это давнее и прочное хобби.

Маркиза вежливо улыбнулась:

– Только хочу тебе напомнить, что сын Таррелона, наследный принц Онтара, пылает к тебе жуткой неприязнью, ревностью и желанием отомстить. А ты ведь прекрасно знаешь, насколько онтарцы бывают хитры, коварны и непредсказуемы. Так что даже краткий визит в эту страну для тебя нежелателен.

Огюст сразу же поддержал девушку:

– В самом деле, в султанате тебе появляться не стоит. И сам знаешь почему…

– Да что вы заладили? – возмутился Кремон. – Что за жуткие и варварские пережитки прошлого? Можно подумать, что я мешаю принцу свататься к Элизе Майве! Насколько я слышал, он и так все время возле нее отирается.

– Может, ты лично и не мешаешь, – едко улыбнулся патриарх. – Но вот твой ребенок, о котором все говорят как о новом чуде света, принца сильно пугает. Даже если он и женится на Элизе по любви и у них все будет складно получаться, то его всю жизнь будет пугать падчерица, для которой не составит большого труда превратить провинившегося отчима в облачко пара или в комок слизи одним простым чихом. По крайней мере, о таких высказываниях принца говорит молва.

– Фи! Как не стыдно собирать всякие сплетни! – скривился нынешний владелец дома, посмотрев на старого. – В твои-то годы и прислушиваться к подобным слухам?

Огюст в долгу не остался:

– Не будешь сам прислушиваться к слухам – до моих лет точно не доживешь.

– Ха! Да столько вообще не живут!

Как ни странно, от такого утверждения рассмеялся именно патриарх, о котором говорили, что ему триста лет как минимум, но некоторые набавляли еще добрую сотню, а то и с солидным гаком. Кашад Низу деликатно поинтересовался:

– Уважаемый господин Огюст, а сколько вам лет?

Тот закашлялся вначале от такого вопроса, словно он был адресован молодящейся кокетке. Потом пожал старческими плечами и стал юлить:

– С годами все больше склероз разлагает память, так что подсчет стало вести очень сложно. Помню, как двести восемьдесят праздновали совсем недавно и все… Дальше как в тумане…

– Неужели не помните точно свой год рождения?

– Помню… Но он все время как-то меняется, и я уже не уверен, какой из них правильный… И помочь никто не может, многие меня помнят еще маленьким, но сами тоже склерозом страдают.

Над словом «многие» Кремон с Мальвикой особенно потешались, разыграв сценку в лицах: «А ты помнишь? Конечно!»

В общем, эта трапеза, как и последующие, к которым присоединились три инструктора по ускоренной боевой подготовке, поселившиеся в доме, проходила не просто живо, но и весело.

Ну а жизнь в доме потекла по вновь сформированному руслу. Работа в библиотеке, тренировки, ответы на письма и каждый вечер посещение какого-нибудь бала, приема, представления или солидного празднества. Благо подобные мероприятия проводились в Пладе ежедневно и в количестве не менее десяти штук в одно время. И организаторы каждого из них присылали пригласительные прославленному герою в обязательном порядке.