Сердце твари - Наталья Караванова

Большая механическая повозка на трех парах колес ждала у мастерской. В кузов помощники уже сложили большую часть инструментов, сундуки с личными вещами и одеждой. Возле проржавевшей оранжевой кабины, снятой целиком с какого-то доисторического транспорта, скучал старец Демиан – советник генерала Акима.

– Наконец-то, – ворчливо сказал он. – Сколько можно ждать?

– Едем, – повторил Лек. Ему не очень хотелось делить транспортное средство с этим опасным человеком, но выбора не оставалось. Эта повозка была последней.

Один из подмастерьев занял место водителя.

Мертвецы ловко закинули в кузов беднягу Лося и сами забрались туда же. Последним в транспорт забрался офицер. Что-то тихо заскрежетало, затикали зубчатые колеса, и машина тронулась.

Лек смотрел, как исчезают вдали строения поселка, ставшие за несколько месяцев почти родными.

– Скажи, мастер… – вкрадчиво поинтересовался старец, – ты так верно служишь нашему делу. Многие пришли в Правую армию Схарма, потому что Аким неплохо платит. Кому-то нравится быть сильным среди сильных. А тебе ведь, по сути, даже не был предоставлен выбор. Тебя, насколько я помню, забрали из родного дома без спросу…

– Не совсем так, – поправил Лек, пытаясь сообразить, что бы ему ответить, чтобы старик поверил. – Я ждал, чтобы случилось что-то такое, и не стал сопротивляться или звать на помощь. Хотя мог. Однако что мне светило дома? Быть деревенским мастером Слова, собирать из хлама мельницы и плуги? Или прослыть безумцем, который занят тем, что никому не нужно и никогда не будет нужно? Увольте! Мне такая судьба претила. И, мне кажется, я не прогадал. Здесь, в армии Схарма, я смог многое сделать, даже кое-чему научиться. Ваши маги, конечно, не великого ума, но опыт у них есть, да и книги… где бы я еще мог найти такую библиотеку? Так что, в целом условиями я доволен.

– То есть тебе не важно, кому служить, лишь бы не мешали заниматься любимым делом?

Лек вновь поморщился:

– И опять неточно. Да, сначала я служу науке. Но наука в моем лице служит армии Схарма. И служит честно.

Он с гордостью оглянулся назад, где два его изделия несли неусыпную стражу над единственным пленником.

– Я знаю, что нет такого места, где я мог бы сделать больше. Никто не предоставит мне и моим последователям такого поля для экспериментов. Да будет вам известно, недавно я начал работать с живой плотью! Пока тенденции меня радуют…

Настала очередь морщиться старику Демиану.

– Хорошо, что ты это понимаешь, мастер Лек.

Прозвучало как угроза. Но Лек предпочел не обратить на это внимания.

* * *

Туман улегся в чаше долины ровно и гладко, само собой напрашивается сравнение с молоком. Красивые горные склоны рисовались в гаснущем небе четкими контурами. Они еще долго будут видны: в августе ночи короткие.

Клим несколько минут любовался их безмятежной и строгой красотой – с балкона третьего этажа бывшего санатория «Олений Ручей» вид открывался потрясающий, – потом сказал, словно бы в никуда:

– Странное ощущение. Словно мир меняется.

– Пойдем. Ребята ждут, – отозвался из темной комнаты голос Нерина.

Клим затушил сигарету о бортик и выбросил окурок в пепельницу.

– Ну пойдем. Хотя я бы их еще годик в школе подержал…

Мастера вышли в коридор.

– Видел заявки? – усмехнулся Нерин. – Половина выпуска считает, что разведка – их призвание.

– Идиоты.

– Неужто поголовно?

– Разведка равно идиотизм. Диагноз такой: разведка головного мозга.

– А ты что думаешь?

– Мне надо одного. Но я его не вижу. Геде здесь будет кого взять, квалифицированных медиков можно подготовить из любого внимательного недоучки, а старики уже будут плеваться. Им нужны нормальные школяры, а не «разведка».

– Ладно. Сейчас многое станет ясно. Люблю я свою работу… а уж как она меня любит…

Клим ухмыльнулся и удержался от комментария.

Сегодняшняя ночь – и завтрашний день – в Убежище время уникальное. Время, когда сюда собираются все мастера, у которых нет подмастерьев, чтобы выбрать их себе среди выпускников третьего круга.

Мнение ученика при этом учитывается, но только в случае, если ему удается понравиться сразу двум мастерам. В остальном ориентируются на результаты экзаменов и последних, выпускных, испытаний. Во время испытаний мастера успевают познакомиться с претендентами и понять, на что те способны. А сами выпускники – еще раз проверить, правильный ли они сделали выбор. Клим слыл мастером разубеждения. Вот уже пару раз было так, когда он единственный оставался без подопечных. Выражение лица при этом у него оставалось все время одно и то же, но Нерин был уверен, что в душе разведчик безмерно счастлив. Последним успешным птенцом Клима был Дальгерт Эстан, но он-то получил звание мастера еще два года назад.

Сегодня Нерин был настроен все-таки втюхать разборчивому мастеру хотя бы одного выпускника. Лучше, конечно, двух, но это уже из области несбыточного.

– Мастер Нерин, мастер Клим, – поздоровалась, выходя из своей комнаты, мастер Геда. Вид у нее был хмурый.

Геда – мастер Слова, однако магией почти не занимается. Она много сил отдает поиску, расшифровке и переводу на общепринятый язык равнин книг по медицине и химии, найденных в старых развалинах.

Все знают, что учиться у Геды сложно, и мало кто сам выбирал себе такую стезю. Но, так или иначе, Геда успела подготовить уже больше десяти прекрасных мастеров.

– Мастер Геда, – улыбнулся Нерин. – Как настроение?

– Все вам шутки. Мне опять ни одной заявки.

– Тут есть такая беленькая, зовут Никаэ. Помнишь, мы их встретили? – поделился Клим. – Девушка с задатками. И сообразительная. Правда, все равно не слишком далекого ума и рассеянная, но, я думаю, это возрастное.

Геда посмотрела на Клима укоризненно, но тот словно и не заметил. Нерин сказал:

– Я даже, пожалуй, соглашусь. Но, пожалуйста, Клим. Не хами коллегам. И ученикам.

– Почему?

– Из соображений дисциплины.

У входа в большой зал ждали другие мастера. Двое старших – Абер и Евсий, Рома – этому предстояло впервые занять лавку мастера, и Диана. Старший мастер следопытов, мечница. Следопытов в школе уважали, но шли к Диане в основном парни, не слишком наделенные способностями к магии. Диана угрюмо разглядывала ногти. Можно было не спрашивать, о чем она думала – примерно о том же, о чем и Клим. Ну что… выпускников нынче восемь. Мастеров шестеро. Отличное соотношение.

– Идемте, – вздохнул Нерин и распахнул двери.

Комплекс зданий, ставших домом орденской школе, очень древний. Он ничуть не моложе Спасенного города, а ведь корни Тарна живут на тех развалинах не менее двух сотен лет. Если поднять хроники Убежища, то можно установить точно, сколько лет назад оно тут появилось.