Всё, что меня не убило… - Анна Дашевская

– Телега, – уверенно сказал ап’Харасс. – Вон, следы гвоздей отпечатались, колёса-то деревянные.

– И недавно, – поддержал его другой гвардеец, ап’Баум Хольц. – Полчаса, не больше, иначе бы начало затягивать инеем. Надо проверить.

Командир кивнул и показал два пальца; двое бойцов неторопливо свернули с дороги и скрылись за густым кустарником.

– Получается, здесь всё-таки есть кто-то живой крупнее зайца или сороки? – негромко спросила кирэ-адан Клодэ.

– Вряд ли лошадь запряглась бы в телегу сама, – со смешком ответил её муж.

– Любопытно.

– Весьма.

Они вновь замолчали. Тишина, заливавшая всё вокруг, почему-то уже не казалась такой враждебной, зато хруст подмёрзшей травы под копытами путешественники услышали издалека.

Подъехавший гвардеец посмотрел на командира, и тот кивнул:

– Докладывай, ап’Артани!

– Колея вела к жилью. Дом явно обитаемый, дым из трубы идёт, хлебом пахнет. Во дворе собака, в сарае петух кричал, так что не нежить там, люди. Дверь сарая распахнута, телега туда въехала. Упряжь звякала, так что, видимо, распрягали лошадку.

– Ясно, – командир повернулся к Правителю и спросил: – Пойдём на контакт, адан-лоэ?

– Надо, я думаю, – ответил тот.

– Давайте я пойду, – вмешался Михаэль. – Зря, что ли, меня дипломаты наши столько времени натаскивали?

– Хорошо, мы будем ждать час… – Себастен огляделся. – Вон в том перелеске, чуть дальше по дороге. Если что-то не так, вот, возьми… – Он протянул своему советнику короткую палочку, тот кивнул, явно зная, что с этим делать. – Один пойдёшь?

– Да, троих мужчин там точно испугаются.

– Удачи!

Михаэль кивнул и направил коня по дорожке, хорошо видимой на покрытой инеем траве. В какой-то момент ему показалось, что воздух уплотнился и стал сопротивляться движению, но это ощущение быстро прошло.

Ехал он недолго: не прошло и десяти минут, и за перелеском показался дом. Ворота были закрыты. Ап’Барст Калтинель остановился у забора, лежавший на крыльце крупный серый пёс посмотрел на него, поднял ухо и гавкнул. Из сарая выглянул мужчина и пошёл навстречу незваному гостю, на ходу вытирая руки прихваченной тряпкой. Взглянув на хозяина и на всё вокруг магическим зрением, Михаэль не увидел ничего подозрительного – аура мужчины была чистой, без тёмных или мутных пятен, над домом будто висела лёгкая голубоватая дымка.

– Доброе утро! – поприветствовал он подошедшего к забору человека.

– И вам того же, – ответил тот.

Слышался в его речи какой-то неуловимый акцент, но язык был понятным, без незнакомых слов или режущего слух произношения.

– Скажите, нельзя ли купить у вас провизии? Хлеба, молока, может, готовой еды? Да и для лошадей припасы заканчиваются… – продолжал Михаэль.

– Еды? А чего ж вы в городе не купили, нешто в лавках провизия закончилась?

В городе? Ап’Барст Калтинель судорожно соображал, о каком же городе идёт речь. О Данкоре? Но они отъехали уже на четыре дня пути, и других населённых пунктов, которые бы с полным правом носили название «город» на этом протяжении не было. Впереди, если верить старым картам, когда-то был ещё Арбитон, может, этот крестьянин имел в виду его? Но вроде бы Арбитон прекратил существование тогда же, когда и весь Икселер…

– Да рассчитывали, что хватит нам до следующего, ан не вышло, – пожал он плечами, стараясь выглядеть простодушным. – Да и хлеб там был такой, что деньги на него тратить грешно.

Мужчина хмыкнул:

– Да уж, дядюшка Финк не меняется. Вы ж к Финку заглядывали?

– Не запомнил я, как его звали. Так что скажете, хозяин?

– Сейчас жену позову, спрошу, чем поделиться можно…

Он неторопливо пошёл к дому. Михаэль отметил, что во двор его хозяин не пригласил, а ещё – что тот сделал пальцами жест, весьма похожий на активацию заклинания.

На крыльцо выбежала девочка лет десяти, остановилась, в упор глядя на ап’Барст Калтинеля. Он внутренне подобрался: в точку сузившиеся зрачки, расфокусированный взгляд – именно так смотрится со стороны маг, пользующийся особым зрением. Но вроде бы всё обошлось, девочка ещё пару долгих секунд гипнотизировала Михаэля взглядом, после чего развернулась к отцу и что-то тихо ему сказала. Тот кивнул и вместе с дочерью вошёл в дом.

«Может, ну их в болото? Еда у нас ведь есть на самом деле. С другой стороны, этих людей можно понять, вокруг на многие километры никого, вот они и осторожничают… Да и надо бы узнать, как же они выжили на заброшенных землях, – думал мужчина. – Что-то он говорил про город, лавочника, трактиры? Странно, какой город? Арбитон пуст, из него жители бежали даже раньше, чем из Икселера…»

Тут ап’Барст Калтинель замер и заново посмотрел на дом и постройки, отмечая необычную архитектуру, незнакомый материал на крыше… Цветы! Вьющаяся у крыльца лиана была усыпана крупными ярко-лиловыми цветами, он никогда таких не видел…

– Я таких не видел в Лантаре, – пробормотал он. – В Лантаре. А в подмосковных садах – видел. Как же они назывались? Камилис, калинис? Клематис! Так это что, мир Земли? Или новый проход на незнакомую страницу?

Хозяин вышел из дверей, за ним неторопливо следовала женщина самого обычного вида: высокая, статная, в рабочих штанах и накинутой поверх серого джемпера куртке. Ну да, обыкновенная, нестарая ещё, лицо загорелое, глаза светлые… Почему-то показалось Михаэлю, что вокруг неё разливается спокойствие и радость – пёс коротко взлаял, бешено завилял хвостом и вдруг улёгся у крыльца, разом зачирикали и замолчали какие-то птицы в кусте у калитки, ветерок пробежал по фиолетовым лепесткам и затих. Адан ап’Барст Калтинель глубоко вздохнул и приготовился рассказывать правду.

Не прошло и часа, как лошадей разместили в конюшне, гвардейцы начали их чистить и поить, а дежурный занялся приготовлением еды на большой печи, стоявшей во дворе под навесом. Четверо старших в этом маленьком отряде – Правитель адан-лоэ Себастен, его жена, Михаэль и командир гвардейцев эберальт Карон ап’Савор Саве – сидели за большим добела выскобленным деревянным столом и беседовали с хозяевами дома. И чем дольше шла беседа, тем яснее они понимали, что до смешного мало знают об окружающих мирах.

Впрочем, эберальт не стал особо заморачиваться сложностями мироустройства. Он согласовал с присутствующими свои обязанности по охране дома и прилегающих территорий, выяснил, кто где будет ночевать, и отбыл к своим бойцам, оставив слегка ошеломлённых магов с их проблемами.

Михаэль угадал: это не был ни родной ему мир, ни хорошо знакомая Земля. Более того, здесь, в отличие от привычного порядка переходов, не существовало никакого коридора, двери, границы между страницами мироздания. Просто плавное течение дороги и то самое лёгкое сопротивление воздуха, почувствованное Михаэлем при первом переходе из заброшенного Икселера в малонаселённый, но всё же живой и цветущий Тюринг. Понять это было невозможно, и он приготовился внимательно слушать тех, кто жил на перекрёстке.