Всё, что меня не убило… - Анна Дашевская

В моей гостиной было убрано, на столе под серебряными крышками ждал ужин. Я приподняла одну – там горкой лежали зажаренные до хруста мелкие птички типа перепёлок, а рядом в соуснике исходил паром ягодный соус. Тут я сообразила, что после чашки чая в кабинете ап’Картиндо во рту у меня не было ни крошки, и желудок подтвердил это, протестующе сжавшись.

Через полчаса настроение моё значительно улучшилось, от птичек осталась только кучка косточек, тарелки из-под закусок сияли девственной чистотой, а я, развалившись в кресле, смотрела на свет лампы сквозь зеленовато-золотое вино в бокале. Жизнь определённо налаживалась. Вызвав Настэ, я попросила убрать посуду и спросить у Анндаранэ, когда она готова меня принять. Через несколько минут горничная вернулась:

– Кирэ наследница ждёт вас через полчаса.

– Отлично, – пробормотала я. – Превосходно. А пока быстренько запишем основные детали, чтобы потом обдумать.

Дневник я вела последние лет тридцать.

Ну, как дневник – иной раз от записи до записи проходило месяц, а то и больше, но главные события, информацию о встречах и решениях, финансовые пометки – всё это я заносила в небольшой блокнот типа мидори, благо, пополнить его новой тетрадкой несложно. Старые тетради обычно лежали у меня в домашнем сейфе, и в Лантар я с собой их не взяла. Новая жизнь, казалось мне, новые страны, другие деньги…

Ладно, это неважно.

В новой тетрадке было уже исписано несколько страниц, и я решительно раскрыла новую.

Взаимоотношения между регентской пятеркой, армией, гвардией и безопасностью – важно? Безусловно!

Шаг навстречу со стороны ученого совета? Важно, конечно.

Использование магии жизни для поддержания дыхания при глубокой общей анестезии? Ещё как! Для меня это, пожалуй, важнее любых дрязг советников.

Я так увлеклась записями, что не следила за временем, и очнулась лишь после осторожного стука в дверь.

– Войдите!

– Добрый вечер, геретэ-лоэ! – на пороге стояла та самая камеристка принцессы…

Как же её звали?

– Добрый вечер! – я сделал приглашающий жест. – Простите, кажется, мне не сказали, как вас зовут?

– Итэ Ками эр’Адасса, – присела она в книксене. – Кирэ Анндаранэ просила передать, что она ждёт вас.

– Уже иду! – я отложила ручку, сунула блокнот в задний карман брюк и поднялась. – Как прошёл день? Что-то было, о чём мне стоит знать.

– Кирэ Анндаранэ сама вам расскажет, – уклончиво ответила Ками. – Я лишь могу сообщить, что к охране обращаться ни разу не понадобилось, но кое-кто из арданэ… пытались воздействовать на кирэ наследницу, в том числе магически.

– Серьёзное воздействие?

– Нет, очень мягкое. Так, чтобы расположить к себе и своим просьбам.

– Хорошо… Анндаранэ в курсе?

– Да, геретэ-лоэ, – и новый книксен поставил точку в беседе.

Глаза принцессы блестели, казалось, она с трудом удерживается, чтобы с визгом восторга не кинуться мне на шею. Я вспомнила, что, какие бы обязанности ни свалили на неё родители и обстоятельства, она остаётся девочкой, которой совсем недавно исполнилось четырнадцать. Подросток. Уже не дитя, но совсем недалеко от этого.

– Кирэ наследница, – с самым серьёзным видом я склонилась в глубоком реверансе.

То, что я была в брюках, усилило комический эффект. Девочка фыркнула и сделала строгое лицо:

– Рассказывай!..

– Хорошо! – я выпрямилась и села в кресло.

Принцесса кивнула итэ эр’Адасса, и та заперла дверь на солидный засов, после чего прошептала запирающее заклинание.

– Отлично, – Анндаранэ выпрыгнула из кровати, надела пушистый халат и забралась с ногами в кресло. Не выдержав серьёзного тона, она проговорила: – Ты не можешь себе представить, как это было смешно!

– Что именно?

– Я притворялась ужасно слабой, вот просто руку поднять не могла, чтобы попить. И арданэс на это купились!

– Или сделали вид, – покачала я головой. – Вряд ли твои родители подобрали бы в твои помощницы полных дур.