Пять Грязных Искусств - Анна Кондакова

— Рэй, — выдохнула она, — пожалуйста…

И упала передо мной на колени.

Чёрт! Провалиться бы сквозь землю. Ну вот нахрена мне всё это? Сначала она меня подставила, теперь на жалость давит. Чисто женский подход к проблемам.

Я бросил короткое:

— Пока, — и направился к выходу.

Девушка вскочила.

— Тогда я сделаю вот так! — В её руке мелькнул маленький пузырёк из-под лекарств. Она откупорила крышку и поднесла его ко рту. — Если ты откажешься, я покончу с собой.

— Это что? Яд? — прищурился я.

— Для меня — да! Это твоя боль. И я приму её! Тебя она не убила, а меня наверняка убьёт.

Что? Боль?..

Час от часу не легче.

Я совсем забыл о том стакане с зеркальной жидкостью с ладони Софи, что излечила меня от ран.

— Эй… отдай-ка сюда. — Я шагнул к девушке, но она тут же отступила и мотнула головой.

— Нет, Рэй. Я не хочу так жить. Не хочу.

Я холодно посмотрел на Эстер. Шантажом меня уж точно не возьмёшь.

— Ладно, пей. Только оставь немного, мне может понадобиться эта зеркальная хрень.

Эстер вытаращилась на меня, не поверив ушам. От неожиданности даже замерла, будто забыла, что секунду назад собиралась покончить с собой. И пока она пребывала в ступоре, я быстро подошёл к ней и забрал из её рук пузырёк. Закрыл крышку и сунул его в карман.

— А теперь я тебе поясню, раз ты не понимаешь. Ты натравила на меня своего хозяина и создала проблемы, которых у меня и без того по горло. Это первое. Мне не нужна обуза в виде рунной ведьмы, которая склонна к подставам. Это второе. Сейчас я ухожу, пока Феликс не нагрянул. Это третье.

— А я? — выдохнула Эстер. — По закону, теперь ты мой хозяин и за меня отвечаешь… если ты купил рунную ведьму, значит, ты о ней должен заботиться. А Бартоло уже согласился, что ты меня купил, он видел деньги. У меня таких денег отродясь не было, а тут появились. Эту купюру вся Гвардейская площадь видела. И Линда подтвердит… и всё кабаре... ты не можешь отказаться...

Не сдержавшись, я смачно сматерился, после чего Эстер притихла и вжала голову в плечи, будто ожидала удара.

Ах ты ж заноза в заднице, расчётливая стерва…

— Перепродам, — процедил я сквозь зубы. — Перекину тебя другому, прямо сегодня, и как можно быстрее.

Девушка опустила голову.

— Я настолько тебе не нравлюсь?

— Тебя что-то не устраивает, или мне показалось?.. Я сказал, перепродам. Бену Бауму, например. И сделаю это при свидетелях, чтобы ко мне больше вопросов не было. Думаю, он возьмёт. Ему помощница в трактир нужна.

Эстер подняла на меня глаза, полные слёз.

— Бен Баум — хороший человек.

— Тогда договоримся сразу. Если ещё раз выкинешь что-то подобное, шагнёшь не туда или руну создашь без разрешения, я тебе шею сверну, даже не задумаюсь. Доберёмся до Бена, и там ты от меня отвалишь. При любом раскладе. Вообще забудешь, что я существую, поняла?

Девушка шмыгнула носом и жарко закивала. Даже сквозь одежду проступил свет её мерцающих рун.

— Рэй… не знаю, как тебя благодарить…

— Ты уже в кабаре отблагодарила, — бросил я.

Интуиция подсказывала, что ничем хорошим для меня это не закончится.

***

Дождавшись заката, мы отправились в «Адмирал Баум».

Шли окольными путями, по безлюдным дворам и закоулкам. И столь странных сумерек я не видел до этого никогда.

Скрываясь за высоченными стенами города, солнце ненадолго озарило дома и улицы розоватыми лучами. А потом свет исчез, будто кто-то задул свечу, и через мгновенье всё окутала тьма.

Могу поспорить, я чётко увидел, как клубы темноты, живые и жадные, заполняют Ронстад, отхватывая территории. И в этом чёрном тумане кто-то шевелился, рычал и поскуливал…

— Это что за тени? — спросил я у Эстер, не сбавляя шага.

— Харпаги, — прошептала она. — Точнее, это всего лишь их проекции, их бестелесные сущности. Сами харпаги очень большие и сильные. Сейчас они наблюдают, но раз в месяц обретают плоть. В Час Тишины. И когда он наступает, остаётся только затаиться, чтобы не дать им до себя добраться. Против харпагов сильна только Кай… Великая Гарпия Кай. Мы все поклялись её кормить.

— А Архитектор? — спросил я с надеждой. Вдруг Эстер про него что-то знает.

Но девушка пожала плечами.

— О нём я слышала только мельком. Говорят, он тоже когда-то сражался с харпагами вместе с Кай, а потом исчез. И никто не знает, куда. Возможно, умер.

— Возможно, что и умер… — задумчиво отозвался я.

— Ты знаешь, а на меня харпаги ни разу не нападали. Мне кажется, это из-за рунного света Мэри, той девушки Феликса, что покончила с собой. Она отдала его мне… весь свой свет… — Эстер приостановилась и раздвинула ворот блузки, демонстрируя маленький кулон в виде прозрачного, идеально ровного круга. Он и правда, мерцал голубоватым светом. — Мэри сказала, что в нём заключён свет нескольких рунных ведьм, — пояснила девушка. — Они передавали кулон друг другу перед смертью.

Я покосился на кулон. Ну да, светится. Но вряд ли эта безделушка способна защищать от монстров.

— Я бы его тебе отдала, если хочешь, — предложила Эстер.

— Нет, спасибо, — отказался я. — Не ношу украшения.

Эстер улыбнулась, с лукавым любопытством на меня посмотрев, и вдруг сменила тему разговора:

— Тебе ведь понравилась моя руна наслаждения, правда?

Вот сейчас обсуждать это у меня язык не повернулся. Я молча кивнул девушке и поспешил в сторону трактира. Быстрее бы уже от неё избавиться.

— Хочешь знать, как я это сделала? — не отставала от меня Эстер. — С помощью руны создала фантомную проекцию себя и проекцию того человека, до которого хотела дотронуться, то есть тебя. И потом… моё фантомное тело, и твоё фантомное тело… они… м-м… встретились. И все ощущения, которые получила твоя проекция, передались тебе настоящему.

Слова Эстер мгновенно обрели картину в моём воображении, и мне, если честно, стало не по себе. Эстер была совсем юной, и все эти грязные пьяные развлечения не должны были её касаться.

В молчании мы преодолели ещё один переулок. До трактира оставалась пара десятков метров…

И тут громыхнул выстрел, внутри трактира.

Эстер вздрогнула и в ужасе схватила меня за руку.

— Это Феликс… это его револьвер. Я знаю… я бы узнала его среди сотен других.

Последовал ещё один выстрел.

— Это он, Рэй…

Я кое-как высвободил руку из цепких пальцев Эстер.

— Стой здесь. Сам с ним поговорю.