Особый случай - Екатерина Васина

Мои ребята притихли, переводя взгляды с меня на Арлису. У Рэма аж глаза блестели в предвкушении разборки.

Они серьезно?!

Я молча перехватил Арлису, перекинул ее через плечо, а остальным бросил:

– Через полчаса выдвигаемся.

Если эти пьяные рожи решили отоспаться в теплых постелях, то их ждал сюрприз. На весла в целях наказания! Они мне такую намечающуюся ночь испортили, споив Арлису.

– Пусти! – По спине ударил кулачок. – Беззаконие!

– Точно, Огонек! – согласился я. – Мы вне закона. Смирись с этим.

– Не называй меня так! – выдохнула она, а у меня кровь хлынула куда-то вниз.

Но пьяная женщина – не предел мечтаний. Несмотря ни на что. Потому мне пока оставалось скрипеть зубами и надеяться, что Арлиса хоть немного придет в себя. Интересно, сколько она выпила?

Надежды рассыпались прахом – стоило сгрузить ее на кровать, как она погрозила мне кулаком, а потом расслабленно вытянулась и отключилась, обняв подушку.

– Арлиса! – Я присел на постель и потормошил ее за плечо. Но ответом было ровное дыхание. От нее настолько несло настойкой и табачным дымом, что я подошел к окну и распахнул его настежь, чтобы проветрить.

В дверь поскребли. Служанка принесла поздний ужин и шепотом сказала, что сейчас наносят воды. Зря боялась нарушить сон Арлисы. Ее сейчас и землетрясение не разбудит.

– Ведра теплой и ведра ледяной будет достаточно, – сказал я. Ванну принимать некогда. Поем, ополоснусь, и можно выдвигаться. А ледяная нужна, чтобы унять жар в чреслах, разбуженный присутствием рыжей ведьмочки.

Девчонка сбивала с толку и преподносила массу сюрпризов. То, что она из благородных, все же не вызывало сомнений. Правильная речь, манеры, то, как она себя держит. Но даже Риналлия, живя с нами и наслаждаясь свободой, никогда не пила с командой из одной бутылки и не играла в азартные игры. Ее уважали, ее опекали, но никогда не считали членом команды.

Арлиса же имела удивительную способность везде становиться своей. Растворялась в той среде, куда попадала. Когда встретил впервые – видел перед собой гордую аристократку. После побега ее было не отличить от обычной крестьянки, лишь природная утонченная красота говорила о породе. Сегодня же среди команды она вела себя так по-свойски, как будто они знакомы сто лет.

А еще ее магия и странные татуировки на теле. Кто же ты, девочка?..

Предмет моих беспокойных мыслей беззаботно дрых. Мне все меньше хотелось куда-то выдвигаться. Было огромное искушение лечь с ней рядом, прижав к себе, но воспитательный момент для команды не стоило отменять. Пусть прочувствуют мое недовольство.

И что-то подсказывало: проснувшись, девушка не сильно обрадуется нашему соседству на кровати. Наверняка закатит скандал. И пусть кричит лучше на корабле, чем на постоялом дворе. Еще репутацию хорошего любовника мне испортит…

Но в одном эта бессовестная зараза сыграла мне на руку: ее молокосос-защитник не будет путаться у меня под ногами. Я вчера при всех назвал ее своей женщиной, а она и ухом не повела, а вот он изменился в лице и сделал выводы.

Одно дело – броситься на помощь деве в беде, и совсем иное – вмешиваться в мои отношения с женщиной. Моей женщиной! Я все же расплылся в довольной улыбке. Ничего, никуда от меня она больше не денется.

Расстегнул ворот рубашки и сел к столу. Как дурак, спешил выбрать для нее наряды и даже не поел. И ведь даже спасибо мне не скажет за заботу!

«Может, переодеть ее в новое красивое белье? Будет хоть эстетическая компенсация», – задумался я на миг, бросив взгляд на Арлису, но отказался от этой идеи. Вид обнаженных прелестей лишь разожжет мой аппетит. Пришлось утолять пока только один вид голода.

Молоденькая служанка принесла воду.

– Мне выливать в ванну? – замялась она, не зная, что делать.

– Поставь так.

Она отнесла их за ширму и, вернувшись, замялась.

– Что-нибудь еще желаете?

– Нет, можешь идти.

– А сладкого… – Она с намеком провела пальцем по округлому вырезу платья на груди.

Нашла дурака! Если девочек в борделях осматривают, проверяя здоровье, то на постоялых дворах до этого никому нет дела. Несмотря на милую мордашку, на ней уже пробы негде ставить. И пусть себя я мог вылечить, но рисковать ради сомнительных прелестей, когда в постели лежит такая красавица, желания не было. Да я даже свою команду приучил к тому, что лучше заплатить в борделе, чем потом переплачивать целителям.

– Такая красавица заслуживает того, чтобы на нее потратили ночь, а мы сейчас уезжаем, – ответил ей. Привык женщинам без надобности не грубить. – Предупреди хозяина.

Разочарованно вздохнув, служанка ушла, бросив напоследок завистливый взгляд на свертки с покупками. Может, надеялась, что и ей что-то перепадет, пока моя девушка спит? Ладно… Вначале ужин, потом водные процедуры.

Поев и смыв с себя пыль дороги, я бросил взгляд на кровать, где сном младенца спала бессердечная зараза. Один взгляд на нее – и все мои обливания псу под хвост. Злой на Арлису, на себя и на всю ситуацию в целом, я распахнул дверь в коридор. Только сейчас обратил внимание, что на втором этаже царит тишина. Угомонились парни. Заглянул в комнату, где они сидели, но там было уже пусто, лишь сизый дым еще висел в воздухе.

Команда обнаружилась внизу в полном составе. Тихо пили, загадочно что-то обсуждая. При виде меня поскучнели. Увидели, нарры, что Арлисе не удалось меня надолго задержать.

– Девчонка спит, кэп? – осторожно поинтересовался Рэм, чувствуя свою вину и даже будто уменьшившись в росте.

– Удивительно, как она еще на ногах стояла после того, сколько вы в нее влили.

– Кэп, девчонка – огонь! Мы одобряем, – высказал всеобщее мнение Птиц. Так это они ее обсуждали?

– Я не понял, вы мне девку подбираете или себе нового собутыльника? – не удержавшись, хмыкнул я. Такое единодушие встретил впервые. Лишь новенький пацан был хмур.

– Илай, со мной наверх, поможешь с покупками. Отплываем.

– Отплываем?! – Лица моей команды вытянулись.

– Девчонка же спит, кэп, – заикнулся Рэм.

– Вашими стараниями она мертвецки пьяна, такая мелочь ее не разбудит, а вот вам не помешает помахать веслами.