Эхо Севера - Джоанна Рут Мейер

Солдаты больше не могли мешать переговорам, и вокруг меня зашептались испуганные голоса.

– Крепость королевы.

– Мертвая башня.

– А рядом лачуги ее тварей.

– Она сожрет наши сердца.

– Выпьет наши души.

– Уничтожит нас.

– Лучше бы мне совсем не рождаться на свет.

Рыжеволосый молча сидел в седле с таким видом, словно он ничего не боялся. Однако я видела, как дрожат его руки.

Затем мы подъехали к воротам. Солдаты стащили нас с лошадей и погнали в узкий дверной проем, за которым пришлось спускаться вниз по винтовой каменной лестнице. С каждым шагом становилось все холоднее и холоднее, а в воздухе омерзительно пахло гнилью и кровью.

Мужчины плакали.

У меня стучали зубы, а пальцы на руках и ногах онемели от холода.

Нас разделили и повели в разные стороны. Кого-то толкали в низкие дверные проемы, кого-то волокли дальше. Меня отправили в каменный мешок-камеру и цепью приковали запястья к стене. Я попробовала сесть, но цепь оказалась слишком короткой. Она выворачивала плечи, поэтому я опустилась на корточки. Сидеть так тоже было неудобно, и вскоре мои бедра уже горели огнем от напряжения.

Отправиться в эту зеркальную книгу было очень, очень большой ошибкой с моей стороны. Я думала о том, что пора покинуть книгу, но все надеялась на появление Мокошь – в прошлый раз она возникла только после окончания трагической битвы между девушкой и Королевой фей. А еще я не могла избавиться от мысли о светловолосом юноше. Интересно, куда его бросили солдаты, в какую камеру? Так что я ждала, тянула время и не спешила вызывать зеркало для возвращения домой.

Спустя некоторое время в расположенное под самым потолком окошко проник лунный свет. Я увидела, что сижу в камере не одна. К противоположной стене был прикован еще один узник. Он возился со своими наручниками, скрежетал чем-то железным, а потом поднял голову и улыбнулся мне.

Это был блондин.

– Ты неважно выглядишь, – заметил он, зевая.

Прищурившись в тусклом лунном свете, я заметила, что он откуда-то вытащил кинжал и отпирает им стальные манжеты на запястьях. Вскоре с громким звоном на пол упал один манжет, за ним второй. Блондин с невозмутимым видом потянулся и, растирая запястья, подошел ко мне.

– Для тебя, конечно, реальной опасности нет, – сказал он, начиная возиться с моими наручниками. – Читателям в книге никогда ничего не угрожает. Но все-таки лучше ко всему подготовиться заранее.

И он многозначительно покачал в воздухе своим кинжалом.

Сначала освободилась моя левая рука, а затем и правая. Я с удовольствием растерла затекшие запястья и присела на пол.

Мой сокамерник вновь улыбнулся, спрятал кинжал в ножны и вытащил откуда-то – из воздуха, как мне показалось – теплый плащ и протянул его мне. Я накинула плащ на плечи и, чувствуя себя совершенно сбитой с толку, спросила юношу.

– А вы кто?

– Хэл, к вашим услугам, госпожа, – с легким поклоном ответил он.

– А я Эхо.

– Очень приятно познакомиться, Эхо. А теперь держись, пожалуйста, рядом со мной и постарайся не шуметь. Не знаю, как ты, а лично у меня совершенно нет желания торчать здесь до рассвета.

С этими словами Хэл направился к двери. Я, сглотнув, последовала за ним. Открыть дверной замок оказалось сложнее, чем стальные манжеты наручников. Хэл довольно долго возился с ним, ворча и негромко ругаясь себе под нос. Я тем временем внимательнее рассмотрела его. Хэл был долговязым светловолосым парнем с хорошо развитыми мускулами, игравшими под белой льняной рубашкой. На ногах у него были высокие черные сапоги, а пахло от юноши черноземом и нагретыми на солнце камнями.

– Я как-то читал легенду о нимфе по имени Эхо, – сказал он, продолжая ковыряться в замке. – Обычная история. Она была влюблена в одного из греческих богов, но безответно, потому что тот бог любил только свое отражение в воде. Со временем нимфа превратилась в ничто. Стала просто невидимым голосом, который вечно звучит в лесу, повторяя имя того бога.

– Жуткая история.

– Согласен, – усмехнулся Хэл. – Ага, есть!

Замок щелкнул, и юноша со скрипом приоткрыл дверь, выглянул в коридор, а затем поманил меня за собой. Крадучись, мы вышли в темноту. Где-то капала вода, всхлипывали одни недавние всадники-охотники, молились другие.

– Туда, – шепнул Хэл и потянул меня в узкий проход – такой низкий, что пришлось идти, пригнув голову. Я чувствовала себя кротом, зарывшимся в землю.

– Далеко еще? – спросила я.

Хэл не ответил.

В таком тесном, темном и страшном месте как-то не до разговоров. Поэтому дальше я шла молча, сосредоточившись лишь на том, чтобы не отстать.

Наконец, когда я уже была близка к отчаянию и думала, что эта пытка никогда не кончится, впереди заблестели звезды. Спустя несколько секунд мы оказались на свободе. Я упала на колени, и Хэл помог мне подняться на ноги. При этом, как показалось, задержал мою руку в своей теплой ладони чуть дольше, чем было нужно, прежде чем отпустил ее. Или это мне все же только показалось? Я стряхнула набившуюся в волосы грязь и, смеясь, закружилась на месте.

– Нам, читателям, нужно чаще спасаться от верной смерти, – усмехнулся Хэл, глядя на меня.

Я перестала крутиться и с тревогой спросила, оглядываясь назад.

– А королева правда убьет всех завтра утром? Мне их действительно жаль.

– Я бы не сказал, даже если знал. Зачем же лишать тебя удовольствия от чтения? – Я сердито посмотрела на Хэла, а он добавил, подмигнув мне. – Если бы я не думал, что у этой истории будет счастливый конец, взял бы почитать что-нибудь другое, – тут он внезапно стал серьезным и сказал, глядя мне в глаза своими голубыми глазами. – Только нужно ли всегда знать заранее, что у истории счастливый конец, чтобы влезть в нее?

Я уставилась на Хэла, чувствуя, как колотится в груди сердце. Вспомнила свое обещание, данное волку посреди завьюженного леса, и об острых, как бритвы, подвесках, и жутких жужжащих часах за обсидиановой дверью. Мимо нас в лунном свете промелькнул мотылек. Интересно, что это за история, в которую меня занесло?

– Порой приключений бывает больше, чем хочется, – сказала я.

– А я живу ради приключений, – улыбнулся Хэл. – Пойдем!

Он схватил меня за руку и оттащил в сторону. Из тесного лаза, по которому сюда пришли, как раз в эту минуту выбрался рыжеволосый всадник и с ним еще двое бывших охотников. Сбежали? Нет. На поляну прискакало с полдюжины королевских солдат, которые окружили беглецов и обнажили свои мечи. Хэл затащил меня за дерево, и мы вместе опустились на корточки.

Один из солдат схватил рыжеволосого за камзол, подтащил к себе и выкрикнул прямо ему в лицо.