Шторм Времени - Юрий Корчевский

Наконец боярин спросил:

– С чем пожаловал, соседушка? Али беда какая случилась?

– Прослышал я, что Великий князь милостью своей тебя одарил, дачу ты получил.

– Верно! – Боярин приосанился, огладил бороду.

– А еще – что дом свой продать хочешь.

– Раздумываю пока.

– А я покупателя привел. Солидный человек, хоть и молодой. Купец, как и я.

Боярин скептически оглядел Михаила. Одет молодой купец в чистое и новое, но без блеска, без видимых признаков зажиточности.

– Если надумаю продать, так возьму дорого.

– Товар допрежь посмотреть надо.

– Это уж как водится. Архип!

В дверь вошел холоп.

– Проведи гостей по дому, покажи все, что захотят.

Для начала они прошли по комнатам. Вроде неплохо, но планировка «трамваем», какие Михаил видел на экскурсиях в старинных дворцах, – анфилада комнат одна за другой.

Пафнутий Афанасьевич настоял на осмотре подвала и чердака.

– А как же? Вдруг балки на чердаке гнилые? Убыток!

Балки оказались дубовые, коим и через сто лет сноса не будет. И подвал почти под всем домом порадовал.

Когда они вошли в трапезную, отряхиваясь от пыли и паутины, боярин расхохотался:

– На леших похожи! Садитесь. Понравился дом?

– Крепкий, – дипломатично ответил Михаил. Хвалить дом нельзя, хозяин цену взвинтит.

– Тогда вот вам мое окончательное решение: две гривны серебром! – заявил боярин.

– Помилуй бог, боярин! Я о такой цене не слыхивал! – едва не возопил Пафнутий Афанасьевич.

– Вольному воля, – развел руками боярин. – Дом каменный, для себя строил, на века, чтобы и дети и внуки в нем жили. Не погорит, как деревянный.

Боярин уставился на Михаила, ожидая ответа.

– Беру, – выдохнул молодой купец.

– Ну, молодца! – одобрил боярин.

– Ты бы хоть поторговался! – вскочил Пафнутий Афанасьевич.

– Бесполезно, – прогудел боярин, – не уступлю. Когда деньги будут?

– Завтра с утра.

– Жду, тогда и купчую подпишу.

Купцы откланялись.

Когда они вышли на улицу, Пафнутий накинулся на Михаила:

– Дом и в самом деле хорош, я изъянов не нашел, но поторговаться надо было, цену сбить. Мол, землицы вокруг дома мало, то-се.

– Ты же лицо боярина видел? Такой не уступит.

– Может, оно и так.

– Я к себе пойду, поздно уже. Завтра с утра – к боярину.

– И я с тобой. При такой сделке видак нужен, засвидетельствовать. А после – разговор продолжим, что у меня начали.

– Договорились.

Михаил ночевал на ушкуе. Ему не спалось. Слишком серьезная покупка, слишком дорогая. Все, что он заработал двумя ходками, очень удачными, пойдет на дом. А с другой стороны, дом – это свое гнездо, якорь в жизни.

Утром он встал невыспавшийся, с помятым лицом.

– Ты не приболел случаем? – спросил Григорий.

– Нет, здоров я. Дом сегодня покупаю – вчера присмотрел. Волнуюсь маленько.

– Ох ты! Далеко?

– Сам скоро увидишь, со мной пойдешь.

Михаил достал из тайника деньги и сунул их в поясной кошель. Есть не хотелось – аппетита не было совсем, и губы от волнения пересохли.

До боярского дома добрались быстро, только сначала в дом к Пафнутию Афанасьевичу зашли.

Купец уже был готов, оделся празднично. А у Михаила другой одежды не было, не удосужился приобрести. Однако взял себе на заметку.

Холоп боярский впустил всех сразу.

– Ждет боярин уже.

Купчая на дом была уже написана и подписана боярином. Михаил, а потом и Пафнутий прочитали, поставили свои подписи. Боярин сыпанул мелкого песка на чернила, сдул.

Михаил достал из калиты две гривны серебром и положил на стол. Боярин толкнул ему по столу купчую:

– Владей.

– А мебель? Ну, я имею в виду – кровати, шкафы?

– Всем и владей. Некогда мне, дела. Архип, запрягай коней.

Боярин вышел, и скоро со двора донесся стук копыт. Ворота остались распахнутыми.