Достойный наследник - Джоэл Розенберг

В полной тишине окружающая их всех дымка сгустилась в плотный туман – он мглистым водоворотом заклубился вокруг Энди и ее чалой кобылы, все быстрей, быстрей, пока совершенно не поглотил и ее, и ее лошадь, а потом, внезапно, будто кто-то выключил лампочку…

… и она, и ее кобыла исчезли.

– Энди?

Знакомый смешок повис в воздухе.

– Нет, Клауди Рейне. Займись делом, герой. Я в порядке.

Карл повернулся и послал коня в галоп.

– Со мной, но не впереди меня, – проговорил он, возвышая голос. – Ибо мы, – он почти кричал, – я, Карл Куллинан, князь и император, и мой личный эскорт, намерены здесь, за поворотом, подождать проезда тюремной повозки. И мы поедем с ней до самого Тирнаэля, если понадобится, дабы убедиться, что никакие неприятности не постигнут ее. Надеюсь, все поняли мой намек.

В лесу зашебуршились. Гартэ потянулся к пистолету, но отец яростно мотнул головой – и он опустил руку.

– Ждать будем здесь, – объявил Карл. – Я знаю, наша семерка здесь одна, так что нет нужды тревожиться насчет лесных звуков: это, должно быть, кролики или какая иная тварь.

Из-за полога листвы и тумана раздался голос:

– Я выхожу, Карл.

Через мгновение Томен Фурнаэль – в крестьянской тунике, но – с мечом у пояса – стоял перед ним.

– Он не один, государь, – сказал Гашьер. – Я слышу еще самое малое двоих.

– Разумеется, он один, – возразил Карл. – Барон просто поехал прогуляться, как и мы. Кто может там быть – уж не старина ли Хивар?

– Ну ладно. – Томен скрестил на груди руки. – Откуда ты знаешь, что это он?

Карл перекинул ногу через спину коня и спрыгнул, знаком велев Гаравару и остальным оставаться в седле.

– Кому еще ты бы доверился, мальчик? Он служил твоей семье еще до того, как мы с твоим отцом познакомились. Но ты ошибаешься: его там нет, как нет и никого другого из верных твоей семье служак – ибо ты один, поехал прогуляться, и сейчас твоя прогулка закончена: ты возвращаешься в Бимстрен. Понял?

В его годы Карл поступил бы точно так же: переодеться бродягой, освободить Вернима и отпустить его на все четыре стороны. Просто и элегантно.

Единственный недостаток этого плана: он не сработает. Слишком многие видели, как потрясен был Томен, когда Верним ответил ему на оглашении приговора. Верним уже показал, что не умеет держать язык за зубами; он проговорится.

Не выйдет.

– Есть еще одна возможность. – Томен опустил ладонь на рукоять меча. – Мы можем решить все между собой, государь.

– Шевельнись – и ты мертвец, Данагар, – заметил Карл, краем глаза уловив движение. И снова повернулся к Томену. – Ты думаешь, что одолеешь меня? Серьезно?

Дар мечника Томен унаследовал от отца – так же, как суровое умение спокойно смотреть правде в глаза.

– Нет. Не думаю, чтобы мне удалось хотя бы поцарапать тебя. Но…

– Так, может, ты думаешь, что будет лучше, если умрете вы оба – и Верним, и ты? Кто выиграет от этого, Томен, кто выиграет? – Глядя юноше прямо в глаза, Карл ногой ударил его в пах. Томен согнулся, задыхаясь. Карл схватил его и развернул.

– Хивар, в драке нужды нет, – сказал он, опуская стонущего молодого барона на землю. – Он не пострадал.

Долгое молчание, потом – голос из темноты:

– Да уж, лучше вам ему не вредить.

– Говорю же: он в порядке. Правда, на лошади ему какое-то время ездить будет трудно, но в остальном – нормально. – Карл кивнул Гартэ. – Постереги барона. Свяжи его: отпустим, когда проедет повозка. Он вернется с нами. Я позабочусь о его безопасности, Хивар. Слово.

– Ладно, – донеслось из тумана. – А я?

– А ты, старина, убирайся отсюда. Ты никогда здесь не был, и ничего этого тоже не было.

Гаравар согласно кивнул. Томен, пересилив боль, выдавил:

– Почему?

– Никогда не грози мне, Томен, – сказал Карл, – это невежливо.

Потому что, подумал он, ответственность за повешение Вернима – на мне. Ты еще не готов к этому. Ты хотел очистить свою совесть, подставившись под мой клинок. Я очищу ее за меньшую цену.

Это мой долг, Томен – перед тобой, твоим отцом и братом.

– Потому что я – император, – проговорил Карл Куллинан. – И чем крепче ты это усвоишь, малыш, – тем лучше.