Вест-Индия - Михаил Ахманов

«Разыскивала меня? Зачем?» – подумал Серов и вложил клинок в ножны. Потом отвесил поклон – такой, к какому привык на цирковой арене, согнувшись в поясе и едва не достав до земли руками.

– Мисс Шейла?

– Шейла Джин Амалия Брукс, если быть совсем уж точной. – Ее голос казался звонким и слегка насмешливым, и слушать его было приятно.

– Андре Серра, – он снова поклонился.

– Эндрю Минус, – уточнила девушка.

– Почему?

– Дядя Джозеф сказал, хорошо считаешь. Серов усмехнулся:

– Мне кажется, Эндрю Плюс звучало бы лучше.

– Плюсом еще надо стать. – Ее зубы тоже сверкнули в улыбке. – Сейчас ты только минус. – Сделав шаг к Серову, она прикоснулась к перевязи шпаги. Пахло от нее восхитительно – юным женским телом, солнцем и морскими ветрами. – Слушай, Эндрю… ты меня выручил – там, на галеоне, когда мы схватились с испанцами… Не думай, что я забыла или что мне неведома благодарность, – это не так, клянусь Девой Марией! Но свое ты уже получил, и не рассчитывай, что это повторится.

– Что – это? – Серов, улыбаясь, вдыхал чудные ароматы.

Она немного отодвинулась.

– Ты ведь из Франции, да? Из Старого Света? И ты впервые здесь?

– Впервые. Я приплыл на «Викторьезе» и… Ладошка Шейлы повелительным жестом коснулась его губ.

– Я знаю. Там, у вас, все другое… У вас леса и парки, а не болота и сельва, дороги, а не тропы, и города, огромные города, Лондон, Париж, Антверпен… Я знаю, Росано мне рассказывал! Я слышала, там за четыре песо можно купить бычка или хорошее платье, а здесь ты получишь за них кварту[21]рома. Зато быки бесплатные, их можно подстрелить на Эспаньоле, выдубить шкуру и сделать одежду… И люди тут другие, Эндрю. Жестокие, безжалостные! Запомни мои слова!

– Зачем ты мне это говоришь?

– Предупреждаю в знак благодарности, – пояснила Шейла. – Сегодня ты ослушался дядюшку Джозефа, а он строптивых не любит. Ты все еще жив… жив потому, что дяде известно, кто меня выручил. Но с этим все. Все! Не выполнишь другой его приказ, пойдешь кормить акул. Покарай меня Господь, если не так!

Перекрестившись, она отступила на несколько шагов и, когда Серов шевельнулся, махнула рукой:

– За мной не ходи. И не пяль на меня глаза слишком часто, этого дядя Джозеф тоже не любит.

– Тебе приятно, когда я смотрю? – спросил Серов.

Журчащий смех был ему ответом. На мгновение облако скрыло луну, тени дрогнули, и девушка исчезла. Ее аромат все еще витал в воздухе, и он внезапно понял, что продолжает улыбаться.

– Первый человек, – тихо произнес Серов, – первый нормальный человек, которого я тут встретил. Надо же, явилась, чтобы меня предостеречь! Хотя испанцев она не жалела.

Странный покой снизошел на него. Он вытащил часы, взглянул на циферблат – они показывали шесть двадцать, нечто совсем несообразное. Потом припомнил, что часы идут по времени Петропавловска, покачал головой и сунул их в карман. Все тут другое, сказала Шейла Джин Амалия, все не такое, как в Старом Свете… другие леса и города, другие люди, и время тоже другое… Если б она знала, как права!

Серов направился обратно в лагерь и по дороге размышлял о том, что список его приобретений, может быть, окажется не так уж скуден и найдется в нем такое, что достойно отметить в первой строке и с заглавной буквы. Что-то теряешь, что-то находишь, вертелось у него в голове – старая песня, знакомая мелодия, которую были не в силах заглушить выкрики, божба и пьяный рев. Кто знает, какие еще находки будут подарены судьбой?

Он посмотрел под ноги и увидел след сапожка Шейлы, отпечатанный в песке.