Прикоснись ко мне - Джус Аккардо

— А вот я такая! Эгоистка! Мне оба нужны.

Явно разочарованная, она понимающе усмехнулась:

— Это уж точно!

Встала и, склонившись над столом, искоса посмотрела на меня. Уже уходя, на мгновение замешкалась:

— Где-то я тебя видела. Это не ты сделала Троя Белдома и Микки Дуна на тусовке в Дирфилде на прошлой неделе?

Опаньки! Я пустила этот слух на следующий день после тусовки, доверив его главному местному сплетнику Марки Фрею. Мамаша Марки была секретаршей моего отца, и я наверняка знала, что новость доберется до него. Всего двое суток и прошло, как он вломился ко мне в комнату и прочитал мне лекцию о нравственности и добродетели. Получилось! Один ноль в мою пользу!

Бросив последний страстный взгляд на Алекса, Эрика отвалила, отправившись на поиски более легкой добычи. Алекс убрал мою руку со своей талии и уставился на меня. Потом, содрогнувшись, спросил:

— Это серьезно? Белдом и Дун?

Я прикусила язык и сунула обе ладони под себя — настолько сильным было искушение вломить ему.

— Здесь есть кто-нибудь, кому ты доверяешь? Не просто так, а как самому себе, по жизни?

Алекс с минуту подумал:

— Дэксу. Зуб отдам — он верный.

— А этот Дэкс здесь?

Алекс ткнул пальцем в сторону двери. В зал входил высокий мускулистый парень лет двадцати пяти. С чисто выбритой головой, одетый во все черное с головы до пят, встретишь такого на улице — сразу перейдешь на другую сторону.

— Это он.

Я усмехнулась, и мой игривый ум сразу заработал:

— О боже! Он — само совершенство!

— В каком смысле? — удивленно спросил Кейл.

— В смысле похитить меня.

* * *

Телефон прозвонил пять раз, прежде чем папашка удосужился поднять трубку. Он явно не сидел все это время у аппарата, затаив дыхание и ожидая, когда позвонит его малышка-доченька. Я попыталась отмахнуться от кольнувшего меня горького чувства — словно кусок черствого хлеба проглотила.

— Алло! — раздалось в трубке.

— Папа! — заорала я, и Дэкс, тут же перехватив у меня трубку, перешел в другой угол комнаты. Я опять закричала, а. Алекс, с размаху ломанув стулом по стене, заорал, чтобы я заткнулась, иначе он мне кишки выпустит. С каким трудом я сдерживала смех!

С другой стороны от меня Кейл схватил другой стул и, подражая Алексу, тоже швырнул его в стену. Потом повернулся ко мне и прошептал, улыбаясь:

— Класс!

Когда ушла Эрика, Кейл, оказывается, заказал еще пива. Это была его первая пьянка — наверняка! С трудом согнав усмешку с губ, я сосредоточилась на похищении, которое мне угрожало.

— Сиди тихо, Кросс! — шипел Дэкс в телефонную трубку, стоя на другом конце комнаты. — И слушай, что я скажу.

Мы ушли из общего зала, где продолжалась тусовка, в офис на втором этаже. Все здесь было покрыто толстым слоем пыли.

— Твоя девчонка у нас, — продолжал Дэкс. На минуту он замолчал, вероятно, прислушиваясь к тому, что бухтел на том конце линии мой папаша.

— Вряд ли это сработает, — прошептал Кейл. — Ему на всех наплевать. Махнет на тебя рукой да еще и перекрестится.

Мы не ладили с папашкой, но если бы я не узнала от Кейла, что тот сделал с моей мамой, я бы с Кейлом ни за что не согласилась. В конце концов, он же мой отец! Любой отец хочет, чтобы его ребенок был в безопасности. Теперь я боялась, что Кейл окажется прав. С другой стороны, у меня не было выбора — я должна была добраться до того хорошего, что, может, осталось в папашке. Это то единственное, о чем я могла думать.

— Он не сможет, — проговорил Алекс, прислонившись к стене. — Дэкс это бы увидел.

А что же это я не расспросила Алекса о способностях Дэкса?

— Он видит будущее?

Алекс покачал головой:

— Нет. Когда он слышит чей-нибудь голос, он видит все намерения говорящего — будто картинки появляются у него в голове.

Я вспыхнула. Хорошенькие дела! А если бы этот Дэкс крутился поблизости, когда я танцевала с Кейлом?

— Я предлагаю сделку, — услышала я голос Дэкса. — Я обменяю твою дочь на двоих пленниц, которых ты держишь у себя. Это Моника и Мона Флит.

Я вопросительно посмотрела на Алекса. Он наклонился ко мне и прошептал:

— Это две племянницы Дэкса. Близняшки. Их похитили три года назад из школьного двора. Тогда им было всего по шесть лет.

— О господи!

— Моника была очень храброй девчушкой, — проговорил Кейл, глядя на Дэкса. Тот, похоже, слышал слова Кейла, потому что спина его заметно напряглась, а речь замедлилась.

— Она сопротивлялась тому, что делали с ней в «Деназене», — продолжал Кейл. — Мона просила ее сделать то, что тем было нужно, но Моника не хотела.

В другом углу комнаты Дэкс стоял неподвижно как статуя — слушал, вероятно, как мой папашка спорит, что, дескать, обмен одного на двух — это несправедливо. Глаза же его вперились в Кейла.

Кейл отвернулся.

— В конце концов их разлучили, — продолжал он. — Я несколько раз видел Мону, а вот Монику — никогда.

Мы дождались, пока Дэкс закончит разговор. Очевидно, они с папашкой пришли к какому-то решению. Положив трубку, Дэкс с медлительной решимостью двинулся в мою сторону, не сводя с меня глаз. То смешанное выражение боли и ярости, которое было написано на его лице, предназначалось не мне, но у меня было ощущение, что и мне тоже.

— Он обменяет тебя на Мону, — спокойно сказал Дэкс, но что-то в его голосе заставило меня дрогнуть и поежиться.

— А Моника? — спросил Алекс.

— Там был… несчастный случай. — Дэкс сжал кулаки. — Кросс сказал, что он сочувствует моей утрате.

Алекс положил руку на плечо Дэкса:

— Мне очень жаль, приятель.

Дэкс отмахнулся от него, по-прежнему не сводя с меня глаз.

— Я ничего против тебя не имею, детка, — сказал он, — но я буду с тобой честен.

Он сделал несколько шагов вперед, и его лицо оказалось буквально в нескольких дюймах от моего. Я почувствовала его дыхание — легкий запах пива, смешанный с табачным перегаром.

— Если бы этот ублюдок хоть чуть-чуть любил тебя, — а я все понял по его голосу, да и по твоему тоже, — я сам бы убил тебя, разрезал на кусочки и отправил бы ему по почте в разных конвертах.

Вот это да!

— А ну-ка назад! — раздался низкий рычащий голос.

Это Кейл. Ухватившись за перчатку, он готов был сдернуть ее с руки. Дэкс не двинулся с места.

— Ну!

Перчатка уже в левой руке Кейла.

— Будешь ей угрожать, я тебя убью, — проговорил он.