Сильмариллион - Джон Рональд Руэл Толкин

Ответ пришел тотчас. Ибо Манвэ, кому милы все птицы и комуони приносят на Таниквэтиль вести из Средиземья, создал расу Орлов, повелев имжить в скалах Севера и следить за Морготом: Манвэ еще жалел эльфов-изгнанников.И о многом, что творилось в те дни, приносили Орлы вести печальному слухуМанвэ. Теперь же, в миг, когда Фингон натянул тетиву, с заоблачных высот слетелвниз Торондор, Владыка Орлов, мощнейший среди птиц, и его простертые крыльябыли размахом в тридцать футов. Остановив руку Фингона, он поднял его и поднеск отвесной скале, где висел Маэдрос. Но Фингон не мог ни разжать зачарованнуюпетлю на его кисти, ни разрубить ее, ни вырвать из камня. Тогда Маэдрос в мукахвновь стал молить родича убить его; но Фингон отрубил ему руку выше кисти, иТорондор отнес их назад в Мифрим.

Там Маэдрос со временем исцелился, ибо пламень жизни яркогорел в нем и силы его были силами древнего мира, силами взращенных в Валиноре.Тело его оправилось и выздоровело, но тень мук осталась в душе; и меч в левойруке косил врагов больше, чем некогда в правой. Фингон подвигом своим заслужилогромную известность, и все нолдоры славили его; и ненависть между домамиФинголфина и Феанора была предана забвению. Ибо Маэдрос просил прощения заАраман и отказался от прав на владычество над нолдорами, сказав Финголфину:"Если бы никакие беды не разделили нас, принцы, — правление, посправедливости, пришло бы к тебе, старейшему в роде Финвэ и одному из самыхмудрых". Но не все его братья в душе согласились с ним.

Так, как и предсказывал Мандос, наследники Феанора стализваться Отлученными, ибо верховное владычество и в Эленде, и в Белериандеперешло от них, старших, к дому Финголфина, также и из-за потери Сильмарилей,но нолдоры, вновь объединившись, выставили стражу на границах Дор-Даэдэлофа, иАнгбанд был осажден с запада, юга и востока; и она разослали повсюдугонцов, — исследовать пределы Белерианда и вступать в союзы с народами,жившими там.

А надо сказать, что короля Тингола не обрадовал приход сЗапада стольких могучих принцев, жаждущих новых земель. И он не открыл своегоцарства и не поднял с его границ завесы чар, ибо, мудрый мудростью Мелиан, неверил, что Моргота удастся сдержать надолго. Единственными нолдорами,входившими в Дориаф, были принцы дома Финарфина — родичи короля Тингола, детиЭарвен из Альквалондэ, дочери Ольвэ.

Первым из Изгоев, пришедших в Дориаф, был Ангрод, сынФинарфина, — он явился гонцом своего брата Финрода и долго говорил скоролем Тинголом, рассказывая ему о делах нолдоров на севере, об их числе исиле. Но, будучи верен и мудр душой и почитая все вины прощенными, он ни словомне обмолвился ни о резне, ни о том, почему нолдоры стали изгнанниками, ни оклятве Феанора. Король выслушал речи Ангрода и, прежде чем тот ушел, сказалему: "Передай от меня тем, кто послал тебя. В Хифлуме могут жить нолдоры ив нагорьях Дортониона, и в землях восточнее Дориафа, что пусты и дики; но вдругих местах много моего народа, и я не потерплю, чтобы их лишили свободы илиизгнали из жилищ. Посему думайте, о принцы с Запада, как держать себя! Ибо яВладыка Белерианда, и слово мое услышат все, кто живет в нем. В Дориаф невойдет никто, кроме тех, кого я приглашу как гостей или кто станет взывать комне в нужде".

Властители нолдоров держали совет в Мифриме, и туда изДориафа пришел Ангрод, неся послание короля Тингола. Холодным показалсянолдорам его привет, и сыновья Феанора пылали гневом; но Маэдрос засмеялся.

"Тот и король, кто может охранить свое, иначе титул егоничего не стоит, — сказал он. — Тингол лишь отдал нам земли, куда неможет дотянуться сам. Воистину, одним Дориафом правил бы он сейчас, не придисюда нолдоры. А посему пусть правит Дориафом и радуется, что соседи его —сыновья Финвэ, а не орки Моргота, с которыми мы покончили. Во всех другихместах будет так, как сочтем нужным мы".

Но Карантир, который не любил сыновей Финарфина и был самымрезким и вспыльчивым из братьев, вскричал: "Более того! Не позволяйсыновьям Финарфина вольно разъезжать повсюду и болтать с этим Темным Эльфом вего пещере! Кто сделал их нашими глашатаями? И хотя они и вошли уже вБелерианд, — не худо бы им помнить, что, пусть мать их иной крови, но отецбыл принцем нолдоров. Не слишком ли быстро забыли они это?"

Тут Ангрод рассердился и покинул Совет. Маэдрос оборвал иустыдил Карантира, но большинство нолдоров с обеих сторон, слыша эти слова,встревожились в душе, опасаясь свирепого нрава сыновей Феанора, который,казалось, всегда будет прорываться в резком слове или гневливости. Но Маэдроссмирил братьев, они оставили совет и вскоре покинули Мифрим, уйдя за Арос, навосток, в обширные земли вкруг холма Химринг. Впоследствии область эта сталазваться Пределом Маэдроса, ибо севернее не было ни гор, ни реки, чтобы ослабитьнатиск Ангбанда.

Там Маэдрос с братьями несли стражу, собирая весь народ, чтошел к ним, и лишь в нужде общаясь со своей западной родней. Говорят, чтоизмыслил это сам Маэдрос, дабы уменьшить опасность усобицы и еще потому, чтострастно желал вызвать на себя главный удар; сам он оставался в дружбе ссыновьями Финголфина и Финарфина и время от времени сходился с ними на общиесоветы. Однако и он был связан клятвой, хотя до поры до времени она спала.

Народ Карантира поселился дальше на востоке — в верховьяхГэлиона, вкруг озера Хелеворн под горой Рэрир и к югу от нее. Они поднималисьна высоты Эред Луина и с удивлением вглядывались в восточные земли, ибопустынным и диким лежало пред ними Средиземье. Так и вышло, что народ Карантиранаткнулся на гномов, которые после нападения Моргота и прихода нолдоровперестали ходить в Белерианд. Но, хотя оба народа ценили мастерство и охотнообучались, они не любили друг друга. Гномы были скрытны и легко обижались,Карантир же бывал горяч и вряд ли скрывал презрение к безобразию наугримов, аего народ вторил своему владыке. Тем не менее, так как оба народа ненавиделиМоргота и боялись его, они заключили союз, который принес обоим немалые выгоды:наугримы в те дни владели многими тайнами мастерства, кузнецы и кузни Ногрода иБелегоста славились среди всех гномьих родов, — а когда гномы начали снованаведываться в Белерианд, все их пути проходили через земли Карантира, а все ихизделия — через его руки, и таким образом он изрядно обогатился.

Когда с первого восхода солнца минуло двадцать лет,Финголфин, владыка нолдоров, устроил великий праздник; было то весной, у подножияТеневого Хребта, близ озера Иврина, откуда берет начало быстрый Нарог, гделуга, защищенные горами от северных ветров, зелены и прекрасны. Долго помниласьрадость того празднества в грядущие годы скорби; и было оно названо МеретАдэртад — Праздник Воссоединения. Туда пришли многие вожди и эльфы Финголфина иФинрода, а из сыновей Феанора — Маэдрос и Маглор с воинами восточного Предела;пришло также множество Сумеречных Эльфов: лесные странники Белерианда и народГаваней с их владыкой Цирданом. Пришли даже Лесные Эльфы из Оссирианда, КраяСеми Рек под дальней стеной Синих Гор; но из Дорнафа явились лишь два вестника,Маблунг и Даэрон, с приветом от короля.