Гарвардский баг - Мира Вольная

— Они в Москву приехали из городка на юге. Обычного, среднего, никакого почти. Купили квартиру в ипотеку тут же, машину, отдали Славку в гимназию, устроились на работу почти за неделю, в нормальную компанию. Они у нее архитекторы. Оба.

Еще серия. И еще. Тарасов темп не сбавлял, наоборот, наращивал, заставляя ускоряться и меня. Казался таким же погруженным в собственные мысли, как и я. Хмурился.

— К чему ты клонишь? — я снова попробовал атаковать. Мозги в движении работали лучше, мышцы приятно тянуло, хотя прошло не больше десяти минут, кровь по венам бежала быстрее. Тарасов улыбался котярой беспризорным, тянул слова и уклонялся от моих ладоней и кулаков. Попробовал подсечь, но не успел. Я блокировал удар стопой и ушел вбок, подныривая под его рукой.

— А ты подумай. Все у них хорошо в Москве было и очень стандартно. Два раза в год летали отдыхать, иногда на уикенды в Европу сваливали, ездили в горы кататься на лыжах, но… не мелькали нигде. Никаких драк, нарушений, ни одного гребаного превышения, ипотеку быстро погасили, больше кредитов никаких не брали. Слава в школе почти отличница, занималась фигурным катанием, на районные соревнования ездила.

— Что? — я застыл. Чуть не пропустил атаку ладонью в нос.

— Фигурным катанием, говорю, занималась, — все-таки саданул мне по бедру Тарасов. Саданул хорошо. Так, что я почти рухнул на маты. Упал на колено и тут же отклонился назад, а потом вбок, уходя от кулака Андрея.

Я был прав… Славка и правда как те девчонки на коньках… Увижу, интересно, ее когда-нибудь на льду? Тонкую, стремительную, улыбающуюся…

Я тряхнул башкой, чтобы разогнать муть.

— Дальше, — вывернулся из захвата и двинул локтем в шею. К собственному удивлению попал. Андрей шарахнулся назад, закашлялся.

Выхватил все-таки, придурок.

— Живой?

— Нормально, — прохрипел безопасник, разгибаясь, целясь кулаком мне в висок. — В общем, хорошо у них все было, Гор. Прям зашибись. Только обычные они абсолютно, вообще средние. Гладко все и сладко, как по сценарию.

— Хрень какая-то…

— Вот и я так решил. Не бывает людей без старта, у которых сразу все в Москве офигенно, не появляются они из воздуха. Развелись, когда Славе четырнадцать исполнилось, — в этот раз выхватил я. Тоже хорошо — в солнечное сплетение.

Пригнулся, стараясь восстановить дыхание, и саданул Тарасову по ногам. Безопасник свалился на маты, утягивая меня за собой.

— Что случилось?

— Не знаю, — повернул ко мне морду друг. — На семье развод почти никак не сказался, я имею в виду на поездках, кружках и учебе Славки, финансово все осталось так же, как и было. Воронова до сих пор видится с отцом иногда, хотя у него другая семья. Мать как будто вообще развода не заметила. Понимаешь?

— Хреново пока, — покачал головой.

— Вот и я. Если надо, я покопаю глубже, но…

— Надо ли? — усмехнулся я.

— Точно, — кивнул Андрей отрывисто, подниматься не торопился. А я все-таки сел, уставился в стену стеклянную, потер заросший к вечеру подбородок.

— Нет. По крайней мере, пока. Прямой связи с тем, что происходит сейчас, и с тем, откуда Слава приехала, ведь нет?

— Нет. Поэтому, когда ее в первый раз проверяли, еще до меня, дальше смотреть и не стали. Сам знаешь, как это делается: судимости, киберпреступность, возможные связи с конкурентами, на этом все. А криминал вытащить просто, достаточно пару запросов черкануть. Семья без криминала и их жизнь никого не интересуют никогда.

— А по нашему профилю?

— Ничего не изменилось. С Францией по-прежнему никаких связей: несколько знакомых, с которыми она чатится иногда, но они отношения к разработкам не имеют никакого. В общем, Славка чиста и родители ее тоже. Ни отец, ни мать вообще ни хрена не понимают в кодинге и защите, там Воронова всем рулит. Я пробовал в их компы влезть и сетки домашние, но на Славкины крошки напоролся и оставил.

— Ну и оставь. Плевать, откуда у них средства. Могли и накопить. Может, мечта была.

— Может… — ехидно отозвался Тарасов.

Я комментировать не стал. А что тут скажешь? Что я тоже не особенно верю, что пока все кажется хуже, чем казалось изначально, что у Славки с каждым днем все больше шансов оказаться под ударом?

Я поднялся, допил воду.

— По домам? — спросил Тарасов.

— Пора бы уже, — кивнул согласно, подхватывая кроссы. — Энджи все выходные висеть будет. А на Ириту у меня сегодня нет настроения.

— Зато на Воронову есть, — заржал идиот. — На нее у тебя всегда есть настроение, да, Гор?

— Идиот, — прокомментировал я, не считая нужным скрывать собственные мысли. — Где я прокололся?

— Нигде, — продолжая ржать, покачал Тарасов башкой пустой. — Полагаю, кроме меня, Борисыча и Клера, никто не знает. Но у Келера и Борисыча должность такая, а я просто тебя знаю с универа еще.

— Уже толпа.

— Тебя это парит? — вышел Андрей из зала вместе со мной.

— Нет.

Меня парило непонятное поведение Вороновой. То есть холодное совершенно поведение большую часть нашего с ней общения. Дистанция, которую она держала все время. Ни намека не было до виарной, ни движения, вообще пустота.

И вдруг эти изменения. Шутки ее, подколы уже другие, тон не тот, который был…

Я не понимал, что происходит.

— Забей тогда. Славка — сложная, головоломная. Никого к себе не подпускала никогда.

— Заканчивай, — оборвал я Тарасова, заходя в душ. — Не хочу обсуждать.

— Не разобрался еще?

— Тарасов, заканчивай, я серьезно, — повторил, поворачивая вентиль в кабине.

Ответа, если он и был, не услышал.

Нет. Андрей прав. Не разобрался. Я видел в Вороновой напряжение и настороженность. А больше до недавнего времени не видел ничего.

Твою ж…

В руках себя держать рядом с ней такой было просто невозможно. Доведет и не поймет ведь ничего, вообще ничего.

Как я в нее вляпался? Почему?

У меня другие женщины всегда были — ласковые, домашние кошечки. Самостоятельные в разумных пределах, загадочные до определенного момента, игривые. Легкие и нежные. С ними не всегда было просто, но всегда очень приятно. Они не спорили и не упрямились, были рады, когда я предлагал помощь, были рады подаркам и знакам внимания, пусть и пустяковым, никому ничего не доказывали, не выматывались на работе и… не горели. Ни одна не горела так ярко, ни одна так не обжигала.

А Славка…

Стоп, Ястребов. Хватит.

Я смыл с рожи и башки пену и поспешил свалить и из душа, и из офиса. Хватит, пора выдохнуть и расслабиться, для начала просто поспать. Да и на предстоящий уикенд планы никто не отменял.