Мой сын маг - Кристофер Сташеф

Мать наконец поняла, кого видит перед собой. Она вытаращила глаза и улыбнулась.

— Матео! — Она бросилась к Мэту, обвила руками его шею, прижалась к нему.

— Так скоро! Ты, наверное, что-нибудь забыл?

— Верно. Тебя и папу. — Мэт усмехнулся, поднял мать на руки и отнес в холл, где усадил на кресло.

Отец удивленно смотрел на сына. Наконец его угрюмость как рукой сняло, и он бросился к Мэту, расставив руки.

— Не смог, стало быть, там продержаться? Ты немного опоздал, мы уже пообедали.

Он обнял Мэта, отстранился и вопросительно посмотрел на Жильбера.

— Ах, да! Мама, папа, это мой друг Жильбер, — представил Мэт своего спутника. — Жильбер, позволь представить тебе моих родителей, Химену и Рамона Мэнтрел.

— Рад знакомству, добрые люди. — Жильбер галантно поклонился.

— Взаимно, — улыбнулся Рамон и пожал руку Жильберу. Жильбер неуклюже ответил на рукопожатие. — Химена, — спросил Рамон, — у нас ничего не осталось в холодильнике?

— Ой, боюсь, папа, у нас нет времени, — вздохнул Мэт. — Понимаешь, мы повздорили с местными хулиганами, и они грозились вызвать полицию.

— Вызвать полицию? Они?

— Надеюсь, ты ничего не натворил, Матео? — встревоженно воскликнула Химена.

— Мы только защищались, но на это ушло часа два, а у нас времени в обрез.

Мэт прикусил губу. Его родители были гордыми людьми, и он боялся обидеть их.

— Мама, папа... днем я вам не все рассказал.

— О? — Отец опять нахмурился и явно приготовился к худшему. — Что случилось?

— Новости хорошие, — сказал Мэт. — Но мы... понимаете... мы там настолько замкнуто живем, в своем маленьком мирке, что я не знал, как и сообщить вам об этом.

Жильбер озадаченно взглянул на Мэта. Ладно, он им потом все объяснит.

— Я нашел свою девушку, — выпалил Мэт.

— О, Матео! — радостно воскликнула мать и крепко поцеловала сына в щеку.

Глаза отца сияли. Он обнял сына, отстранил и усмехнулся.

— Рад, рад! А я боялся, что такая так никогда и не найдется! И когда же свадьба?

— Ну... у нас уже есть свой дом. — Мэт старательно избегал острых углов. — И нам бы хотелось пригласить вас в гости.

— Мы непременно навестим вас, — кивнул отец. Но сначала нам нужно... — Он указал в сторону уложенных коробок и опустевших книжных полок.

— Похоже, вы собрались переезжать? Ладно, берите все это с собой.

— О? — Рамон кисло усмехнулся. — Ты прихватил грузовик?

— А вы не вызвали машину?

Отец обреченно махнул рукой и отвернулся.

— Матео, даже будь у нас деньги на перевозку мебели, нам некуда ее перевезти, — тихо проговорила Химена. — Мы можем захватить с собой только то, что поместится в грузовой контейнер, который придется держать около мотеля.

Мэт помрачнел.

— Вы могли бы заявить о банкротстве.

— Могли, — вздохнула Химена. — Мы с отцом говорили об этом, но я знала, как для него тяжело объявить всем, что он не способен выплатить долги. Мы продали дом и завтра уезжаем отсюда с теми вещами, которые можем увезти с собой. Остальное пусть разбирают желающие.

Мэт окинул взглядом коробки:

— Много вам еще осталось укладывать?

Тут обреченно махнула рукой мать.

— Все, что мы можем забрать, — в этих коробках. Но дом, цветы, воспоминания...

Слезы заполнили ее глаза. Мэт поспешно проговорил:

— Уж что-что, а воспоминания всегда можно взять с собой, мама. А если вам вправду надо уезжать, то отправимся прямо сейчас.

Рамон обернулся:

— Значит, ты действительно вызвал машину? — Он пристально вглядывался в Мэта. — Похоже, все это тебя нисколько не удивляет.

— Мне сказала соседка.

Отец негромко выругался.

— Что еще она тебе сказала?

Мать по крайней мере не стала спрашивать, кто именно просветил Мэта.

— Что хулиганы так осаждали магазинчик, что твои дела пошли насмарку, — ответил Мэт и понял, что мог бы сейчас разыграть обиду. Он укоризненно глянул на отца и добавил:

— А ведь ты мог мне все рассказать днем, папа.

— Тебя это не касалось, — отрезал Рамон.

— Все, что касается тебя, касается и меня, — возразил Мэт. — Ты сам меня так учил — ты говорил, что так должно быть между друзьями. Разве с родителями не должно быть точно так же?

— Я вел себя словно средневековый человек, — пробормотал Рамон.

— А чем плохи средневековые понятия о верности?

Отец взглянул на мать, она на него. Отец сдался:

— Когда я пришел сегодня домой обедать, я закрыл магазин навсегда.

— Значит, ты все знала! — Мэт с обидой глянул на мать.

— Мы не хотели волновать тебя, — объяснила она и вдруг проговорила упрямо и сурово:

— Тебя могли выгнать из университета!

— Однако твой неожиданный визит отвлек нас от мрачных мыслей, — поспешил добавить отец.

Мэт вздохнул:

— Ну ладно, я неблагодарный сын, я редко бываю у вас...

Знали бы родители, как давно на самом деле он был у них в последний раз!

— Это не имеет значения, Мэт, — тихо проговорил отец. — Наши трудности это наши трудности. Ты должен сам строить свою жизнь.

— Я и собираюсь ее строить, но трудностями надо делиться — вот еще одна мудрая истина, которой вы меня научили, — усмехнулся Мэт. — Единственное, что имеет значение, — так это то, что мы можем забрать вас отсюда.

Вдалеке взвыла сирена.

— Что это за дух? — нахмурился Жильбер.

— Это не дух, это просто сигнал тревоги, — скороговоркой выпалил Мэт. — Это полиция! Лайэм таки вызвал полицию, тварь! Папа, мама, простите, но медлить нельзя! — Ему не хотелось тратить время на то, чтобы объяснять Жильберу осложнения, возможные при отсутствии удостоверения личности. — Прошу вас поверить мне на слов как бы безумно вам ни показалось то, о чем я попрошу.

Рамон посмотрел на Химену. Они вместе несколько секунд смотрели на Мэта и Жильбера. Наконец Химена вымолвила:

— Плохого-то ничего не будет, правда?

— Абсолютно! — горячо заверил ее Мэт. — Идите сюда, встаньте около коробок и возьмитесь за руки. — Жильбер, и ты тоже!

Родители непонимающе нахмурились, взялись за руки.

Жильбер, естественно, повиновался лорду Магу без всякого промедления.

Сирена уже звучала ближе.