Солнце цвета стали - Дмитрий Казаков

– Не в добрый час я затеял этот поход… – промолвил Хаук. Лицо его посерело от усталости и осевшей на коже пыли. – И удача моя мне изменила!

– Не вини себя, конунг! – Арнвид с усилием поднялся, слегка хрустнули его колени. – Вемунд Боров совершил в этом мире все, что суждено, и погиб, сражаясь за нас. Пусть покоится его тело здесь, далеко от родины, среди песков.

– Хорошо, – кивнул Хаук, – Кари и Ивар, найдите камень для надгробия, а остальные – копайте могилу.

До драккара добрались только утром следующего дня. Нетерпением горели глаза тех, кто оставался на корабле, но оно тут же исчезло при виде мрачных и подавленных воинов, вернувшихся из пустыни.

– Боги отвернулись от нас, конунг? – осторожно спросил Эйрик Две Марки.

– Да… – глухо отозвался Хаук. – Достаньте пиво. Вечером мы помянем Вемунда Борова и Арнульфа Сакса.

Солнце, толстое, точно насосавшийся крови комар, коснулось отвисшим боком горизонта. С хлопком вылетело дно у бочонка, и в подставленные кружки полился коричневый, пенящийся напиток.

– Пусть Вемунду славно пируется в Вальхалле, а Арнульф попадет к престолу своего бога! – сказал Хаук и сделал солидный глоток.

Поначалу пили в молчании, но потихоньку хмель развязал языки.

– Куда мы поплывем дальше, конунг? – спросил Даг. – Сундуки наши полны добром, а силы истощаются. Скоро осень. Может быть, стоит повернуть назад? Зачем нам Миклагард, если этот поход и так покроет нас славой?

– Если мы развернем драккар на запад, то осенние шторма встретят нас в пути, и даже к йолю мы не успеем добраться до Трандхейма, – возразил Хаук. – А что до Миклагарда… Это самый большой город на свете, он полон чудес и диковин, правят там могучие конунги, которым принадлежат огромные земли! Людей там живет больше, чем в Вике, Вестфальде и Агдире, а дома все сплошь из камня. Ни один человек из Северных Земель еще не бывал там. Неужели вы не хотите оказаться первыми?

– А кто тебе все это наплел, конунг? – вмешался уже успевший набраться Нерейд. В облике его исчезла обычная веселость, темные глаза зловеще горели. – Почему ты поверил чьим-то бредням?

– Думай, что говоришь, Нерейд Болтун! – Холодный голос Хаука заставил даже самых пьяных подобраться и вспомнить, кто тут вождь. – Мне поведал о Миклагарде один дан, а он разговаривал с достойным купцом из земель вендов, который сам бывал в этом великом городе!

Впрочем, если вам не нравится, куда я вас веду, то вы вправе выбрать другого конунга…

Ивар вздрогнул. Даже мысль о том, что на носу драк-кара будет стоять кто-то другой, а не Хаук Лед, вызвала дрожь.

– Не нужен нам никто другой! Ты наш вождь! – раздались нестройные выкрики, быстро, впрочем, слившиеся в единый хор.

– Вот и слава Одину. – Хаук обвел дружинников пронзительным взглядом, в котором не было и следа хмеля. – Тогда я отправляюсь спать. Завтра с рассветом мы выходим в море!

– В море… – Нерейд заглянул в кружку, обнаружил, что она пуста, и потянулся к бочонку, который еще был наполовину полон. – Уже без Вемунда. Я всегда смеялся над ним, но он знал, что я не со зла…

Он опрокинул кружку в рот. Послышались хлюпающие звуки, на шее рыжего викинга задвигался выпирающий кадык.

– Ох, завтра мне будет плохо… – едва слышно пробормотал Нерейд, вытерев губы. – Ну и пусть! Раньше я считал, что мне мешает спать его храп, но теперь я думаю, что не смогу без него заснуть…

– Нам всем будет его не хватать, – заметил Арнвид. – И пусть воспоминанием о нем будет следующая виса:

Памяти достоин —

Сразил врагов немало —

Дуб непогоды князя

Пищи чайки Хрофта.

Виса получилась величественная, хоть и состояла всего из одного хельминга. Дружинники заколотили кулаками по лежащим тут же щитам, благодаря скальда за его искусство, а Нерейд всхлипнул, после чего опрокинулся на спину, словно ему в грудь вонзилась стрела. Вскоре с его стороны послышалось негромкое сипение.

– Ничего, время смягчает боль от любого горя, – сказал Арнвид, зевая, – не думаю, что Нерейд будет горевать долго. И все же Хаук поступил опрометчиво, решив отправиться за этими сокровищами. Недобрые дисы нашептали ему это решение!

– Все ошибаются, – пожал плечами Ивар.

– Конунг не имеет права на ошибку… – покачал головой эриль. – Тот вождь, который часто ошибается, уже не вождь. Люди не захотят за ним следовать!

– Что это была за тварь? – спросил Ивар. – Там, в подземелье?

Арнвид пугливо вздрогнул, взгляд его стал мрачен.

– Никогда таких не встречал… – ответил он медленно, осоловело глядя в костер. – Она, как я понял, состоит из чистого пламени. Может быть, это порождение Мус-пелльхейма! Местные колдуны нашли способ связать его и поставить на службу… Ну а вообще, пора спать, – проговорил эриль после паузы и добавил, обреченно вздохнув: – Завтра опять на весла…

Мягко шелестели, набегая на берег, волны, негромко переговаривались оставшиеся на страже воины, а Ивар все лежал и не мог уснуть, вновь и вновь вспоминая погибшего вчера Вемунда. Странно и горько было думать о человеке, которого ты больше никогда не сможешь увидеть, который не уехал, не пропал неизвестно где, а просто умер, оставив этот мир…