Странник - Игорь Чужин

— Откуда? У меня до сих пор голова не варит после всего этого.

— Мы напоролись на «Черного монаха» из клана «Черного дракона». Я его не узнал, потому что он свою куртку снял и сидел по пояс голый. А ты: — «хватайте мальчишку». Я вообще не слышал, что кто-то смог один на один завалить «Черного монаха». Они какую-то дрянь пьют, поэтому такие быстрые и боли не чувствуют, правда и до тридцати редко доживают. Я когда понял, кто это такой, решил что нам хана. Он нас убивать сразу не стал, потому что хотел живыми взять, сволочь. Как ты его завалил?

— Вот так и завалил, — ответил я, показывая на свой бок. — Тетива на луке лопнула, пришлось за меч браться.

— Слушай Ингар, я тебе жизнью обязан, а Торвин свои долги платит, спроси кого угодно.

— Еще не вечер, будет и у тебя возможность меня выручить.

Наш караван обогнул холм и мы стали подъезжать к стоянке. Рис поехал вперед предупредить, что это мы, а не разбойники. С перепугу могли нас, и подстрелить не разобравшись. Дирк очень обрадовался тому, что мы вернулись, да еще и с добычей. В караване уже решили, что мы погибли. Спешившись, я отдал лошадь одноглазому шаку и, помывшись возле колодца, сменил одежду на чистую. Ко мне подошел Торвин и позвал к Дирку на совет.

— Я жрать хочу, только потом всякие совещания, — ответил я.

— Да там уже все готово, заодно и поедим. Я тоже голодный как собака.

Дирк ждал нас сидя на ковре, уставленном посудой с едой и вином.

— Присаживайтесь герои, — пригласил нас к трапезе купец.

Мы с Торвином опустились на ковер и я, пододвинув к себе блюдо с мясом, стал молча набивать свой желудок. Торвин тоже молчал, и не отставал от меня. Через некоторое время Дирк не выдержал и заговорил.

— Я Вас позвал, чтобы решить, как быть дальше. Торвин сколько у тебя людей осталось?

— Со мной десять. Трое ранены, но все на ногах — ответил Торвин.

— Хорошо, что вы повозки и лошадей привели, а то у нас четыре телеги сгорели и двадцать три лошади ноги себе переломали, пришлось прирезать.

Я в разговор не встревал. Мое физическое состояние было плачевным, а энергетически я был практически пустой. Нужно срочно искать источник «Силы» для подзарядки и попытаться залечить рану.

— Вы тут разбирайтесь с караваном, а я пойду, прошвырнусь по окрестностям. Нужно застраховаться от неприятностей. Второго боя нам не выдержать, — глубокомысленно заявил я.

— Кого с собой возьмешь? — спросил Торвин.

— Один пойду, напарник только мешать будет.

— Ладно, иди — согласился Дирк.

Поднявшись с ковра, я направился к дыре в заборе. По дороге мне попался одноглазый шак. На мой приказ, привести в порядок мою одежду и вычистить панцирь, он ответил, что не справляется и может не успеть.

— Используй новеньких, они наши с Торвином и пусть сначала займутся моими вещами, — урезонил я шака.

Предупредив охрану, что могу вернуться ночью, вышел со стоянки. Подходящий источник «Силы» мне удалось заметить еще днем, когда мы спускался с холма в балку. Я перешел на внутреннее зрение и направился к холму. Только сейчас я почувствовал как мне хреново. Адреналин, который поддерживал организм днем, выдохся, и меня качало как пьяного. Дорога к источнику «Силы» заняла целый час, и вокруг окончательно стемнело. После зарядки, я до утра провалился в тревожный сон прямо у источника «Силы». Утренняя роса привела меня в чувство. Быстро просканировав пространство вокруг себя, я занялся своей аурой. Сначала восстановив энергетические потоки вокруг раны, я заново подзарядил свою энергетику. Рана стала чесаться. Это хороший признак, значит заживает. Пора возвращаться в лагерь. Вокруг стоял довольно плотный туман, и я снова перешел на внутреннее зрение. На вершине холма кто-то ползал.

— Только этого мне не хватало, разозлился я.

Поблизости больше никого не просматривалось, и я решил посмотреть кто это. Мне дураку мало было дыры в боку, полностью уверовав в свою «крутизну», я стал подкрадываться к человеку на холме. Незаметно, как мне казалось, подкравшись к противнику, я хотел оглушить его ударом по голове, но вместо этого сам получил сильный удар ногой между ног. Из моих глаз праздничным салютом брызнули искры и я, выронив меч, согнулся на земле в позе эмбриона. Надо мной стоял, злорадно ухмыляясь, сбежавший Луций.

— Ну, вот и конец тебе хуман, — прохрипел Луций, поднимая с земли мой меч.

Из рукояти меча щелкнул ветвистый разряд электричества и Луций, заверещав как заяц, повалился на землю, дрыгая ногами. У меча сработала защита «свой — чужой».

Я подполз к Луцию на карачках и подобрал меч. Постепенно меня стало отпускать и я, попрыгав на пятках, наконец, отдышался. Луций лежал как убитый.

— Вставай сука! — прорычал я и врезал ему ногой по печени.

Луций жалобно заскулил и встал на четвереньки.

— Вынь веревку из штанов и ложись мордой в землю, — приказал я.

Предатель поскуливая, выполнил приказ. Придавив сволочь коленом к земле, я связал ему руки за спиной. Подгоняемый пинками Луций, путаясь в спадающих портках, начал спускаться с холма к стоянке каравана. Трижды свистнув, я предупредил охрану и загнал Луция за забор на стоянку.

— Получай подарок — окликнул я Дирка возле фургона.

— Попался голубчик. Ты где его поймал? — поинтересовался купец.

— Здесь рядом по холму ползал. Чуть меня наследства не лишил сволочь, — ответил я.

— Когда отправляемся?

— Да вот сейчас поедим и двинемся — ответил Дирк.

— Я пошел искать Торвина. Где он не подскажешь?

— Да вон там, у колодца со своими людьми завтракает.

Я пошел к колодцу, у которого начальник охраны и его бойцы набивали желудки перед дорогой. Торвин освободил мне место у котла с кашей и я, достав ложку, принялся утолять голод.

— Как успехи?

— Поймал Луция, — похвалился я.

— Ого, знатная добыча. Теперь Дирк его выпотрошит. Все гад расскажет.

— Где лук и панцирь?

— Вон на той телеге возле коновязи.

Я, поблагодарив за еду, направился к телеге. Панцирь был вымыт и вычищен. Рядом лежал лук, обмотанный новой тетивой и почти сухая выстиранная одежда. До отъезда еще было время, и я решил заняться панцирем. В левом боку зияла аккуратная ромбовидная дыра от наконечника копья. Просканировав панцирь внутренним взглядом, я обнаружил и другие повреждения. Металлическая сетка внутри панциря была разрезана ударом наконечника. Повреждения не были катастрофическими, только четыре проводка оказались перерезаны. Достав кинжал, я срезал внутренний слой кожи панциря вокруг пробоины. Уйдя в транс, лучиком энергии я спаял между собой разорванную проволоку. Должно заработать. Я подозвал проходившего мима шака и спросил его, чем можно приклеить кусок кожи. Шак убежал и через пару минут вернулся с палочкой намазанной клеем.