Вечность - Алисон Ноэль

— Диснейленд?

Я выбираюсь из машины, и потрясенно оглядываюсь вокруг. Покаехали, я всякое себе представляла, но такое мне даже в голову не пришло!

Деймен смеется.

— Говорят, это самое счастливое место на земле. Тыздесь была?

Я отрицательно качаю головой.

— Отлично — значит, буду твоим проводником.

Он берет меня под руку и ведет к воротам.

Мы идем по Главной улице, и я пытаюсь представить себе, какДеймен приезжал сюда раньше. Он такой стильный, светский, сексуальный, труднопредставить его в царстве Микки-Мауса.

— Здесь всегда лучше в рабочие дни — не такиетолпы, — говорит он. — Пойдем, покажу тебе Новый Орлеан. Это моелюбимое место.

Я останавливаюсь посередине улицы.

— У тебя и любимое место есть? Ты так часто сюдаприезжаешь? Я думала, ты только недавно к нам переехал.

Он смеется.

— Действительно, недавно переехал, но это не значит,что я раньше здесь не бывал.

Деймен тянет меня к Дому с привидениями.

После Дома с привидениями мы катаемся на аттракционе помотивам «Пиратов Карибского моря», а потом Деймен спрашивает меня:

— Который тебе больше понравился?

— М-м… «Пираты». Наверное.

Деймен молча смотрит на меня.

Я пожимаю плечами.

— Вообще-то, оба хорошие, но в «Пиратах» все-такиДжонни Депп…

Деймен выгибает бровь.

— Джонни Депп? Так вот кто мой соперник?

Я пожимаю плечами. Окидываю взглядом темные джинсы Деймена,черную футболку с длинным рукавом и эти его шикарные сапоги. Прибавить сюда егонепринужденное обаяние, и рядом с ним любой голливудский актер покажется жалкимничтожеством, хоть я в этом никогда в жизни не признаюсь.

— Покатаемся еще раз? — предлагает он, сверкнувглазами.

И мы катаемся еще раз, а потом возвращаемся к Дому спривидениями. Под самый конец, когда в тележку, в которой мы едем, запрыгиваетпривидение, я почти ожидаю увидеть Райли, которая втиснется между мной иДейменом, будет хохотать, махать руками и валять дурака. Но нет, это обычныйдиснеевский призрак. Видно, Райли занята — я вспоминаю, что у нее быланазначена какая-то встреча.

Прокатившись еще разок, мы в конце концов оказываемся застоликом у пруда в ресторанчике «Голубая лагуна», все в той же «пиратской»части парка.

Я делаю глоток чая со льдом.

— Между прочим, говорят, это довольно большой парк, инем есть и другие аттракционы, не одни только пираты и призраки.

— Я тоже что-то такое слышал, — улыбается Деймен,нацепив на вилку кусочек кальмара и предлагая его мне — Здесь был еще такойаттракцион, назывался «Полет на Марс». Говорят, на нем специально катались,чтобы целоваться, потому что там внутри очень темно.

— А он еще существует? — с интересом спрашиваю и исразу же заливаюсь краской. — Нет, я не собиралась им нем кататься, мнепросто любопытно!

Деймен явно потешается надо мной про себя, а вслух говорит:

— Нет, его давно закрыли.

— В каком же возрасте ты там целовался? В двагода? — спрашиваю я, накладывая себе на тарелку фаршированные грибы —надеюсь, что мне они понравятся.

— Нет, сам я его не застал. Это было в давние времена.

* * *

Обычно я стараюсь держаться подальше от таких мест, гдемного народу, слишком насыщенная энергетика, мечутся разноцветные ауры ибеспорядочно сталкиваются мысли разных людей, но с Дейменом все иначе — легко испокойно. Потому что, стоит ему заговорить или прикоснуться ко мне, и всекругом стихает, как будто мы одни на целом свете.

После ланча мы отправляемся бродить по парку, катаемся нааттракционах, пропуская только водные — по крайней мере, такие, где можнопромокнуть. Когда наступает вечер, Деймен ведет меня к замку Спящей красавицы.Мы стоим около крепостного рва и ждем, когда начнется фейерверк.

— Итак, я прощен?

Рука Деймена обвивается вокруг моей талии, зубы покусываютшею, подбородок, ухо. Вспышки фейерверков, их грохот и треск кажутся далекими ипочти неслышными. Мы тесно прижимаемся друг к другу, и губы Деймена касаютсямоих.

— Смотри, — шепчет он, отстраняясь и показывая нанебо.

Там крутятся пурпурные огненные колеса, искрятся золотыеводопады, бьют серебряные фонтаны, расцветают розовые хризантемы, и все венчаетграндиозный финал: дюжина красных тюльпанов. Фейерверки следуют один за другимтак быстро, что асфальт дрожит под ногами.

Погодите… красные тюльпаны?!

Я оборачиваюсь к Деймену, в моих глазах — вопрос, а Дейментолько улыбается и движением головы показывает на небо. Разноцветные огни ужетают, гаснут, но они прочно отпечатались у меня в памяти.

Деймен притягивает меня к себе и говорит, приблизив губывплотную к моему уху:

— Толстая леди спела, спектакль окончен.[3]