Сердце на двоих - Диана Соул

И уже знал, что сейчас произойдет.

Обжигающая боль от спрятанной в нательном кармане монеты опалила кожу и стала спасительной.

Дернув рукой, я высвободил палец из плена губ невесты.

– Ты ведешь себя как шлюха, – прошипел я. – Если это и был твой сюрприз, то он не удался.

Таис вспыхнула и отвернулась.

Я физически ощущал те волны злости и раздражения, которые от нее исходили, но утешать не спешил.

Я размышлял, что стало причиной перемены моего отношения к Таисии? Еще недавно я мечтал, что она пригласит меня к себе. Я бредил ее лицом, мечтал о теле, вожделел и представлял минуты нашей близости.

А сейчас не осталось ничего из старых чувств.

Как отрезало.

Тем временем народ начал расходиться по опочивальням, зал пустел, казалось, еще немного – и последние выпивохи станут засыпать прямо здесь, за столами.

Новых блюд уже не подносили, скорее, наоборот, мэра Алура распорядилась начать уборку.

И тут я заметил ее…

Эмму.

Возможно, она и раньше была в зале, но именно сейчас я сумел разглядеть ее лицо. Девушка помогала с уборкой столов.

В какой-то миг и она заметила меня, улыбнулась и тут же отвела взгляд.

Эмма то убегала из залы, то прибегала обратно, а я буквально считал минуты до момента, когда она вновь зайдет обратно.

Мне нравилась та легкость, с которой двигалась кочевая – даже просто лавируя между столами, с подносом, загруженным посудой, девушка выглядела изящно и притягательно.

Ей шло простое серое платье, хотя куда лучше на ней смотрелся бы алый наряд с монетками. Единственное, что портило, это косынка, под которой девушка прятала волосы.

Кажется, на десятый заход Эмма остановилась у одного из столов и заговорила с кем-то в тени колонн, а после оттуда вышагнул Кэрлайл.

Очередное странное чувство коснулось груди.

Сердце будто сжали в тиски, а после так и не отпустили. Оно продолжало биться, но стесненное новыми, гнетущими его рамками.

Эмма улыбалась другому. И этот другой улыбался ей в ответ.

И неожиданно девушка повела плечами и начала танцевать.

Вот так, легко и непринужденно.

Если бы я не следил за Эммой целенаправленно, то никогда бы не заметил, что где-то в дальнем углу зала кружится какая-то служанка. Но сейчас я отчетливо улавливал каждое ее движение, с жадностью наблюдал за тем, как игриво стреляют ее глаза, но не в мою сторону. Как слетела косынка и белые волосы взметнулись, будто подхваченные легким бризом.

Но все это было не для меня.

Эмма танцевала для другого, и сердце в груди болезненно завыло.

Именно так. Завыло, а не заболело. Словно что-то тягучее и бесконечно родное отрывали от него едва ли не с мясом.

Наваждение схлынуло так же резко, как и появилось.

– Чтоб ты сдохла, тварь кочевая, – коснулся уха чужеродный, незнакомый шепот, и я хотел обернуться в сторону говорившего, ведь голос шел со стороны невесты.

Но в этот миг Эмма оступилась и упала.

Казалось, даже музыка стихла, и я вскочил со своего трона.

Мою руку тут же обожгла хватка Таисии, она схватила меня за локоть и потянула вниз.

Я раздраженно попытался сбросить ее руку, но не сумел. Невеста уцепилась, словно клещ.

– Да что ты себе позволяешь? – прорычал я, оборачиваясь к ней и ожидая встретиться с ее испуганными глазами.

Но Таис смотрела не на меня.

Точно так же, повторяя направление моего взора, она следила за Эммой, лишь сейчас отводя взгляд и переводя его на меня.

– Мой король, – залепетала она, – я лишь беспокоюсь о том, что скажут подданные. Вы слишком резко вскочили без причин.

Я тряхнул головой и оглянулся по сторонам, ведь причины были. Кто-то рядом со мной буквально отпустил проклятие в сторону Эммы, но кроме Таис никого в радиусе десяти метров не было.

Все гости уже давно разошлись.

Это заставило меня посмотреть на будущую жену иначе. Ведь мне точно не показалось.

И я вновь обернулся в поисках Эммы, но обнаружил лишь удаляющуюся спину Кэрлайла, который уносил на руках девушку.

Хотелось броситься вслед, узнать, все ли в порядке.

Но вместо этого я вырвал руку из хватки Таис и громко, так чтобы слышали все в зале, объявил:

– Пир окончен! Всем разойтись по своим комнатам! Абсолютно всем! Даже тебе, Таис!

Эмма

– Перелома нет, – констатировал Кэрлайл.

– Ну, слава тебе, господи, – выдохнула мэра.

Я же смотрела на свою распухшую лодыжку и с горечью понимала, что отсутствие «перелома» не даст мне скакать козочкой в ближайшее время.

– Рано радуетесь, это либо разрыв связки, либо растяжение, – решил все же добить лекарь. – Так что в ближайшее время полный покой и постельный режим.

Я поджала губы.

– Но я не хочу!

Кэрлайл округлил глаза.

– Я тоже много чего не хочу, но надо.

– Нет, вы не понимаете, – выдохнула я, не рискуя при Алуре называть лекаря на «ты». – Я уже насиделась на чердаке, теперь опять сидеть в комнате. Да и… – тут я замялась и понизила голос. – Мне кажется, я упала не случайно.

Алура фыркнула, подходя ближе, и скрестила руки на груди:

– Ну конечно же, не случайно, – строго заявила она. – Если так махать ногами и трясти грудью, не только ноги можно сломать, но и…

– Грудь? – заинтересованно предположил Кэрлайл, и уголки его губ поползли вверх.

Должно быть, они все издевались, но мне было не смешно, хотя головой я понимала, что поплатилась за слишком наглый танец на глазах у Таисии.

Но обвинить ее в колдовстве, в котором я даже не сомневалась, у меня духу не хватало.

Кто я, а кто она.

Мэра Алура не поверит, а Кэрлайл…

Я с надеждой посмотрела на доктора. Интересно, если с ним поделиться мыслями, он внемлет моим опасениям? Верит ли он вообще в злое колдовство?

– Насчет груди не знаю, – продолжила Алура. – Но голову вполне могла. Рядом были углы от столов, кто знает, что могло бы быть, упади она более неудачно. Но в чем-то я даже согласна с Эммой: оставить ее в замке сейчас, пусть даже сидящей в комнате, – не очень безопасно. Думаю, я могла бы забрать ее на время в свой городской дом.

Я подняла удивленный взгляд на женщину. Она смотрела на меня строго и в то же время незаметно подмигнула.

Вот же хитрющая лиса!