Сварог. Рыцарь из ниоткуда - Александр Бушков

Сварог поклонился, примяв подбородком пышные синие кружева.На сей раз красноречие его решительно подвело, но сказочная принцесса сбольшим, надо отдать ей должное, тактом поторопилась его выручить:

– Рада вас приветствовать, граф. Я столько слышала о вашемславном замке, но бывать здесь пока не доводилось…

– Прошу вас, ваше величество, – опомнился Сварог.

Она торопливо прошла вдоль строя гвардейцев, словно все этицеремонии успели надоесть ей до смерти. Наверное, так оно и было. Сварог шелследом, отступив на шаг, а за ним бесшумно скользили два сановника в золотомшитье и орденах, словно получили приказ его конвоировать. Макред успелобъяснить, чем отличается частный визит от церемониального, но вести юнуюимператрицу все равно предстояло в главный зал замка, ибо так и следуетпринимать коронованных особ, если они заглянут на огонек. Самому Сварогу этотзал категорически не нравился – слишком большой, слишком высокий, совершенноидиотское количество доспехов и штандартов, а мебель рассчитана то ли навеликанов, то ли на хмельных гуляк – чтобы не доводить их до греха и заставитьво время застольных свар рассчитывать лишь на собственные кулаки. Казалось,даже с помощью заклинаний невозможно сдвинуть неподъемные кресла с высоченнымиспинками.

Похоже, сказочная принцесса была одного с ним мнения – она стоскливой обреченностью оглядела все это великолепие и решительно присела натабурет в углу – массивный и вычурный, но все же не столь громоздкий.Неожиданно, насквозь знакомым Сварогу по прежним временам движением, положиланогу на ногу («не введи нас во искушение», – ханжески подумал он),взглянула чуточку лукаво:

– Вы можете сесть, граф.

Оба царедворца остались за дверью, и Сварог заметил, чтодевчонка выглядит теперь не столь надменной. Она сидела, откинувшись на низкуюспинку, разглядывала Сварога с жадным любопытством, коего ничуть не пыталасьскрывать. Сварог же чувствовал себя крайне неуютно – то ли обезьяной взоопарке, то ли вызванным к доске нерадивым учеником. Он смутно помнил, что скоронованными особами вроде бы не полагается заговаривать первым, а следуетждать, когда они сами зададут вопрос. Он и ждал.

Должно быть, здесь правила этикета были иными – она вдругнедоуменно подняла пушистые ресницы:

– Почему вы молчите, граф?

– По невежеству, – сказал Сварог. – Я даже незнаю, как к вам следует обращаться.

– На людях – «ваше величество» или «ларисса императрица». Сглазу на глаз можно «Яна» и «вы». Достаточно близкие знакомые могут называтьменя на «ты», избегая, понятно, любых проявлений фамильярности. Возможно, я идопущу вас в число моих близких знакомых, граф. Есть у меня такие намерения.Точнее, каприз. Когда все твои капризы моментально выполняются, очень трудно нестать капризной. Так что в этом отношении я особа достаточноиспорченная, – сообщила она с очаровательной улыбкой.

– А голов вы не рубите? – спросил Сварог.

Она рассмеялась:

– Боитесь?

– Просто хочу знать, что мне может грозить в случае крупнойпровинности.

– Последнюю благородную голову у нас отрубили при моемдедушке, более тысячи лет назад. Сейчас могут отправить в ссылку на другуюпланету, но это случается крайне редко – у нас просвещенная монархия, такаяскука… Обычно провинившихся не допускают ко двору, лишают орденов и придворныхзваний – и, знаете ли, великолепно действует. Но у вас пока нет ни чинов, низваний, ни орденов, вам бояться нечего. Разве что опасности лишиться моегообщества. Серьезная угроза?

– Серьезная, – сказал Сварог.

– Я вас забавляю? – Видя его замешательство, она звонкорассмеялась. – Успокойтесь, я не читаю мыслей. Читать чужие мысли можно,но это превратило бы жизнь в сущий ад для того, кто читает, потому что нетзаклятий, способных отгородить человека от потока всех чужих мыслей. Простоваши мысли легко прочитываются по вашему лицу. Учтите это. И срочно учитесьбыть чуточку непроницаемее. – Она приняла самое невинное выражениелица. – Иначе вы для меня моментально отодвинетесь в длинную шеренгупридворных хлыщей, которые мне взглядами все коленки исцарапали…

– Носите платья подлиннее, – расхрабрился Сварог.

– Не могу. Во-первых, у меня великолепные ноги, а во-вторых,такова мода. Давайте оставим эту тему, иначе я, как любое создание нежногопола, буду болтать о нарядах до бесконечности. А вы, как мужчина, не сможетеоценить должным образом сей увлекательный разговор. Давайте лучше поговорим овас. Как вам у нас нравится? Очень непривычно?

Сварог осторожно сказал:

– Меня крайне настойчиво предупреждали, что я отроду былграфом, и другие точки зрения чреваты…

– На меня общие правила и запреты нераспространяются, – сказала Яна.

– В таком случае… Быть может, вы объясните мне, что жепроизошло?

– Если я правильно их поняла, они собирались путем какого-тосложного и замысловатого научного опыта вернуть последнего графа Гэйра,неведомо куда пропавшего. А получились у них вы. И с вами творится что-тосовершенно непонятное – вы безусловно не он, но в то же время по инымхарактеристикам и параметрам с ним ассоциируетесь. Вас это, возможно, удивит иобеспокоит, но вы – научный феномен. Вот вам и вся суть. Остальное –пространные и неудобоваримые научные подробности в виде формул, расчетов ижутких фраз, которых ни один нормальный человек не поймет… Я и не пыталась.Вряд ли вы захотите во все это вникать, если только не питаете патологическогоинтереса к науке.

– Не питаю.

– Вот и прекрасно. Когда встал вопрос о вашем будущем,сходство с графом Гэйром сыграло немаловажную роль. Здесь вновь начинаютсясложные подробности, на сей раз не научные, а геральдические. Я, с вашегопозволения, опущу и их. Будем надеяться, со временем что-нибудь прояснится. Небеспокойтесь, вам это не грозит лишением нынешних прав. Граф Гэйр, похоже,исчез безвозвратно.

– А могу я о нем узнать побольше?

– Увы, не от меня. Я сама его плохо помню, почти не видела.Говорят, он пропадал на земле, вечно затевал какие-то рискованные предприятия.Вот и не вернулся из последнего. Не вздумайте последовать его примеру.

– Ну, я даже не знаю, что здесь считается рискованнымпредприятием…

– В таких делах мужчины быстро осваиваются. Слышите? Невздумайте ввязываться в авантюры. У нас и без того хватает неприятностей слюбителями приключений…

– А мне казалось, что жизнь здесь размеренная и тихая.

– Здесь, в небе, – безусловно. Однако хватаетсорвиголов, не способных свыкнуться с размеренной тихой жизнью. То, что многиегибнут, других не останавливает. Есть иные планеты, варвары внизу… – Она счисто женской непоследовательностью призналась вдруг: – Каюсь, я сама иногдалюблю выкинуть что-нибудь шальное. К сожалению, мне никогда нельзя остаться безприсмотра и охраны, стоит мне показаться за пределы обитаемых небес… Но ястараюсь. Мне простительно, потому что все смирились с неким неизбежным этапом,и повсеместно известно, что я взбалмошная, своенравная и капризная.