Ветер самоцветов, или Не влюбляйтесь в фейри - Ольга Шерстобитова

Золотая Рыбка, что же мне так не везет! Или наоборот?

— Я пальцем тебя не трону, Инга, — пообещал мужчина, разбивая мое несчастное сердце.

Я вздрогнула и повернулась к Даниэлю.

— У нас, полагаю, все равно нет выбора.

— Не сердишься?

Кажется, он удивится.

Я пожала плечами.

— Лучше разберу вещи.

Я направилась к сумке, открыла ее и принялась за дело, стараясь не обращать внимания на Даниэля. Тот с минуту постоял, а потом занялся тем же, чем и я.

— А я думала, у герцога есть слуги, — не удержалась от колкости.

— То, с чем справляюсь сам, не требует их вмешательства, — сухо отозвался фейри.

Мы почти разложили вещи, когда в каюте раздался стук.

— Простите за беспокойство, ваша светлость!

В дверях появились те самые пираты, взятые Нисой на перевоспитание.

— Партию в шахматы? — усмехнулся Даниэль.

— И лучше не одну, — поддержал идею один из них. — Меня Андром зовут.

— А меня Кристофом.

Фейри кивнул.

— Почему бы не скоротать время? — ответил он, скидывая камзол и закатывая рукава.

Такое ощущение, что Даниэль не в шахматы собрался играть, а драться.

Вскоре троица исчезла, а я отнесла в ванную принадлежности и вернулась. Чем бы заняться? Поспать? Вряд ли получится. А вот осмотреть корабль…

Я снова отправилась на палубу, поймала первого попавшегося матроса, поинтересовавшись, где Тристан. Уж кто-кто, а он точно все знает. Так и оказалось. За следующие три часа я узнала от фейри о летучках почти все. Оказывается, они мчатся с огромной скоростью, но этого не чувствуется из-за специального защитного заклинания. Оно же не пропускает ветер, дождь и птиц. Впрочем, это и правильно! Ледяные перила — та еще радость! А любоваться редкими облаками можно и через купол, который слегка мерцает.

«Ласточка» — один из быстрых кораблей, имеет на самом деле не шесть парусов, а двенадцать, что позволяет развивать большую скорость, если это необходимо. Управляют кораблем не заклинания, как я думала, а капитан или его помощники. Тристан долго и подробно рассказывал про навигационную систему и ориентацию в пространстве, но из этого я поняла только то, что поисковые чары накладываются на нос корабля и стоят безумно дорого, потому команда бережет эту часть летучего судна как зеницу ока. Все это перемежалось безумно забавными историями о призраках и поисках волшебных воздушных замков, наполненных сокровищами.

Время незаметно подобралось к обеду. Капитан Ниса скривилась, когда на палубе появился довольный и счастливый Даниэль.

— Опять проиграли, — обреченно вздохнула она.

— Дай своим мальчикам шанс, — усмехнулся Даниэль, присаживаясь и опуская салфетку на колени.

— А на что играли? — поинтересовалась я.

— На желание, — отозвался Дан, добавляя в мою тарелку жаркое и таким образом снова проявляя заботу.

— И что будешь загадывать? — поинтересовалась Ниса, хмурясь.

— Доставишь один груз на Жемчужные Острова?

Она застонала.

— Другие варианты невозможны?

— Я выиграл в семи сражениях, — заметил Дан.

— А что на Жемчужных Островах? — тихо поинтересовалась я у Тристана, пока Даниэль и Ниса спорили.

— Там у капитана «Ласточки» родители.

— И она не хочет их видеть? Они в ссоре?

— Как бы… да. Родители который год пытаются убедить Нису выйти замуж за Арнуриса.

— И? Чем он плох?

— Тем, что я его не люблю, — отозвалась она, услышав мой вопрос. — И тем, что не готова всю жизнь прозябать под водой.

И видя мое растерянное лицо, пояснила:

— Я — русалка.

Я невольно покосилась на ее ноги в поисках хвоста. Любопытно же! Но расспросить, куда делся хвост, не успела.

— И ради свободы отказалась от своей сущности!

— Жалеешь? — тихо спросил Даниэль.

И мне почудилось, что в этом вопросе фейри скрыто гораздо больше, чем прозвучало. Словно он виноват в том, что Ниса перестала быть русалкой.

— Нет, — улыбнулась она, смотря ему в глаза. — Знаешь же…

— Но с родителями стоит помириться, Ниса.

— Дан, — протянула она, яростно всаживая вилку в салат. — Ты двенадцать лет обыгрываешь меня и моих мальчиков в эти проклятые шахматы с одной-единственной целью — отправить меня на проклятые острова! И толку-то! Я каждый раз сбегаю.

— Там так плохо? — поинтересовалась я.

— Нет, нари Инга. Там великолепно, божественно, чудесно… Но… Родители не понимают моего выбора. А я… Я просто рождена для этого корабля. Он часть меня. И нет ничего прекраснее, чем нестись по небу, стараясь обогнать солнце.

— Разве ты не скучаешь по морю, Ниса? — снова тихо спросил Даниэль.

— Скучаю, конечно! Но оно не заменит того, что уже есть. И ты, зная это, все равно отправляешь меня дважды в год к родителям!

— Они переживают, потому что любят тебя.

— И именно поэтому не желают принять мой выбор?

Сдается, спорят они на эту тему не в первый раз.

— Так выйди замуж, — предложил Даниэль. — За того, кто по сердцу. И родители смирятся, и ты…

— Буду зависеть от мужа? Это же сразу начнется… Женщине на корабле не место. С пиратами не водись. Сиди дома и рожай детей…

— Не все же мужчины такие! — возмутился Тристан, влезая в разговор.

— Вот как встречу иного, тогда и поговорим! — пообещала воинственно настроенная Ниса.

Я покосилась на Даниэля, устало покачавшего головой. И мне вдруг подумалось: а каково быть его женой? Он ведь тоже наверняка захочет именно того, о чем говорила Ниса. И робкая надежда, зародившаяся случайно и нелепо, что у нас с Даном может все сложиться, растаяла, как снег весной.

— В желании мужчины иметь рядом любящую женщину и детей от нее нет ничего странного и противоестественного, Ниса. И даже я готов идти на уступки, лишь бы не видеть, как у самого близкого человека разбивается от моего холода сердце. Без компромиссов отношения невозможны.

Я опрокинула кружку с чаем, а Тристан закашлялся. Даниэль заботливо постучал его по спине, а потом задумчиво принялся за еду. Ниса огромными глазами смотрела на старшего фейри, словно не была уверена, что расслышала все правильно. Но никто больше не проронил ни слова, размышляя каждый о своем.

Когда с обедом было покончено, братья отправились на другой конец палубы, а я поднялась из-за стола.

— И что же творит с мужчинами любовь, нари Инга!