Лесничая для чародея - Марина Комарова

Мне показалось, что я горю. Шаман вдруг оказался рядом… Обнял, сжал крепкими пальцами мои запястья и развел руки в стороны.

– Смотри, – выдохнул на ухо.

И мы вдруг взмыли в черное небо, будто две огромные птицы.

«И когда только потемнело?» – где-то на краю сознания мелькнула шальная мысль.

Но тут же исчезла. Широко раскрыв глаза, я смотрела на проносившиеся внизу верхушки деревьев, на поблескивающую серебром линию реки, на старую водяную мельницу Слепого Дого. Звезды над головой светили ярко и холодно, зачаровывали своим неземным сиянием.

Горячее тело шамана прижималось к моему. Мысли немного путались, и порой сложно было смотреть только вниз. Пусть не понять: остались ли мы в человеческом облике или нет, но…

Я глубоко вдохнула ночной воздух. Ветер свистел в ушах. Вот круглая поляна, окруженная будто ожерельем из бледно-голубых светлячков. Из-за стволов деревьев вдруг выглянула высокая фигура, мерцающая серебром. А потом еще одна и еще… И двигались они странно, грациозно и текуче, словно исполняя неведомый мне ритуальный танец.

– Фрэйре лесные, – обжег кожу на шее шепот шамана. – Говорить хотят с новой лесничей.

– Но… – рвано выдохнула я.

– Им не отказывают, – шепнул он, почти касаясь губами моего уха.

И, не дав времени на раздумья, резко понесся к поляне.

Аллорет уже не первый час наблюдала за братом. Его состояние внушало серьезные опасения. Панике он не поддавался, но взгляд отчаявшегося зверя выдавал его с головой. Честно говоря, такое бывало крайне редко, поэтому заставляло нервничать. С огромным трудом удалось убедить его на некоторое время зайти в охотничий домик и выпить чашку греля. Ночь выдалась необычайно холодной. Совсем недавно было тепло, солнечно и тут – бац!

Чародеи не сидели на месте, опутывая нитями чар участки леса, накидывая защиту и прощупывая все на предмет чужих заклятий. Работа кипела. На время даже Хиллар сбросил маску юродствующего придурка и принялся за работу.

Что и говорить, Хиллара она недолюбливала. Особенно после того, как он остался вдовствующем даэ, потеряв Дальмиру. С тех пор веселый чародей стал ядовит, словно цвет чернотравы, и считал своим долгом доставать всех вокруг. Особенно женщин. А учитывая, что характер у Аллорет был совсем не медовым, стычек было не избежать.

Аллорет поплотнее запахнула шерстяную накидку и обхватила ладонями чашу с грелем. Домик принадлежал ей. Специально себе его построила, чтобы иметь возможность отдохнуть от столичной суеты и уединиться.

Ализар сидел напротив. Казалось, даже душистый горячий напиток не лез ему в горло. Смотрел прямо сосредоточенным взглядом, однако казалось, что взгляд направлен куда-то внутрь себя. Попытки растормошить и разговорить его успехом не увенчались. Ализар односложно отвечал и снова замыкался в себе.

И каков бы ни был страх Аллорет по поводу предсказания, она не могла видеть брата в таком состоянии.

– Ну перестань уже. – Она подошла к Ализару и положила руки на плечи. – Мы ее найдем. К тому же не забывай – это лес. Если, как ты говоришь, Вийора тут жила четыре года, то точно не потеряется.

Утешение было не слишком хорошим. Однако лучше, чем угрюмое молчание.

– Она исчезла, – в очередной раз устало произнес Ализар. – Я лишь отошел на несколько шагов, чтобы накинуть защитный полог, и услышал крик. Метнулся назад – ее не было.

В голосе прозвучало столько горечи, что Аллорет стало больно. Она уже не раз выругала себя за ту шутку при первой встрече с лесничей. Точнее, она не раскаивалась, потому что это уже не первая особа, желающая приблизиться к королевскому чародею всеми правдами и неправдами. Ализар не был наивен, но в то же время не мог подозревать каждую. А тут донесли, что брат сделал предложение стать даэ девушке, которую видел один раз раз в жизни. Учитывая, что до этого они говорили о его снах, это и вовсе ни в какие рамки не лезло. Поэтому Аллорет недолго раздумывала над способом вывести нахалку на чистую воду. Однако встретившись с Вийорой, несколько озадачилась. Не чародейка. В ауре ни намека на ложь и коварство. Странно. Это немного сбило с толку, однако Аллорет не растерялась и не отступилась.

Но сейчас…

Она чуть сильнее сжала плечи брата.

– Расскажи, что тут происходит.

– Думаешь, я в курсе? – бесцветным голосом спросил он. – Я вижу, что туман-оборотни не хотят сидеть в своих гнездах, а лес стал творить вещи, которых раньше не было и в помине.

– Лес живой, – зачем-то сказала Аллорет. Не столько Ализару, сколько самой себе. – Ведь… – она запнулась, – не зря же говорят, что каждые пятьдесят лет начинает что-то происходить. Идет обновление, изменение…

Он вздохнул. Положил свою руку на ее. Аллорет почувствовала холод и вздрогнула. Сжала руку брата, направляя потоки тепла, насыщая благодатью.

– Что с тобой творится? – тихо спросила она.

Ализар некоторое время молчал, а потом шумно выдохнул и сжал тонкие пальцы сестры.

– Не знаю. Как ее встретил – ничего не соображаю. Словно приворот. И в то же время прекрасно понимаю, что никакого приворота нет. Вийора – человек. Просто человек. Как я не пытался что-то выяснить – провал. Нет в ней ничего чародейского. И… не верю, что она специально пытается оказаться возле меня.

– Конечно, не специально, – раздался со входа голос Хиллара.

Аллорет и Ализар обернулись. Дранг Аэму скинул плащ и быстрыми шагами подошел к очагу. Протянул озябшие руки.

– Вы, конечно, умные брат и сестра, – произнес он как ни в чем не бывало. – Но порой такие глупые, что страшно кому-то рассказать.

Ализар нахмурился:

– Что ты имеешь в виду?

Аллорет хотела было фыркнуть, но сдержалась. Потому что в лице Хиллара промелькнуло что-то такое, что заставило замереть. Он явно сумел кое-что узнать. Поэтому придется придержать свой нрав и острый язык. Пусть скажет. А то на Ализара смотреть больно.

Хиллар отошел от очага и, взяв чашку с грелем, отхлебнул.

– Это была моя порция, – сквозь зубы процедила Аллорет, делая глубокий вдох и пытаясь не рассердиться раньше времени.

– Именно что была, – не растерялся Хиллар. – Всегда знал, что ты заботишься обо мне больше, чем о себе.

За дверью послышалось какое-то шкрябанье. Все трое замерли, вслушиваясь. Мужчины переглянулись: Ализар хмуро, Хиллар с пониманием.

Дверь вдруг резко распахнулась. На пороге показались две фигуры: женская и мужская. Аллорет замерла, во все глаза разглядывая гостей и… не веря увиденному.

Их озарял звездный свет и едва касались отблески огня очага. Они держались за руки, словно влюбленные. Бледная кожа с едва уловимым голубоватым оттенком. Волосы у него – огненно-рыжие, у нее – расплавленное золото. Без одежды, увитые речными цветами с темно-зелеными листьями. Глаза страшные, нечеловеческие. Миндалевидные, без зрачков. Бирюза и малахит. И оба смотрят так, словно изучают противников.