Битва - Андрей Круз

— Это хорошо, глядишь — и пригодится.

— Ещё две обрезанных курковых горизонталки двенадцатого калибра нашёл и целый ящик патронов с картечью.

— Вот это хорошо! Это специально приготовлено — мимо болота ходить. Надо будет на палубу поднять.

— Сейчас, на дизель гляну — и подниму, — сказал Балин.

Балин спустился в люк машинного отделения осмотреть дизель. Я же опять вышел на палубу и протопал на корму. Присел возле Маши, задумчиво глядящей на совсем удалившийся Пограничный и блестящую поверхность реки.

— Как себя чувствуешь?

— Устала немножко, а сейчас нормально. Есть только хочется.

— Сейчас попробуем что-то придумать. Пайки мы взяли, но тут камбуз должен быть…

— Я посмотрю, ты сиди. Я умею готовить, — сказала она, встала и направилась вниз по трапу.

На таких баржах всегда внизу имеются две крошечные каютки и камбуз. Экипаж редко превышает три человека, но ходят баржи далеко и надолго. Иной купец по весне, как лёд сойдёт, выйдет на реку — и только осенью домой возвращается. Так и живёт на своей барже. В тесноте, да ближе к делу, — и кто говорил, что доля купеческая легка? Дорастёшь до первой гильдии, тогда и расслабишься.

Лари между тем пересела на борт, свесив ноги. Аллегорическое изображение беспечности, но по отношению к ней в это как-то не очень верится. Надо, надо будет найти время чуть расспросить её о тифлинговском житье-бытье. Очень уж много нового я узнаю о ней с каждым нашим приключением. Хочется прояснить отдельные моменты, хоть ни в чём таком я её не подозреваю. Свою верность как спутника она доказала делом уже не раз. Да и вообще… такая она… гм… да.

Я вернулся к пулемёту, для начала осмотрел машинку внимательно. Ничего, не новенький, но и не старьё. Вполне живой агрегат. Сальники не текут, расчёт чёткий был, наматывал своевременно и аккуратно. Я подобрал с палубы ведро с верёвкой, заглянул в него — чисто ли? Затем зачерпнул воды из реки. Здесь дно песчаное, ила нет, воду пить можно. После болот она уже помутнеет, пожелтеет — и так до самой Великой потечёт.

Откинул широкую крышку на кожухе, слил воду из него. Затем аккуратно, но всё же расплёскивая, налил из ведра в горловину свежей, холодной. Пусть пулемёт готов будет на все сто процентов. Подтянул крашенную шаровой краской жестяную коробку с лентой, откинул крышку. Прихватил наконечник ленты, воткнул его в окно приёмника. Нащупал слева, через левое окошко, потянул на себя и вперёд, толкнул рычаг. Опять потянул, опять рычаг. Такая у «максима» процедура зарядки затейливая. Но уж как зарядил, так дальше не задумывайся — пулемёт надёжный, хоть и устаревший.

Затем поправил треногу, чуть развернув в сторону ожидающегося болота, выставил на прямой выстрел. Примерился, прицелился. Вроде кругом готов к обороне.

— Кого ждёшь? Пиратов, погони или из болота кого? — высунулся из рубки Орри.

Река в этом месте шла прямо, равно как и фарватер — хоть вообще не рули. Вот он и расслабился.

— Всех сразу, но скорее из болота, — ответил я, затем сказал: — Слушай, ты бы тоже свой штуцер приготовил. В этих краях всякое бывает, подчас такое из-под воды на борт полезет, что хоть из пушки в него пали.

— Так день же деньской кругом! — удивился Орри. — До полудня к болоту подойдём, какая нечисть полезет?

— Водяная, — исчерпывающе ответил я. — Водяная нечисть ночным временем особо не заморачивается. Ей под водой и так темно. Рванёт из воды на пару секунд, чтобы кого-то с борта сдёрнуть, и опять на дно. Знаешь, сколько народу именно в этом месте гибнет? И как раз потому, что думают как ты: среди бела дня нечисть не нападает.

— Не врёшь? — с подозрением посмотрел на меня наш шкипер.

— А оно мне надо? — резонно возразил я.

— И кого тут ждать можно?

— Да много кого… — задумался я. — Считай, весь список. Самый опасный в такое время рыпач, как его в Вираце называют. Или малый гаргулец. Мерзкая тварь.

— А это что? — заинтересовался Орри.

— Разновидность горгульи, но водяная. Очень быстрый, может на борт выскочить, а самое главное — плюётся какой-то невероятно вонючей липкой дрянью, которая к тому же дурманит. Если на тебя угодит — через несколько секунд свалишься, надо смывать немедленно.

— Это как?

— А в воду прыгать.

— Так сожрут же… — удивился Орри.

— Сожрут, — согласился я. — Поэтому нельзя давать плеваться или уворачиваться надо — он тонкой струёй плюётся, но предварительно пасть раскрывает и у него пузыри как у жабы надуваются. По этому можно понять, что сейчас плюнет, и увернуться. Но может и не плюнуть, а прямо так напасть, если есть вероятность сразу тебя за борт стащить.

— Большой?

— Метра четыре в длину бывает. Узкий, гибкий, на четырёх ногах. Может хвостом хлестнуть, у него позвонки колючие наружу торчат. Та ещё тварь, в общем. Ещё речные импы могут напасть — это как зубастые жабы, с короткими хвостами и немалыми когтями. Кидаются всегда стаей, три таких жабы человека разорвут за несколько секунд.

— И что делать будем? — загрустил от такой перспективы Орри.

— Да ничего, — пожал я плечами. — Ждать. И вооружаться дробовиками, они для таких дел сподручней. Два у нас есть, ещё два Балин в трюме нашёл, сейчас принесёт. Двустволку в руки, патронташ на грудь, и револьвер под рукой. Нас много, отобьёмся. Тут баржи всё время ходят, и ничего — отбиваются.

— А штуцер тебе на кого нужен? — не успокаивался в своих волнениях Орри.

— На всякий случай. Если вдруг водяной конь появится. Говорят, вроде видели в Уларе такого, хоть и не знаю, правда оно или нет.

— Погодь… Водяной конь вроде в Зимнем море водится. Сам в книжке читал, — нахмурился гном.

— Верно. Там он вообще гигантский, шхуну может утопить. А в реках и озёрах поменьше, но всё равно метров на десять бывает, если с хвостом и шеей считать[40]. Вот для него и штуцер.

— Ты его видел?

— Нет, что ты. Слышал от заслуживающего доверия человека, что тот знает другого человека, который видел. Вот так.

— А-а, ну ладно, — успокоился Орри и ушёл в рубку: приближался поворот.

Из трюма поднялся Балин, вынеся два ружья — вовсе не обрезанных, а просто короткоствольных[41], и здоровенную коробку с патронами. Это у гномов есть манера называть подобное оружие обрезами. Впрочем, у нас их вообще «огрызками» зовут. Одно ружьё я сразу же сунул ему, заставив набить патронами карманы, а второе отнёс шкиперу. Пусть наготове будут. И сам свою «вампирскую» двустволку приготовил.