Топоры и Лотосы - Александр Зорич

Пока мы с Дурново рассматривали Комету, берсальер спустился с небес на землю и обратил внимание, что возле тойлангского КПП садится разномастная стая левитирующих аппаратов. Среди них были четыре пассажирских экипажа разных моделей и танк-истребитель. К этому следует прибавить несколько диковинных самоходных орудий, каких в колониях нам встречать не приходилось, и десяток одноместных «мотоциклов».

Над танком-истребителем развевался огромный штандарт. Его символика была видна даже невооруженным взглядом: боевой топор и четыре белых лотоса в зеленом поле.

– Войска не правительственные! – изумился Дурново.

– Это как посмотреть, – я покачал головой. – Знамя принадлежит роду финь-Рэхан финь-Залмат. Что приблизительно и значит «Топоры и Лотосы» На борту «Кавура», пока ты нашими досье шуршал, я читал свежие разведотчеты. «Топоры и Лотосы» за последние полгода резко усилили свои позиции в структурах центральной власти. Сейчас правительство тойлангов и финь-Рэхан финь-Залмат – почти одно и то же.

– Военный переворот?

– Наши теряются в догадках. Вроде бы все произошло совершенно мирно. Просто вдруг выяснилось, что все ключевые Управления возглавляются выходцами из этого рода.

– Мне, наверное, надо переодеться? – предположил Галеацци. – Или мы не намерены впускать их в посольство?

– Если мы их не впустим, они въедут к нам в холл на танке. Быстро вниз. Надеюсь, к нам пожаловала не расстрельная команда.

«Топоры и Лотосы» были облачены в парадную боевую форму, а потому и впрямь походили на офицеров SS старогерманского Третьего Рейха в масках крокодилов. Оно и понятно: атмосфера внутри нашего посольства была земная и они предусмотрительно облачились в аналоги наших легких скафандров.

В качестве такого аналога тойланги часто используют «вторую кожу» – квазиживое образование, которое плотно обволакивает их тело, гарантируя от контактов с враждебной средой. Уже поверх «второй кожи» тойланги надевают одежду, а голову защищают устрашающей зубатой биомаской, в которую встроен дыхательный аппарат.

Через входной шлюз соизволили войти четырнадцать персон. Прочие, численностью до полуроты, остались снаружи, направив на стены посольства разнообразные орудия убийства и разрушения.

Первыми вошли два знаменосца, которые сразу же окаменели по сторонам от входа. Одиннадцать стрелков с оружием наготове рассыпались по стенам. Четырнадцатый тойланг, вооруженный только топором в заспинном чехле, был, надо полагать, переговорщиком.

Поверх его шикарных одежд, на черной цепи из квадратных звеньев, висел высший тойлангский орден «Совершенное Управление» – фантасмагорическая плеяда драгоценных каменьев, залитых эрруакским хрусталем-невидимкой.

– Искандер, здравствуй, – сказал он.

Речевой эмулятор его биомаски издавал леденящие кровь звуки, за которыми интонации живой речи полностью терялись. Несмотря на то, что приветствие было вполне мирным и даже неформальным, мне показалось, что меня намерены съесть на месте.

– Народ Земли в нашем лице доводит до сведения владетелей пространства, что пришел с миром, – сказал я скучным голосом.

У меня работа теперь такая: скучная, посольская. Они мне «ты», а я им – официальную формулу! Чтобы придраться было не к чему.

– Искандер, не до церемоний. Атака вашего крейсера против Кометы вывела моих родственников из себя. Особенно неистовствует мой двоюродный брат, который теперь является моим брачным контактером.

«Брачный контактер» – это муж по-нашему.

– Ресту-Влайя?.. – мои брови взмыли на лоб.

– Да. Нам надо поговорить наедине.

– Что ж, идем... Господа, вы, пожалуйста, останьтесь здесь, – обратился я к Галеацци и Петру-Василию. – Пока что все нормально.

– Я же по-тойлангски понимаю. Если только не стихоречь, – мрачно сказал Дурново. – Вижу я, как все нормально. Вот она какая, твоя амазонка. «Совершенное Управление» носит... А в досье написано, что она добивалась на Утесе скромного офицерского патента.

– Я удивлен не меньше твоего, – прошипел я и повел Ресту-Влайю в приемный кабинет посла.

Как и Ресту-Влайя, я был в этом кабинете впервые в жизни. Дюжина часов, проведенных на Эрруаке, не предоставила мне ни одной свободной минуты для того, чтобы обойти все помещения посольства. А ведь это следовало сделать – хотя бы ради того, чтобы не позориться перед высокой гостьей.

Пол, столы, кресла – все здесь было покрыто черной пылью неясной природы. Элегантный шкаф, заставленный представительскими подарками, – бронзовыми астролябиями и дубовыми глобусами, стилизованными под эпоху Великих Географических Открытий, – был оплетен сетью трещин. Вероятно, стреляли ультразвуком. Этажерка с шикарными книгами (сафьяновый переплет, золоченый обрез) лежала на боку, фолианты валялись по всему кабинету.

Разумеется, эти книги никто ни разу не открывал. Они, как и представительские подарки, попали сюда по воле дизайнеров, которые умудрились продать нашему дипломатическому ведомству самый дорогой вариант интерьера из имевшихся в каталоге.

Я подобрал первую попавшуюся книгу, вырвал из нее несколько листов, скомкал их и наспех стер черный налет со стола и двух кресел – мягкого и жесткого, тойлангского.

– Извини за беспорядок. Присаживайся.

– Буду откровенна, – сказала Ресту-Влайя, последовав моему приглашению. – Когда ваш крейсер обстрелял Комету торпедами, мне стоило больших усилий отговорить родственников от немедленного удара по Земле. Спасибо судьбе, ты здесь. Я знаю тебя как человека, которому можно доверять. Если бы не твое присутствие, мои родственники уже позволили бы своему народу насладиться мщением.

Ресту-Влайя говорила вещи страшные, но, увы, ожидаемые. Однако мне хватило выдержки, чтобы ответить достойно:

– Высокородная, не надо забывать о нашем флоте вторжения, который по-прежнему находится на исходных позициях в Треугольнике Ле Дюка. Если вы начнете уничтожение Земли, наш флот войдет в систему Франгарна. Флот понесет большие потери от вашей противокосмической обороны, но мы были готовы к ним и раньше. А когда от вашей обороны останется лишь воспоминание, наши дредноуты сотрут в порошок и Эрруак, и Комету, и все остальные космические тела системы по каталогу. От номера 1 до 1319.

В том, что я сказал, было немножко правды и много блефа. Наш флот действительно мог попытаться атаковать Эрруак. Но оценка времени, потребного на преодоление тойлангской линейной обороны, была не в нашу пользу. Расчеты Ставки показывали, что тойланги успеют расстрелять на Земле все крупные города, а затем вывести из Солнечной системы три четверти своего флота для защиты Эрруака прежде, чем наши корабли смогут создать угрозу непосредственно родной планете тойлангов.

– У вас это называется «по-ца-луй из могилы», верно? – спросила Ресту-Влайя.

– Именно так.

Сами-то тойланги не целуются. Поэтому слово «поцелуй» в ее устах было калькой с земного Языка.