Огненные дороги Геона - Игорь Чужин

Гедеон оказался похож больше на огромную грязную деревню, окруженную глинобитной стеной, нежели на город. Негры они и на Геоне негры и если над ними нет надсмотрщика с поленом, то даже убирать за собой они не станут. Караван двигался по грязной заваленной мусором и нечистотами улице к центру города. За нами увязалась большая толпа тощих чернокожих пацанов. И со всех сторон понеслись крики: – Дэнги, дэнги давай!

– Прямо 'Двенадцать стульев', – вспомнил я сцену из фильма.

'Первый' отбивался от пацанов заранее припасенной хворостиной, а Тузик хватал их за ноги, но это плохо помогало. Купцы, не стесняясь, хлестали бичами направо и налево по спинам распоясавшихся воришек.

– Блин, 'на ходу подметки режут', – подумал я. – Сейчас растащат все с заводных лошадей и разбегутся как тараканы по щелям.

– Дэнги, давай дэнги! – орал схвативший меня за стремя чернокожий дьяволенок, а в это время с друзой стороны лошади к переметной суме подкрадывались еще двое воришек в руках, у которых я увидел кривые ножи. – Сейчас срежут сумку и ходу! Тузик сумел отогнать воришек, разорвав одному из них и так драные штаны.

– Чего ты хочешь мальчик? – спросил я, сдернув платок, под которым прятал свое обожженное лицо и постарался скорчить страшную рожу.

С этим трюком я явно переборщил, потому что парень грохнулся на спину и дико завизжав, заполз в арык заполненный нечистотами.

– Ардыл! Ардыл! – визжал парень, и толпа воришек в мгновение ока растворилась в проходах между хижинами.

– Что случилось? – задал мне вопрос подскакавший Луц.

– Да ничего особенного, просто лицо парнишке показал, тому который в арык залез. А кто такой Ардыл?

– Ну, тогда ясно! – заржал Луц. – Зря я тебе лицо закрыть приказал, когда в город въезжали, сейчас уже в 'Старом отшельнике' вино пили, а не от воров отбивались. Ардыл, это болотный демон, который детьми питается. Афры народ дикий, они четыре раза в год малолетних воришек в болоте топят, Ардыла умасливают, чтобы скотина в болоте не тонула. А похож-то как, вылитый Ардыл! Ты платок не надевай пока мы до площади не доедем.

Вокруг нас с 'Первым' образовалось пустое пространство, и беспокойство за свои подметки у меня исчезло. Тем временем караван выехал на огромную базарную площадь, и Луц позвал меня в 'Старого отшельника'. Гостиница оказалась обычным караван-сараем, обнесенным глинобитной стеной за которой прятались несколько бараков с плоскими крышами и навес для лошадей. Навстречу Луцу выскочил старый хромой арб и с поклонами повел нас в один из бараков. Первый увел лошадей и Тузика к коновязи, а мы с Луцем и остальными воинами вошли внутрь помещения. Барак внутри выглядел намного лучше, чем снаружи здесь было чисто и прохладно. Помещение было поделено на пять отдельных комнат закрываемых на ключ и одну большую общую, застеленную коврами и подушками. Луц позвал меня с собой, и мы и еще да старших охранника разместились в одной из комнат. Забросив переметные сумы с ценными вещами в сундук, я закрыл его на ключ и вышел во двор умываться. Шак завидев меня, тут же подбежал помогать. Я разделся до пояса и стал умываться.

– Господи и как же тебя изувечили! – услышал я голос Луца за своей спиной. – Как будто всю шкуру с живого содрали, и как ты только выжил?

– Повезло мне, 'видящая' рядом оказалась, а так помер бы, скорее всего, – соврал я.

– Это точно, повезло тебе парень! 'Видящая' такого уровня посвящения большая редкость. Я только одну такую знаю, она в 'Санпульском лесу' живет. Зовут ее таргиня Нара, правда она не всем помогает и денег много берет, но говорят, творит чудеса.

– А почему таргиня?

– Шаманка она таргская потому и таргиня, – ответил Луц. – Лет двадцать назад в лесу поселилась, как ее из Таргании занесло никому неизвестно. Ладно, давай домывайся, и пойдем, поедим и выпьем за удачную дорогу.

Я закончил водные процедуры и, одев чистую рубаху, отправился в барак, предварительно отдав 'Первому' горсть медной мелочи на расходы. В бараке все было готово к пьянке и мне только осталось занять свое место рядом с Луцем. В голове всплыла сцена такого же пира в Мэлоре, когда мы отмечали поминки по погибшим воинам Торвина. Те же тосты, то же славословие, потом пьяные объятия и реплики – 'Ты меня уважаешь?' Кормили в 'Старом отшельнике' на удивление вкусно и сытно, правда, вино было дрянь, но самогонка в самый раз. Я в первый раз так сильно нажрался с момента переноса на Геон. Как я дополз до своей комнаты, мне так и не удалось вспомнить, и проспал как убитый до полудня следующего дня.