Профессорская служка - Ардмир Мари

— Стой! — завопила она.

— Сами остановитесь и возьмите себя в руки. В конце-то концов, вы же королевской крови, — напомнила я с укоризной и отложила бутылку и бокалы на столик.

— Мо-о-оя кровь, мое проклятье… — отрешенно простонала женщина, сворачиваясь калачиком на мокром ковре.

— Простынете! — попыталась достучаться до нее. — Ну же, Эвения, поднимайтесь! Кроме спускаемой, никакая другая кровь не должна так угнетать вас.

— Ты не по-по-о-нимаешь, — прошептала еле слышно и руками зарылась в темные рыжие волосы так, словно намерена их выдрать.

— Пойму, — последними крохами собственной силы оторвала металлистку от ковра хоть на пару сантиметров, — как только расскажете, пойму все-все. А поговорить предлагаю в более уютной обстановке, на кухне! И поедите, и согреетесь. Вставайте.

— Нет…

Если отвечает, выходит, леди еще в сознании и не впала в молчаливую истерику. Нужно срочно выводить ее из этого состояния и из комнаты заодно. К несчастью, на ее счет в моем арсенале был только один нечестный, но действенный метод влияния. И если ранее я никогда не позволяла себе шантаж без видимой на то причины, то сейчас, на новой «должности», просто-таки была вынуждена к нему прибегнуть.

Полный сожаления глубокий вдох и громогласное:

— Считаю до трех и вызываю прессу!

— Что?! — возмутилась металлистка, вмиг растеряв весь свой страдальческий вид.

— Раз! — провозгласила я.

Несомненно, она подскочила, намереваясь меня убить, это хорошо читалось и во взгляде, и в хищном оскале озлобленной леди. Но приступить к воплощению кровожадной идеи я ей попросту не позволила:

— Два!

Рывок к двери, не ее — мой, от нее в этот момент звучало разъяренное возмущение:

— Я уже стою!

— Вы должны стоять в кухне, — парировала с улыбкой. — Три!

Королевскую сестру как ветром сдуло, и отнюдь не моим. Эвения Ритшао спустилась вниз, побив рекорд прошлого своего побега, и уже из кухни страдальчески всхлипнула:

— Я здесь…

Медленно последовав за ней и приняв виноватый вид, я вошла на кухню:

— Прошу извинить меня за блеф. — С поклоном протянула королевской сестре белоснежные платочки. — Просто не знала, как иначе вас поднять.

— Вы хотя бы меня не бросили. — Рыжеволосая, статная и величественная, она сняла промокшую шубу и беззаботно отбросила ее в сторону, на мешки. — А ход был хороший. Спасибо… за платки.

В этот раз она в платье, заметила я мимоходом, подняла шубу и повесила ее сушиться. Что ж, дело осталось за малым — напоить чем-нибудь горячим и выслушать.

— Чай или горячий шоколад? Или мороженое с ароматной белой стружкой?

— Давайте хоть что-нибудь. — Она изящно села за столик у окошка и, вспомнив что-то, вновь начала всхлипывать: — Мне все равно.

Чем-нибудь оказался полноценный ужин из трех горячих блюд, салатов и холодной нарезки. На десерт я подала мороженое точно так же, как это делал Ганс, и разлила настоящий горячий шоколад.

— Спасибо. — Прижав обе ладошки к чашке с ароматным напитком, металлистка наконец-то улыбнулась: — Почувствовала себя, как в детстве с няней. Беззаботное время… Тогда я не должна была следить за манерами.

— Вам так не хватает свободы?

— У меня ее нет. — Она пожала плечами, сморщила припухший носик. — Единственная отдушина — любовники, которые сбегают… — И прошептала сдавленно: — Но и их теперь у меня отберут.

— Почему?

— Вернее сказать — за что? В прошлый раз… — тут леди Ритшао запнулась и смущенно прикусила губу, — покидая этот дом, я была не совсем одета.

— Вас видели?

Рыжая красавица грустно улыбнулась, подтверждая догадку:

— Глава рода.

Я сдавленно охнула. Глава рода, это же… это же старый король всемогущий Гадарт Великий — закостенелый вершитель судеб, противник разврата, кутежей и внебрачных отношений. И страшно даже представить, какому наказанию ее подверг сильнейший маг современности — магистр седьмого уровня. За этими мыслями я упустила часть слов Эвении.

— …я и сейчас от предложенной кандидатуры не отказалась бы. Он был богат, знатен, за годы боев получил высокое звание. Очень статный, темненький, с улыбкой, от которой мурашки по всему телу. — Тяжело вздохнув, металлистка продолжила: — Сразу видно, что наделен такой же кровью…

Она замолчала, прикусив губу, вот-вот заплачет, догадалась я и поспешила поддержать разговор:

— Видимо, хороший был вариант.

— Этот вариант сбежал… Перед самой свадьбой. Видите ли, за год наш брак стал невыгоден Аркаде. Но так как договор был заверен и подписан, беглеца сделали крибом на… — крупная слеза все же скатилась по ее щеке, — на двадцать лет!

— И вас списали как ненужную фигуру, а теперь еще и запрут в монастыре… — Сжав руки в замок, стараюсь не впасть в панику. Ведь все ее беды из-за меня, меня, и только. Какой ужас, ее закроют в четырех стенах где-нибудь в глухой провинции! Это ужасно.

Но Эвения моих мыслей не разделяла:

— Уже не важно, где запрут. Мне тридцать три, самое время родить ребенка, а ждать завершения криб-срока еще восемь лет.

Я вспомнила о Томасе Норвилле, чью незаконную деятельность по отъему энергии мне удалось отсрочить на четыре года. Фактически я лишила его разрешения на брак, но это еще не значит, что никто не соблаговолит родить для толстого щеголя сына или дочь. А тут… Пока не закончится срок, Эвения не имеет права ни на брак, ни на роды, в случае нарушения закона ее ждет тюремный срок. И вроде бы все понятно, но…

— Скажите, зачем вы обратились к профессору?

— Хотела, чтобы он помог найти Ганс… Гансуорда эль… эль Гаерда.

Прошептав имя беглеца, металлистка заплакала. На этот раз без завывания, очень тихо и очень мило, утирая платочком крупные слезы с бледных щек.

Фух! В ее напастях виновата не я. Как камень с сердца, и чуть было не заулыбалась, но вовремя спохватилась. Подумала и спросила, не скрывая скепсиса:

— А он может?

— Дейр стихийник — Эвения на мгновение улыбнулась, поясняя: — А еще профессор и практик, изобретатель ЛесДе. Он чрезвычайно талантлив и легко может создать артефакт поиска.

— Значит, вы приехали за помощью, а он…

— Сбежал. — Красавица остервенело вытерла глаза и тряхнула головой: — В прошлый раз устроил пожар, а в этот раз потоп… Идиот!

Не согласиться с ней я не смогла, кивнула. Впрочем, будь здесь Лесски, я бы поддержала и его решение скрыться. Артефакты поиска, созданные на крови или волосах искомого, это прямой путь на каторгу с последующим выжиганием дара.

Гостья засобиралась.