Скандал в Дуате - Алекса Богунова

− Ээ… Малышка, ты не заболела? − спросила она напряженно, впервые назвав меня малышкой.

Я кратко и без эпитетов изложила ей свой сон, который сном больше не казался.

− Очнись, − строго ответила Ира после некоторой заминки. Очевидно, ей потребовалось время, чтобы уединиться в более подходящем для такого разговора месте. − Не говори ерунды. Сегодня было полнолуние, при совершенно безоблачном небе. Ты это заметила, нет? Это Луна светила в окна твоей гостиной. Лу-на. Понимаешь? Сама говорила, что ты не задернула шторы. В полнолуние всем крышку сносит. Я в полнолуние всегда плохо сплю. Выходила на кухню водички попить. Видела эту сумасшедшую Луну. Огромный диск, хочу тебе сказать, как в фильме ужасов про оборотней. Было светло, как днем. Полина, не ожидала от тебя…

− А браслет на рамке картины? Как он туда попал?

− Ну… Возможно, ты действительно в полубессознательном состоянии пошла на лунный свет. Вдруг вступило тебе в голову. Полнолуние же. Предположим, хотела выключить лампу. В полусне. Решила, что лампа горит. Ты не страдаешь лунатизмом?

− Сама знаешь, что не страдаю. Лунатизма нет.

− Ты сейчас принимаешь какие-нибудь таблетки?

− На что ты намекаешь? Никаких таблеток, кроме витамина С. Я здорова, Ира. Если не считать, что вчера пальцы порезала. И потом, как объяснить, что картина стала зеленой?

Ире взяла паузу, чтобы изобрести ответ.

− Ты давно рассматривала свою картину?

− Что ее рассматривать? Картина находится у меня много лет. Я наизусть знаю, что там нарисовано.

− Вот видишь! − обрадовалась Ира, словно это само по себе все объясняло. − Мы никогда не присматриваемся к вещам, мимо которых ходим сто раз в день. Может быть, твоя картина давно позеленела. Может, краски окислились…

− Окислились, значит. Взяли − и окислились, − я хотела, чтобы Ира услышала свою версию со стороны.

− Или заплесневели, − предложила другой вариант Ира. − Откуда ты знаешь, какие краски использовал художник? Вдруг это особенные краски? Отдай картину на экспертизу. Думаю, все сразу прояснится.

− Почему я раньше не заметила, что картина позеленела? Это такое рядовое событие, когда картины вдруг зеленеют? Никому не бросается в глаза? Можно год ходить мимо и не заметить?

− Господи, Полина! У тебя в прихожей зеленые обои, рябенькие, с веточками. Зеленое на зеленом. Ты могла просто не обратить внимания. К тому же есть вещи, которые со временем действительно зеленеют. Бронза, например.

− Бронза зеленеет?!

− О, Полина!

Все это звучало не слишком убедительно, не давало прямых ответов, но я немного успокоилась.

− Тебе кажется, что у меня не все дома? − спросила я у затаившей дыхание Иры.

− Честно? Похоже на то, что у тебя нервы не в порядке, − призналась Ира. − Тебе надо к врачу. У меня есть телефон хорошего психотерапевта, на раз мозги вправляет, и недорого. Вдруг ты переутомилась? Или надо переждать полнолуние. Может, тогда само собой рассосется? Собираешься на работу? Позвони мне днем. Сейчас не слишком удобно разговаривать. У меня совещание.

Это был намек на то, что я побеспокоила Иру в неурочное время, и разговор пора свернуть. Ей стало неудобно, что она меня спроваживает:

− Жаль, что я так и не смогла посоветовать тебе нечто полезное. Раз в жизни появилась возможность, а я не смогла.

− Брось, ты помогла мне, − успокоила я Иру. − Целых два совета. Отдать картину на экспертизу и обратиться к спецу по психам.

Ира хихикнула. Видимо, решила, что все не так плохо, если я способна шутить.

− Почему ты не сказала мне, что накупила в Египте сувениров? Постеснялась показаться такой же барахольщицей, как я? − укоризненно спросила Ира.

− Просто забыла. Приехал Асик, я переключилась. Потом Новый год. Ира, это только сувениры, не более того. По крайней мере, я так думала, когда их покупала…

− Браслетик красивый? − разумеется, из всего набора сувениров Иру мог заинтересовать только этот предмет.

− Обычный.

Едва подруга отключилась, телефон снова зазвонил.

Номер не определился. Не люблю таких звонков. Впрочем, кто их любит? Сегодня развелось столько телефонных мошенников. Не без колебания я ответила на вызов.

У мужчины, который позвонил, оказался приятный бархатный голос. Он бегло говорил по-русски, с небольшим восточным акцентом, время от времени он искажал слова.

− Могу слышать Полина Нарышкина?

− Кто это? − обычно я веду себя вежливо с незнакомыми людьми, даже если они вторгаются в мою жизнь с закрытых номеров.

Любезный мужчина представился советником по культуре посольства республики Египет. Утро становилось все более интересным и насыщенным. Что нужно советнику по культуре от рядового бизнес-тренера? Он просил встречи со мной, чтобы обсудить одну важную проблему. Хорошо, что одну, а не сто. Деталей пока не раскрывал. Сказал, что при встрече все пойму.

Очень настойчивый господин. Типичный восточный подход к общению с людьми. Что-то говорит, и общая схема притязаний вроде понятна, но конкретных формулировок не дождешься. Одни намеки с экивоками.

− Напомните мне, как ваше имя? Я не расслышала его.

− Доктор Вазир Гаяз, − отчетливо сказал он. − Советник посольства Египта по культуре. На самом деле, мое имя длинное вам, но для друзей…

− Мы не друзья.

Я не любила такой прямолинейный метод втираться в доверие.

. − Господин Вазир Гаяз, а где находится ваше посольство?

− Между Остоженка и Пречистенка. Госпожа меня проверять? − он сменил тон на ласкающее слух воркование. Наверняка доктор Гаяз в этот момент улыбался. Я почувствовала его улыбку даже через смартфон. − Очень умная, предусмотрительная госпожа, − похвалил он.

− Откуда у вас мой номер?

− Это очень просто, если очень надо, − объяснил он.

Да, если очень надо, в наши дни раздобыть любой телефон не проблема. Даже для меня, которая ничего не понимает в шпионаже и воровстве баз данных.

− Вот что, господин Вазир Гаяз, я не приду на встречу, если вы сейчас подробно не объясните мне, о чем пойдет речь?

− О, хорошо, хорошо, − приторно согласился он. − Госпожа Нарышкина может чувствовать себя безопасно. Я приду где скажете. Время тоже говорите вы. Наш разговор будет о тех предметах, которые вы привезли из моей страны несколько дней назад.