Девчонка из Слезных трущоб - Ирина Матлак

— Да сколько же их там?! — воскликнула обернувшаяся Агира.

Много, очень много, в чем я убедилась, последовав ее примеру. Лучше бы этого не делала! Прежде мне и одну-то неподчиненную душу видеть не доводилось…

Больше я не оборачивалась, но все равно очень явственно ощущала их близость. Мороз стал просто невыносимым, и я не понимала, как любящие тепло саламандры до сих пор держатся в седле. Пальцы пробрало до костей, иней на ресницах мешал видеть, холодный северный ветер хлестал по лицу с удвоенной силой, и казалось, что это никогда не закончится.

Как же этот полет отличался от предыдущего! Ловцы умело направляли грифонов, вынуждая их вилять в разные стороны и уходить от преследования. Одна из душ угодила в петлю и, оказавшись привязанной, болталась позади.

— Наглубь выкуси! — на адреналине выкрикнул удерживающий ее Аргар. — Не на тех нарвались, потеряшки недобитые!

Вскоре «потеряшки» стали отставать. Чем ближе к берегу мы подлетали, тем слабее они становились из-за действующего защитного барьера. Издавая характерные шипящие звуки, потерянные души прекращали погоню и нехотя поворачивали назад. А когда мы оказались совсем рядом с сушей, нам навстречу вылетел целый отряд ловцов во главе с капитаном Вагханом.

Слово взял Лейон и быстро отчитался о только что случившемся. Непосредственное начальство от нашей самовольной отлучки осталось не в восторге, но по факту никаких правил нами нарушено не было, так что и наказание не предусматривалось. Я же во время этой краткой беседы старательно пряталась за спиной Агиры и очень надеялась, что меня не заметят. В кадеты меня приняли до первого промаха, и, хотя катание на грифоне к их числу не относилось, лишний раз попадаться на глаза капитану все равно не хотелось.

— Отправляйтесь в корпус, — скомандовал капитан Вагхан, принимая у Аргара пойманную душу. — Кадеты, по своим комнатам! Узнаю, что нарушили приказ, — уволю!

Сказав это, он направил грифона вперед, и весь отряд незамедлительно полетел следом. Глядя на этих знающих свое дело ловцов, я даже не сомневалась, что им удастся разобраться с перелетевшими через барьер душами. Вот только тревога меньше не стала, и мне отчетливо вспомнились недавние слова капитана: «Ситуация в море сейчас сложная». А еще строчки из объявления о наборе кадетов: «Повысилась активность потерянных душ». И в завершение: «Корпус понизил требования для кадетов». Все это откровенно пахло стухшей рыбой, и мне определенно не нравилось. Как и остальным.

Путь до корпуса мы проделали молча и так же молча вошли в ангары, где оставили уставших летунов. Зато, когда возвращались в общежитие, саламандры объявили, что намереваются продолжить вечер за бутылкой огненной.

— А вы, дети, марш спать! — усмехнулся Аргар, обращаясь ко всем кадетам, но прицельно глядя на Сильвию.

Та только демонстративно фыркнула и, попрощавшись с остальными, направилась к лестнице, ведущей на женский этаж. Мы с Крилл двинулись следом и спустя некоторое время в таком же составе побрели к душевой.

Стоя под горячими струями, я по-настоящему наслаждалась. И не столько их чистотой и приятной температурой, сколько просто самою водой. Никогда мне даже в голову не приходило, что она может приносить такое удовольствие. Я словно соприкасалась с чем-то живым, подвижным, но одновременно неуловимым.

Прикрыв глаза, представляла, что стою под одним из водопадов, которые существуют в теплых краях. И вода, чистая, древняя, как сами живительные истоки, напитывает тело и душу невидимой, но удивительно прекрасной энергией. Очищает.

А потом, вернувшись в комнату, я сидела у окна и смотрела на ночное море. Смотрела и думала, как все-таки переменчива жизнь. Наверное, каждому выпадает шанс что-то изменить, и только от тебя зависит, воспользуешься им или нет.

Я выпавшую возможность упускать не собиралась. И, следуя цели стать настоящим ловцом, засела за зубрежку клятвы, которую предстояло выучить к завтрашней церемонии.