Крылатый - Анна Тьма

Проснувшись и потянувшись, я тут же высказал сквозь зубы этому миру все, что о нем думаю. Сотню раз клятые кошмары.

— Запомню… — Легкий смешок Ветра подействовал не хуже ведра ледяной воды, вылитой на голову.

— С добрым утром, — недовольно ответил я, поднимаясь с постели.

Ветер ворвался в окно моей комнаты, чтобы разбудить меня, когда на улице едва светало.

— Ты что, вообще никогда не спишь? — мрачно поинтересовался я у стихии, разыскивая как попало разбросанные по комнате вещи.

— Сплю, — ответил Ветер. — Только значительно меньше, чем ты.

— Гррх! Зачем ты меня так рано поднял? Пять утра! У тебя совесть есть?!

— Со-овесть… это что? Орган такой? — ехидно поинтересовался мой нематериальный собеседник.

По тону было сразу понятно, что этот гад знаком с понятием «совесть». Фыркнув в ответ нечто нелицеприятное, я поплелся в выложенную зеркальной плиткой ванную комнату и наскоро умылся ледяной водой. Натянув драные джинсы и плотную черную футболку с надписью «Белый и пушистый», хлопнул ладонью по ехидно скалящемуся клыкастому смайлику, нарисованному под надписью, и принялся расчесывать и заплетать волосы в косу. Когда меня зовет с собой этот псих, волосы лучше убрать.

— Полетели уже! — поторопил меня Ветер.

— Да подожди ты…

Отчаявшись найти в комнате пару одинаковых носков, я надел два более-менее подходящих по цвету, натянул черные кроссовки и принялся за поиски браслета.

— Это потерял?

— А? — Обернувшись, едва успел поймать свой браслет. — Спасибо, — поблагодарил я, замкнув артефакт с малым пространственным карманом на запястье.

— Полетели! — настойчиво повторил Ветер, подталкивая меня к распахнутому окну.

Привычно скользнули на волю полупрозрачные крылья, которые легко подхватил Ветер, почти пинком выкидывая меня из окна. Но вместо земли навстречу рванулось небо. Ветер вел сам, я не прикладывал к полету усилий.

— Куда мы? — спросил я у товарища, зевая и подавляя желание начистить его нематериальную морду.

Погода не радовала. Утренняя прохлада заставляла ежиться, серые облака низко припадали к земле.

— Увидишь, — только и ответил Ветер.

За те полтора месяца, что мы летаем, я научился понимать не только каждое слово стихии, но улавливать малейший оттенок настроения. Этот Ветер был ой как непрост.

Спать все еще хотелось, поэтому я растянул вокруг себя тепловое поле и самым наглым образом проспал весь путь, открыв глаза только на подлете к острову, к которому притащил меня Ветер.

Хм… красивый островок. Судя по всему, лет двести назад островок был полуостровом, но часть суши то ли просела, то ли ее скопали, и сейчас это был именно остров. Почти нет жилья, только одна крохотная деревенька и десяток разбросанных, похожих на сказочные, воздушных башенок миниатюрных замков. Если можно назвать замком строение на десяток-другой комнат.

— Это что? — поинтересовался я, имея в виду островок.

— Это моя земля. Мой Нумениор… Мой Авалон! — сбивчиво ответил Ветер. — Жди здесь! — и унесся ввысь.

Что? Нумениор — это что-то на старосветлом? Надо будет уточнить у Вана. И кстати, за каким демоном он меня сюда притащил, да еще в такую рань?!

Лениво паря над островом, я осматривал змейки грунтовых дорог, пристань, к которой подходил первый, самый ранний паром, домики, сопки, густо-зеленые леса, луга, на которых хотелось лежать, глядя в небо (брр, там же сейчас утренняя роса! Холодно, мокро и мерзко). Красиво. Но на кой так рано?!

Сам Ветер тем временем активно разгонял свинцовые тучи над островом. Помочь ему, что ли? А то скучно. Не-е, пусть сам мучается, а я пока покружу.

Кое-что привлекло мое внимание. Большой черный шатер в одной из закрытых бухт, отгороженной от остального острова не только скалами, но и высоким барьером с проволокой, на которой через каждые два метра висели таблички: «Высокое напряжение». Ну-ка, ну-ка, что тут у нас…

Скользнув над самыми проводами, я тут же нырнул в густой кустарник. Фу, холодная мокрая мерзость! Кроссовки бы не промочить, о джинсах молчу. Но уж очень знакомый шатер. Из кевларового полотна. Черного кевларового полотна.

И когда из большого шатра для совершения утреннего ритуала вышел дангах, я почти не удивился. Ну право слово, ничего удивительного — дангах в человеческих землях, эка невидаль! Да еще и предвысший жрец, судя по плотно прилегающему к лысой черепушке гребню и узору вокруг больших, глубоко посаженных красно-черных глаз без выраженных зрачков. Действительно, стоит ли удивляться, встретив ходящего между мирами в тысяче километров от их острова и свободных земель?!

Ргрх, что здесь творится?! Мы же сорвали им осуществление разрыва пространства больше месяца назад! Да еще запечатали так, что новый точно в этом месте не открыть. Дрэйк разрушил плиту и в пыль разбил посох. И если здесь проходят испытания, почему Призраки о том не знают? Печенкой чую неприятности! Надо доложить капитану и навигаторам. Ван снова разозлится…

Ой, в этом лагере еще и собаки есть! Поджарый доберман, выбравшийся откуда-то из-за шатров, повел носом и заинтересованно стал рыскать в округе. А с чего этот дангах так подозрительно смотрит в мою сторону?.. Вернее, в сторону кустов, в которых никого нет! Ну совсем никого, ни одного темного точно нет! А? Что тогда шуршало и ругалось? Да мыши, мыши. С белками на пару! Честное слово, никаких темных.

Э-э-э, не стоит подходить, здесь точно пусто! Не верите?! Тогда, пожалуй, мыши и белки делают отсюда ноги! Нет, все-таки не ноги, а крылья.

Накинув полог прозрачности, я по возможности бесшумно ретировался под злобное подозрительное рычание добермана. Смотри, собачка, я ведь могу рычать страшнее!