Наследник Древних - Василий Сахаров

– Лучники! – услышал я голос Ромая. – Бей!

Неполная сотня лучников дала залп. Стрелы зависли в вышине и упали на тракт. Противник прикрылся щитами, но все равно многие солдаты получили ранения. Второй залп. Третий. Нирцы продолжали наступать, а затем сами стали отвечать стрелами, и опять я обрушил на них магию.

«Огонь» и следом «ветер». Подхваченные воздушными потоками огненные мотыльки поднялись, пролетели сотню метров и опалили передовых пехотинцев.

«Молния». Ветвистая огненная плеть ударила с небес в дорогу, но вреда нирцам не причинила, только напугала.

«Камень». Это заклятие ударило в тракт прямо перед строем солдат, и магический булыжник разбил дорогу. Каменные плиты раскололись, и обломки осыпали наступающих, да так хорошо, что выбили не менее трех десятков человек.

«Лед». Замороженная водяная глыба упала вслед за «камнем», и новая порция осколков, калеча и убивая, осыпала врагов.

«Лава». Перегородив путь, перед солдатами образовалось огненное озерцо, и они, разрывая монолит строя, поползли по склонам.

Я так увлекся, что не заметил, как королевские воины подошли вплотную. Мне было интересно экспериментировать с иероглифами, и я не чувствовал усталости. В этот миг я был подобен ребенку, который дорвался до новых игрушек. Мне все было в новинку, и останавливаться не хотелось. Но рядом находился Вольгаст, он вернул меня в реальность.

– Оттар! – рывок за плечо. – Отходим! Живее!

Вражеские стрелки начали закидывать нас стрелами, а за ними полетели дротики, и молодой Дуган прикрыл меня щитом. Расстояние между мной и противником было не более тридцати метров, и я отступил.

Рывок в сторону. Перекат. Вновь подъем – и бегом в гору. Дуган, Вольгаст и я вслед за ополченцами отошли на склон, а лучники Ромая нас прикрывали.

– Смотри! – закричал Вольгаст, когда мы остановились. – Они не отстают!

Действительно, королевский полководец, кряжистый мужик в багровом плаще и тяжелом доспехе, мечом указывал на меня и что-то орал. Все понятно – он хотел превратить поражение в победу, поймать меня и рассеять ополченцев. Молодец! Однако тысячник считал, что я отступаю, потому что истощен. Это ошибка – у меня силы еще имелись, хотя усталость была, и опять в ход пошла магия.

Вновь испытанные знаки – «огонь» и «ветер». Пламя вспыхнуло, воздух загорелся и поджег траву, а затем ветер сбросил этот огненный комок на карабкающихся вверх солдат.

– А-а-а-а!!! – Крики слились в один вой, в котором было столько боли и страдания, что мне захотелось зажать уши. Только я этого конечно же не сделал. Лицо каменное и без единой эмоции. Я – лидер. Я не имею права на слабость. Я на острие вражеской атаки и веду бой. Горцы это видели, краем глаза я наблюдал за ними, и тоже продолжали сражаться. Они осыпали солдат копьями и стрелами, сбрасывали на них камни и метали заранее припасенные булыжники. Яфтарии получили своего спасителя, а я верил, что получил людей, которые будут преданы мне и пойдут за мной куда угодно, хоть на равнины, хоть в мой родной мир Кассерин.

Впрочем, все это мысли на отвлеченную тему. Они посетили меня, отложились в голове и исчезли, а бой продолжался.

«Вода». Новый иероглиф, который пока не использовался. Знак возник – я запомнил его правильно, – до предела, насколько это возможно, налился энергией и активировался. Секунда. Еще одна. И на склон между нами и королевскими воинами обрушился водяной поток. Не ручеек, не речушка, не десяток двухсотлитровых бочек воды, а небольшое озеро, которое, повинуясь силе притяжения, хлынуло вниз и за несколько секунд затопило тракт.

Поток смывал все, и для него не было преград. Лошади, люди, телеги с ранеными и жрецы. Они оказались под водяным покрывалом, и если бы у меня было больше сил, то вся вражеская армия погибла бы. Но я не полноценный чародей, а только учусь быть им и нахожусь в самом начале своего пути. Поэтому мой поток быстро схлынул и ушел в сторону ущелья Сагамыр. А нирские солдаты и продолжающие песнопения жрецы, потеряв множество людей и припасы, оставили обоз. После чего, мокрые и испуганные, неорганизованной толпой бросились бежать.

– Мы сломали их! – Оборотень потеребил меня за рукав, взял паузу и поправился: – Ты их сломал, Оттар! В очередной раз!

– Ага! – Я почувствовал слабость и присел.

– Что дальше?! Отдавай приказ! – не унимался Вольгаст.

– Организуй преследование противника и разведку. Вышли связных к Будаю. Посчитай, сколько бойцов мы потеряли и каковы потери врага. Допроси пленных.

– Понял. Это все?

– Что-то мне немного не по себе. Прикажи, чтобы на горе поставили палатку.

– Сделаем.

Вольгаст убежал, и рядом остался только Дуган, который смотрел на меня, будто я какое-то божество, и постоянно что-то шептал. Что с него взять? Сказитель – он сказитель и есть. Наверняка новую песню сочиняет о славных подвигах великого героя и спасителя. А какой я герой? Сам себя я таковым не ощущаю, хотя понятие о своих обязанностях вождя имею и уверен, что все у меня получится.

Неожиданно моя голова закружилась, неимоверно захотелось спать, и я стал заваливаться на бок.

– Оттар! Оттар! – донеслось до меня. – Что происходит?!

– Все в порядке… – проваливаясь в сон, ответил я. – Переутомление… Сейчас только посплю… Немного…

Как меня отнесли в палатку и уложили на трофейную походную кровать, я не чувствовал. Мой разум уже отринул все проблемы и заботы, расслабился и погрузился в блаженное состояние покоя. Однако выспаться мне все-таки не дали. Может, часа четыре поспал. А потом пришло пробуждение…

Сначала был звук голосов. Кто-то спорил прямо возле палатки, и невольно я прислушался.

Голосов было несколько, и некоторых людей я узнал. Будай, голос резкий и слегка надменный. Наймар, неуверенный и в то же время раздраженный. Шипастый Рип, второй тыловик и помощник графа, сухой и спокойный. Ромай, разгоряченный и гневный. Дыхо, командир первой сотни, какой-то равнодушный. Ойген, запыхавшийся, словно пробежал пару миль. Ну и Вольгаст, который всех оборвал:

– Молчать! Дайте Оттару отдохнуть! Приходите со своими проблемами через пару часов!

– Нет! – ответил ему Будай. – Это наши проблемы! Общие!

Улыбнувшись, я окончательно проснулся, потянулся и понял, что мне гораздо легче. Силы вернулись, и, откинув покрывало, я встал, прихватил меч и вышел.

– В чем дело? – Взгляд скользнул по лицам командиров нашего войска.

Отозвался Вольгаст:

– Вожди и часть воинов требуют разделить хабр. Прямо сейчас.

Что такое хабр, я уже знал и в будущем предвидел проблемы. Но вопрос всплыл раньше, и его предстояло разрешить.

Хабр – это общая добыча. После каждого боя собиралось все, что было захвачено, и боевой вождь производил дележку, принцип которой мне очень сильно не нравился. Рядовой боец получал долю, десятник две, отличившийся воин три, сотник пять, а сам вождь от десяти до двадцати.