Преследуя восход - Майкл Роэн

Неожиданно раздался скрежет металла, а затем — еще более громкий вой, казалось замиравший где-то вдалеке. А потом, тоже издалека, донесся звук удара, оборвавшего крик. Мне пришлось зажать ладонью рот, чтобы сдержать взрыв истерического смеха. Волки оттянули-таки двери, и как минимум один из них — по-видимому, парень с ломом — провалился в шахту с высоты четвертого этажа. За моей спиной вдруг пробудилась к жизни аварийная сигнализация лифта, с такой громкостью, что могла обратить в бегство все здание. Для симметрии я выбил стекло пожарной сигнализации — мне всегда хотелось опробовать этот маленький молоточек — и нажал кнопку. С нижних этажей послышалось хлопанье дверей. Я повернулся и увидел операционистку, нервно выглядывавшую из-за двери.

— Что… что это за шум?

Я сгреб ее и затащил назад в офис:

— Вы еще не вызвали полицию? Нет? Господи, неужели вы не в курсе? — Тут я услышал ритмичные металлические звуки, вырывавшиеся из плейера, лежавшего на ее столе. — Ладно, бог с ним! — Я бросился к пульту. — Вы здесь одна?

Она скорчила гримаску:

— Ага. Все свалили пораньше из-за погоды, а я дожидаюсь своего дружка, он за мной должен заехать.

— Тем хуже для вас! Задняя дверь закрыта? Тогда найдите место, где вы сможете запереться, да хоть в туалете… Оператор? Полицию, пожалуйста! Быстро!

Приехали они действительно быстро. Патрульная машина была, наверное, поблизости. Я услышал приближающийся вой сирены через минуту после того, как повесил трубку, и все еще боролся с искушением тоже запереться в женском туалете. Сирена придала мне достаточно храбрости, чтобы схватить увесистую пепельницу и осторожно выйти наружу. Никого не было видно. Внизу нарастал шум — пожарная тревога охватила нижние этажи. Я прокрался вниз по ступенькам, от души желая, чтобы сердце перестало так колотиться. По-прежнему ничего. Я добрался до нашей площадки, с минуту колебался, входить ли внутрь, однако проявил здравый смысл и отправился по ступенькам вниз. Когда я через минуту снова поднимался по лестнице, меня уже сопровождали двое полицейских и трое регбистов-форвардов из страховой компании, расположенной ниже этажом.

Не знаю, что я ожидал найти. Одна мысль об этом приводила меня в ужас. Но, к моему большому облегчению, первым, кого мы увидели, был Барри. Вся его дорогая рубашка была залита кровью, и он оказывал первую помощь Джуди — нашей операционистке. Она лежала на диване для посетителей с синяком под глазом и, судя по всему, со сломанной рукой. Но по крайней мере оба они были живы.

— Стив! — воскликнул Барри, вскочил и сгреб меня в охапку. У него снова пошла носом кровь, но он, казалось, не замечал этого. — Они тебя не схватили? Это ты поднял тревогу? Господи, как ты вовремя сообразил! Ты спас нас, черт побери! Ну и ублюдки! Сначала кидают нас по всему офису, как футбольные мячи, а потом один звонок — и смываются, как трусливые кролики, чтоб им пусто было! Видел бы ты, как они рванули! Проклятые трусливые панки-маньяки… — Я дал Барри свой носовой платок. Он осторожно вытер распухший нос, и я заметил, что тот немного подался набок — наверняка он был сломан. — Она пыталась поднять тревогу, — пробормотал Барри. — Так они сбили ее с ног, а потом опрокинули на нее стол. Вот уж ублюдки!

Его речь превратилась в бессвязные ругательства, и я помог ему сесть на диван рядом с Джуди. Полиция и все остальные быстро пробежались по офисам. Я услышал, как они крикнули, что эти подонки сбежали через черный ход. Прибывали новые полицейские, и стали появляться наши сотрудники. Судя по тому, как они выглядели, повреждения были у всех, однако никто не был убит или серьезно искалечен. Вид у всех был далеко не лучший: парад прихрамывающих, с синяками, расквашенными скулами, разбитыми губами, рассеченными ушами и в ярких пурпурных ссадинах и царапинах. Впечатление было такое, что волки били всех подряд, как мужчин, так и женщин, особенно по голове, словно это было что-то само собой разумеющееся. Я слышал, что так поступают грабители, чтобы деморализовать свои жертвы. У большинства машинисток и младших секретарш одежда была разорвана — скорее затем, чтобы унизить, а не причинить вред. Даже помощница Джеммы, которой оставалось пять лет до пенсии, стягивая на груди элегантную в прошлом блузку, помогала одной из секретарш, буквально зеленой от шока.

Секретарши… Были здесь и такие, которых я не знал. Я вскочил и бросился в свой офис. Добежав туда, я остановился как вкопанный у высаженной дверной коробки. Разрушения предыдущего дня были ничто по сравнению с нынешними. Офис был буквально разнесен в щепки, каждый предмет обстановки разбит. Даже перегородка между приемной и внутренним помещением была разрушена; что же касается моего компьютера, стола и стула, то их трудно было даже узнать. Один из регбистов помогал Дейву подняться с пола

— Дейв! — крикнул я. Он заморгал незаплывшим правым глазом. — Дейв! С Клэр все в порядке?

Он только пробормотал:

— А… Клэр? Забрать Клэр…

Я схватил его за плечи и стал трясти:

— Где она?

Парень из страховой компании оттолкнул меня:

— Оставь его, Стив! Ты что, не видишь — он не в себе!

Я отпустил Дейва и отправился дальше. Клэр не было и среди руин ее собственного кабинета. О, если бы она оказалась где-нибудь в другом месте, когда началось нападение!.. Я заглянул во все помещения, но ее не обнаружил. С тупым, свинцовым ощущением в груди я вернулся назад через гудевшую толпу, заглянул в машбюро, в комнату фотокопирования, в мужской туалет, даже в женский — ни одна из девушек, приводивших себя в порядок после полученных ранений, на меня даже не взглянула. И ни одна из них не была Клэр.

— Клэр! — крикнул я, перекрывая гул толпы. — Никто не видел Клэр?

Одна из машинисток, жадно глотавшая воду, неожиданно взвизгнула и выронила стакан:

— Клэр! Они тащили ее… — И у девушки началась истерика.

Этого было достаточно. Я вылетел в вестибюль, протолкался сквозь толпу, еще больше разбухшую вследствие прибывшей «скорой помощи», и галопом помчался вниз по ступенькам. В самом низу стоял Барри с сержантом полиции, уставившись на кровавый след, тянувшийся через коридор от шахты лифта.

— Крутые панки, если хотите знать мое мнение. Это надо же — пролететь четыре этажа — и потом уползти!..

Барри увидел меня и помахал рукой, чтобы я подошел:

— Сержант, это Стив…

Я вырвался:

— Черт побери, Барри, потом! Они забрали с собой Клэр!

Сержант взял меня за локоть уверенной рукой. Я попытался высвободиться, но это оказалось тщетным. Неожиданно в приступе внезапного бешенства я развернулся и ударил его кулаком по лицу. Еще вчера я ни за что на свете такого бы не сделал, да мне и не могло прийти в голову, что я могу ударить с такой силой. Он буквально полетел вверх тормашками, ударился о стену и остался лежать.

Я повернулся и побежал, слыша за спиной громовой голос Барри:

— Какого черта… — И потом, более настойчиво: — Стив!