Дама с собачкой - Олег Дивов

Следующий — тот же полковник, но уже в гражданском, на каком-то светском рауте. Разговаривает с женщиной, которая обилием украшений способна поспорить с индейской статуей.

И… всё.

— Негусто, — сказала я.

— Очень много, — возразил Август. — Каждый кадр по отдельности невинен. Но вместе они уже выдают систему. Женщина — миссис Говард, ее муж известен тем, что скупает антиквариат и предметы религиозного культа. Я не общаюсь с ним, у него дурная репутация. Ходили слухи, что не брезгует краденым. И иногда даже заказывает кражи. Последнее время переключился на индейские раритеты. Похоже, Дик намекает, что слухи недалеки от истины.

— Ага. Но чтобы покупать индейские реликвии, надо иметь к ним доступ. Либо через нашего посла на Саттанге, либо через контрабандистов. Последнее малореально — граница, там наши патрули. А вот если у него выход на военных, которые могут получить пропуск для пролета через зону Саттанга… Похоже, что этот полковник как раз и был таким.

Август быстро запустил поиск. Результат оказался обескураживающим.

— Эндрю Салливан, полковник тяжелой пехоты, третий округ. Был приглашен для дачи свидетельских показаний по делу о казнокрадстве. На суд не пришел, потому что застрелился.

— Очень вовремя для кого-то, — пробормотала я.

Казнокрадство в армии — вещь неизбежная. Но полковник не мог воровать один. Кто-то ему покровительствовал. И не факт, что он застрелился сам.

— Я не знаю, что это за статуя, но она золотая. Ее стоимость трудно вообразить, — продолжал Август. — Странно, что Крис ввязался в эту авантюру. Делла, ты можешь раздобыть его личную переписку?

— С женой и родными?

— Да, разумеется. Будут спрашивать — скажи, я просил разрешения ознакомиться с ней.

— Август?..

— Делла, никому не станет хуже, если мы получим определенность в этом вопросе.

— Хорошо, я напишу отцу.

— Дик сказал, откуда взял эти снимки?

— Нет.

— Узнай. Лучше — прямо сейчас.

Я посмотрела на часы. М-да, почти полночь. Дик поздно ложился спать, но он наверняка занят с очередной юной любовницей. Тем не менее худа не будет, если я оставлю секретарю просьбу перезвонить.

К моему удивлению, меня соединили с Диком.

— Я как раз собираюсь спать, — сказал он. — Ну как, что скажешь?

— По твоей просьбе — я вспомнила. Худи Элверт и Донна Элверт. Мальчик считался очень способным к математике, девочка отлично музицировала. Они должны были попасть в приют еще в октябре прошлого года, их родителей убили.

— Отлично, я разыщу их.

— Дик, где ты взял эти кадры?

— О, в разных местах. Криса с полковником — в архиве Мэгги, сцену на балу — в светской хронике. А фото со статуей — в архиве Ника ван ден Берга. Кстати, ты поосторожнее: Ник понятия не имеет, что я ознакомился с его архивом.

— О как!

— Да, — беспечно отозвался Дик. — Мне позарез нужна была кое-какая информация, причем так, чтобы никто не узнал о моих поисках. Я надеялся найти ее в архивах Ника ван ден Берга. Нашел. А попутно — вот эту прелесть.

— Очень интересно.

— Да, я тоже удивился. Но, сама понимаешь, расспрашивать его мне было не с руки. Я подумал, что у тебя это получится лучше. Тем более, судя по обилию твоих фото в том же архиве, Ник имеет на тебя какие-то виды.

— Спасибо, — ровно ответила я.

— Не за что. А про деток повспоминай еще.

Я пересказала разговор Августу. Надо сказать, что перспектива встречи с Ником меня нисколько не прельщала. А если честно: в списке людей, которых я не желала видеть, он занимал место в первой десятке. Однако работа есть работа, понадобится — встречусь. И даже буду ему улыбаться.

— Ник. — Август казался озабоченным.

— Я расспрошу его.

— Не нужно, — быстро сказал Август. — Я сам.

— Почему?

— Потому, Делла, что просто так подобные кадры в архиве не хранятся. Если Ник замешан в подпольной торговле роскошью или ведет журналистское расследование, он будет молчать как рыба. Разговорить его смогу я.

— Инквизиторский допрос?

— Естественно.

— Это если он согласится. Он же не арестованный, чтоб ты его не спрашивал.

— Согласится. — Август самоуверенно улыбнулся. — Куда он денется? Я умею убеждать.

— Как знаешь. — Я постаралась скрыть облегчение.

— Сваришь каши? А то утреннюю я всю съел. Пожалуйста.

— Да куда ж я денусь… Ты умеешь убеждать.

И я пошла на кухню.

* * *

Вот уж не думала, что весь день проведу, вспоминая, как работать с моделятором.

Большинство моих сверстников при слове «моделятор» ухмыляются, думая о тех детских игрушках, с помощью которых они лепили порнографические сценки. Ну а как еще его использовать, с тем ограниченным набором функций… Понятно, что востребованы были и бокс, и собачьи бои. Но все-таки мои одноклассники чаще всего обменивались именно порносценариями.

А в университете я работала не с гражданской версией (она же детская игрушка), а с полнофункциональным военным моделятором. Штука замечательная. Позволяет создать наглядное представление сколь угодно сложных процессов с неограниченным количеством объектов. Строго говоря, сложность и количество ограничиваются, конечно, но каждое новое поколение моделяторов раздвигает рамки доступного.

Мощный компьютер, мощный голопроектор и мощный софт: вроде бы по отдельности ничего сверхъестественного, а вместе — прекрасная вещь. Столь же прекрасная, сколь и дорогая.

Я и не знала, что у Августа есть моделятор.

— Конечно, — ответил он. — Я же говорил: на Кларионе каждый год учения и маневры. Ты считаешь, я в голове их планирую?

— От твоей головы можно ждать и не такого.

— Вот мне делать больше нечего, как тратить фантазию на маневры.

Моделятор у него стоял в мансарде над Гаражом, в том единственном помещении, где я не побывала ни разу за три года. И при расследовании преступления мы пользовались этим средством впервые.

Началось с того, что стали поступать ответы на наши запросы о Крисе. Август очень быстро получил пакеты от моих абонентов и больше всего заинтересовался личными письмами. Он читал, хмурился сильнее и сильнее, и в этот момент поступил вызов с незнакомого канала. Август ответил.

— Бенедикт Хэтфилд, — назвался абонент. — Я слыхал, вы интересуетесь парнем, за которого вышла замуж моя дочь.

— Да, — односложно подтвердил Август.

— Могу я узнать, почему?

— Если дадите достаточно веское обоснование своему любопытству.